Игра богов. АВРИЕТ (СИ)

— Как скажешь. Что насчёт оценки вещей? Думаю, этот продавец подойдёт.
— Я не против, давай, — снова любуясь кольцом, кивнул я.
Левзея тут же заговорила на незнакомом языке.
— Эй, эй, эй! Давай без твоего клингонского, хорошо? Говорить буду я, — перебив её, обратился к продавцу. — Добрый день. Не могли бы вы помочь мне с одним деликатным дельцем?
— Конечно, Стас, слушаю.
— Необходимо оценить стоимость ремонта вещей моей спутницы, — и повернувшись к Левзее, с улыбкой добавил, — ну, раздевайся.
Продавец удивлённо уставился на девушку, как и я, ожидая, что будет дальше.
— Отвернитесь, — смущённо вымолвила она.
— Можно подумать, что я там чего-то не видел, — игриво произнёс я и повернулся спиной к лучнице.
На затылке потеплело, а уши стали нагреваться.
— Готово, — сказала она через несколько секунд.
Я повернулся и не поверил своим глазам. Все элементы брони лежали на прилавке, а Левзея стояла в средневековом бордово-желтоватом платье с широкими рукавами.
— Ещё прибавьте полностью разрушенные наручи и поножи из кожи василиска.
— Сетовые, из Варсага? — уточнил продавец.
— Они самые, — ответила она и повернулась ко мне.
Я рассматривал Левзею, пытаясь хоть как-то примерить ей образ дамы из высшего общества.
— Чего ещё? Не видел девушек в платье?
— Да нет, просто не думал, что такие, как ты, их носят. Кстати, тебе очень идёт.
— Что значит такие, как я? — упёршись руками в бока и не обращая внимания на мой комплимент, насупилась она.
Нашу назревавшую перепалку остановил продавец, быстро подсчитавший общую сумму ремонта.
— Итого выходит сто тридцать семь серебряных монет.
— Ха! — выкрикнула Левзея. — Уяснил? Я даже тебе меньше посчитала изначально. Так кто из нас скупой, а?
Я присел на подвернувшийся под руку табурет.
— Благодарю, — сказала Левзея, забирая свои вещи.
Мне захотелось на свежий воздух, чтобы всё обдумать.
«Сумма, которую объявил оценщик, была огромной. Чтобы расплатиться, мне придётся отдать все свои сбережения, и что-то ещё продать. В противном случае мне не видать второй головы ведьмы. И что может быть ещё хуже, она сдаст меня страже. Кто его знает, какие в этом магическом средневековом мире есть способы проверки её слов на правду?»
— Я же говорила, а ты не верил, — вторила вышедшая за мной Левзея, — так что с тебя серебро. Или можешь расплатиться сетом мастера ядов. Я не против.
— Сетом мастера кого? Откуда ты…
— Как откуда? Что? Не помнишь, как ты распинался у костра, как вы с дварфом расправились с Арахной, как именно ты решил раскопать останки второго босса, как нашли вход в какие-то чертоги.
Меня ошарашило. Я совершенно не помнил этого. Она всё говорила и говорила, но я уже не слушал. Осознание того, что я раскрыл секрет дварфа непонятной лучнице, и бог знает что ещё мог наплести, выбило почву под ногами.
«Что я ей рассказал?»
Догадки терзали меня, но спросить напрямую боялся.
«Говорила мне мама — не пей с незнакомыми девушками. Стоп. Мама мне такого не говорила. Или это был папа? А нет. Это был Коля. Он рассказывал свои впечатления после просмотренного фильма, названия которого я уже не помнил», — мысли мои путались.
— Левзея, — серьёзно произнёс я, пытаясь сообразить, как лучше поступить, — нам нужно поговорить наедине.
— Ты чего? — смущённо спросила она.
Только сейчас заметил, что на эмоциях схватил её за запястья.
— Пошли.
— Куда? — спросила она, жестом останавливая рассердившегося Каску.
— Туда, где нас не побеспокоят, — сказал я и, держа Левзею за руку, повёл за собой.
Таверна была похожа на базар. Бедный официант не успевал разносить заказы. Выйдя наружу, направился в комнату, но меня остановил подоспевший людоящер.
— Прости, Стас, Гарроро запретил держать животных в комнатах. Полы деревянные, всё впитывают, — ответил он.
— Оставишь Каску здесь, на время?
— Нет! — возразила Левзея. — Куда я, туда и Каска.
— Хорошо, — выцедил я.
Следующим местом было хранилище. От количества людоящеров и людей было не протолкнуться. На вопрос к Лаури, откуда здесь столько народу, тот ответил, что приехало очень много приглашённых гостей на свадьбу старосты деревни, и каждый размещает свои пожитки на складе, поэтому всё обслуживание проводится в порядке живой очереди. К слову, она походила на нескончаемые вагоны поезда при закрытом переезде.
 
— Да что происходит? Может, хватит уже, и ты всё-таки расскажешь, в чём дело? У меня запястье ноет.
— Ой, прости, — я отпустил руку Левзеи.
Оставалось единственное место, где можно было поговорить и работало оно только по ночам. Но как его преподнести Левзее? Не придумав ничего лучше, я просто попросил её идти за мной, пока мы не остановились у знакомой вывески.
— Публичный дом? Ты серьёзно. Я не пойду туда ни за что! И, вообще, я считаю мерзким хождение по таким заведениям.
— Других мест нет, а то, что я хочу с тобой обсудить, не должен слышать никто. Это вопрос жизни и смерти.
Если бы не мой испуганный голос, то Левзея давно сорвалась и натравила на меня Каску. Тем временем я постучал в двери борделя.
— Приходите ночью, мы закрыты, — послышался голос, спустя минуту.
— Мадам Карисса, это я, Стас. Мне нужна комната на время, я заплачу.
Дверь неторопливо открылась, и Карисса помахала рукой, зазывая нас внутрь.
— Приветствую тебя, Стас. В последнее время о тебе ходит много слухов. Вижу ты не один. Дай-ка посмотреть на твою спутницу, — мадам Карисса зажгла благовония и оглядела Левзею.
— А у тебя хороший вкус. Такую милашку ухватить. Понимаю, зачем тебе так срочно потребовалось с ней уединиться. Даже завидно.
Лицо Левзеи стало пунцовым.
— Мы ничего такого не собираемся делать. Я скорее умру, чем позволю собой овладеть, — резко ответила она.
— Деточка, — мадам Карисса медленно подошла ближе и нежно прикоснулась пальцами к подбородку Левзеи, — я много лет живу в этом мире и ни с чем не спутаю этот взгляд.
— Какой взгляд, вы о чём?
— Никакой, — буркнула Левзея и повернулась в мою сторону, избегая смотреть мне в глаза, — давай уже ближе к делу, мне тут не по себе.
— С тебя один серебряный, Стас, и выбирай любую комнату. Ты же помнишь, где они расположены?
— Да, — ответил я, вызвав недоуменный взгляд Левзеи.
— А ты тут, оказывается, частый посетитель.
— Вообще-то, я был здесь всего один раз, но сейчас не об этом. Идём.
Вы потеряли 1 серебряную монету.
— Божечки, а это что за прелесть? — Карисса наклонилась к пантере и аккуратно почесала ей грудку, отчего Каска заурчал и тут же прилёг, получая удовольствие от дальнейших поглаживаний хозяйки борделя.
— Каска ко мне! — приказала Левзея.
— Не переживай. В этих стенах запрещены любые виды насилия, кроме одного. Никто не навредит тебе, а кошечка побудет со мной. Обещаю обходиться с ней ласково.
Было такое ощущение, что каждое слово Кариссы, как дурман, проникало в сознание, не оставляя ни шанса на сопротивление.
— По-моему, кто-то совсем обнаглел, — как только закрылась дверь в комнате начала она, — сначала таскает меня как своего домашнего питомца по всей Бреоксе, а теперь привёл меня в публичный дом? Если твоя информация не будет так важна, как ты говорил, то тебе это выйдет боком, уяснил?!
— Хорошо, — ответил я, приглашая Левзею за небольшой столик, находившийся рядом с кроватью.
— Речь пойдёт о том вечере, когда мы выпивали у костра, и я тебе много о чём поведал, — собравшись с мыслями, начал я, — я рассказывал тебе что-нибудь про другой мир?
— Ну, ты что-то бормотал про астральный переход, стража. Про города с железными телегами, летающими по небу. Про харчевню Макдональдс, телефон, интернет, кино — много всего. Я посчитала, что ты бредишь или перепил, а что?
 
— Всё-таки рассказал, дурья башка, — прошептал я и, взглянув на лучницу, повысил тон, — выслушай меня, Левзея, всё, что я тебе поведал в ту ночь, нужно оставить в секрете, иначе тебя может постичь та же участь, что и меня. Это был не бред, а моя тайна, за которую уже поплатился. И можешь поплатиться и ты.