"Фантастика 2025-95". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)

– Что?
– Как давно Кларк записался в самоубийцы? – не узнаю собственный голос.
– Не знаю, но точно больше четырех месяцев назад, ему нужно было предупредить на работе, чтобы…
Четыре месяца.
Четыре. Месяца.
Она врала нам в лицо с Тоби четыре месяца.
Мне нечем дышать. Хочу сделать вдох, но не могу!
– Боже, да что с тобой происходит? Позвать помощь? – похоже, это заметила и эта женщина.
  
Я лишь качаю головой и отмахиваюсь от её руки, когда она хочет помочь, чтобы следом выбежать отсюда и попытаться сделать очередной вдох на улице.
Перед глазами всё кружится и мне даже кажется, что я сейчас просто свалюсь с ног, но они продолжают держать меня.
Что такое со мной происходит?
Рукой облокачиваюсь о стену дома и прикрываю глаза, а другой рукой хватаюсь за сердце. Сейчас его хочется вырвать из собственной груди.
Сжимаю губы и заставляю свой организм сделать вдох, который будто бы разрывает меня изнутри.
Я двигаюсь обратно, по направлению к дому, осознавая всё произошедшее.
Мама оставила нас с Тоби и уехала с Кларком. Бросила, как однажды сделал это отец. Помимо этого, она украла у собственных детей кафоликон, и оставила граммы, дозировки которого нам просто не хватит до следующей зарплаты… Мы либо умрем, либо станем пожирателями.
Я иду, не разбирая дороги, даже не уверенная в том, что двигаюсь в нужном направлении.
Как она могла? Каждый шаг, каждое слово, сказанное ею… всё было ложью.
Слёзы текут по моим щекам, я замечаю это только тогда, когда они падают на одежду.
Я падаю на землю, спотыкаясь, и мне хочется закричать от всех тех чувств, что разрывают на части. Но могу лишь обессиленно сжимать пальцами сухую землю.
Синий, желтый, красный… Не могу… Не помогает даже это… Черный… Белый… Фиолетовый, коричневый…
Вдох и выдох.
Не могу собраться и даже встать, ведь слышу, как начинают переговариваться люди, глядя на меня.
Свет от солнца кто-то загораживает тенью. Ко мне даже обращаются, но я никак не реагирую. Мне всё равно.
Через секунды тень исчезает, но на её месте появляется новая. Еще спустя секунды моих плеч касаются теплые руки, заставляя обратить внимание.
– Эйвери?
Смотрю на Маршалла и встаю, когда он помогает подняться, всё ещё держа меня за плечи, будто я снова упаду.
Отсутствующим взглядом смотрю на двух парней рядом с ним, тоже военных, которые слегка хмурятся.
– Эйвери, ты слышишь меня? – вновь гляжу на него. – Что случилось?
– … она бросила нас, – слова вырываются шепотом, – и украла кафоликон…
– Кто? – Маршалл хмурится, потому что не понимает мой бессвязный бред.
– Мама… она уехала и украла кафоликон… бросила меня и Тоби…
Маршалл говорит двум парням, чтобы они оставили нас, а сам берет меня за руку и куда-то ведет.
Вскоре мы оказываемся в жилой комнате, на пространство которой я даже не обратила внимание.
Он усаживает меня на край кровати, сам уходит, но чтобы уже через несколько секунд появиться со стаканом воды, протягивая его мне.
– Выпей.
Пью, даже не задумываясь, что там может быть что-то ещё, но это и правда просто вода.
Мы оба молчим, и я просто смотрю в одну точку. Маршалл ничего не спрашивает, но я и не знаю, что ему сказать, да и зачем. Он практически незнакомец для меня.
– Твоя мама уехала, записавшись к самоубийцам?
Киваю.
– Вместе со своим парнем. Кларком.
– Про какой украденный кафоликон ты говорила?
– Мы с братом и с мамой собирали запасы, чтобы… – осекаюсь, а после всё же решаюсь сказать, как есть. Более мне нечего терять. – Чтобы чуть позже мы смогли покинуть пределы Архейнхола.
Парень кивает, но более ничего не говорит.
Что я скажу Тоби? Этот вопрос застревает в моих мыслях. Как я ему расскажу, что мама бросила нас здесь? Эти слова крутятся у меня в голове, как сломанный механизм.
Где раздобыть кафоликон?
– Она оставила хоть что-то? Лекарство?
– Да, – отвечаю, не уточняя количество. – Спасибо… за воду. Но мне пора. Нужно вернуться обратно и придумать, как объяснить всё брату.
Встаю и киваю ему, стараясь избегать зрительного контакта.
– Постой, Эйви, – Маршалл хотел взять меня за руку, но отхожу на шаг назад, – если нужна помощь, то скажи…
Не понимаю, какое ему вообще дело до меня и брата. Мы знакомы с ним всего ничего и более не виделись с того момента, как он помог с Кларком. Я могла бы спросить, но сейчас не до этого, есть более серьезные проблемы, поэтому ухожу.
Если нужна помощь… Мне нужно лекарство. Но не думаю, что если бы я попросила, то Маршалл отдал его, ведь это самое ценное, а мы, как я говорила раньше, почти незнакомцы. Кто станет помогать незнакомцу, когда тут предают даже самые близкие…
  
Глава 8 
 
Я сижу в комнате на матрасе и гипнотизирую кровать Тоби, потому что не в состоянии придумать, что скажу брату.
Правда разрушит его. Я переживу, а он нет. Если он узнает, что мама бросила нас, то возненавидит её, как это случилось со мной, а я не желаю, чтобы мой светлый милый брат испытывал такие чувства. Этот мир слишком жесток для детей.
Я достала одну прозрачную капсулу кафоликона и посмотрела на желтоватую жидкость, которую должна принять. Некоторые пьют прямо с капсулой, а другие вскрывают её и выпивают лишь содержимое, чтобы оно быстрее подействовало. Обычно последнее делают в случае, если пропустили срок в девять дней. Им повезет если они не обратятся на десятый.
Проглатываю содержимое вместе с капсулой и ложусь на спину.
Девять дней. Теперь у меня есть лишь девять дней, чтобы что-то придумать.
Мыслей в голове полно, но ни одна из них не сможет помочь в решение проблемы.
Я не знаю, что делать.
***
Через пару часов я собралась, чтобы отправиться за Тоби, решив, что сегодня ничего не буду говорить касаемо мамы, пока не придумаю более правдоподобную версию. Пусть лучше думает, что она в очередной раз решила остаться у Кларка.
Я умываюсь, чтобы освежить лицо после пролитых слёз, и только тогда выхожу на улицу, двигаясь уже по знакомому маршруту на автомате. Мысли мои далеки от происходящего в округе.
Я не могу прийти в центр и попросить мне выдать раньше кафоликон с обещанием, что обязательно отработаю. В лучшем случае, меня просто выгонят, а в худшем… убьют. Такие ситуации уже были и все они заканчивались одинаково плохо.
Украсть его? Тоже нет. С моими навыками что-либо красть меня ждет смерть. И брата утяну за собой, потому что семью воров всегда строго наказывают, чтобы более никто не захотел повторять.
В раздумьях не заметила, как уже дошла и присела на знакомый пень, ожидая, когда смена Тоби закончится.
Есть один вариант, но он мне не нравится. И как я объясню это брату?
Я увидела Лео и Тоби, выходящими из ворот, и заставила себя улыбнуться и сделать вид, что всё в порядке.
– Привет, – махнул рукой Лео, а Тоби взял меня за руку.
– Привет, – поздоровалась с ними двумя, – пойдемте?
– Ага. Как дела, Эйви? Ты сегодня проспала, обычно ты даже на выходных рано встаешь.
– Мун родила, – вспомнила, что забыла рассказать эту новость, – поэтому пришлось задержаться.
– Здорово! – воскликнул брат. – А мы так с Лео хотели увидеть, как она рожает… думали, что выпадет на наши выходные.
– Да, жаль, – поддержал его друг, – а помнишь…
Они стали болтать о своем. Я правда пыталась вслушиваться, но дурацкие мысли вновь вернулись к нашей матери. Мне даже сложно теперь её так назвать.
Она даже не оставила никакой прощальной записки… Ничего. Как человек может так поступить со своими детьми?
  
– … эй, Эйви, ты слушаешь нас?
– Да, Тоби, прости, задумалась. Что ты сказал?
– Можно в выходной мы придем с Лео к тебе на работу, чтобы увидеть жеребенка?
– Конечно.
Кларк предупредил о том, что покинет пределы Архейнхола на работе заранее, чтобы ему подыскали замену. И он рассказал о моей маме, что она отправится с ним. Он не побоялся, что к нему кто-то придет, надеясь обнаружить запасы кафоликона. Также не боялся, что я или брат можем узнать, ведь в той части, где находилось жилье Кларка, мы почти не бывали. А мама? Вряд ли она предупредила кого-то на работе, ведь тогда бы я могла от кого-то случайно услышать. Впрочем, сейчас это уже и неважно.