"Фантастика 2025-95". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)

— Рад познакомиться с вами. Но опустим политесы, для начала ответьте, эвакуация жителей проведена?
— Горожане покинули свои дома, солдаты проследили за этим.
— Что известно о противнике? Когда он появится?
— Враг в получасе пути отсюда, — коротко, рубленными фразами ответ Брайан. — Сто пятьдесят особей. Из них одна напоминает призрака, еще десяток — всадники, остальные — пехотинцы. Есть лучники и арбалетчики.
  
Лучники и арбалетчики… Юниты, совершенно не характерные для нежити, а еще крайне неприятные в моей ситуации. Паладинам они никакого беспокойства не доставят, их латы стрелам попросту не пробить. Вот только в гарнизоне замка всего два паладина. Остальные — пехотинцы и ополченцы. То есть бывшие крестьяне и новобранцы, выучившие лишь основы владения оружием. Их жизни арбалетный болт мог оборвать с невиданной легкостью. А ведь есть еще рыцари и «баньши». Об их возможностях я мало что знал. Слишком уж скоротечной являлась прошлая битва, чтобы делать какие-нибудь выводы. Та же баньши в прошлый раз развоплотилась еще до того, как удалось рассмотреть ее облик. Но в этот раз такая возможность определенно представится.
— Как планируете действовать?
— Лучники расположатся в барбакане, — дал ответ старший из двоих. — На их защиту выделим пятерых пехотинцев. Остальные солдаты останутся в резерве. Все равно толку от них в сражении не будет.
— А если враг решит атаковать не со стороны барбакана?
— Пусть попробуют, — мрачно усмехнувшись, произнес Брайан. — На холм без помощи лестниц смогут забраться лишь самые сильные из нежити, а уж с таковыми мы справимся.
— Возможно, стоит расставить ополченцев по периметру холма? — предложил я. — На случай, если враг решит ударить с иного направления, они смогут подать сигнал тревоги.
— Да, так будет вернее.
Больше ничего добавлять или менять я не стал. Придумать план лучше было вряд ли возможно. Так что оставалось лишь ждать, с досадой вспоминая о все еще отсутствовавших в замке осадных механизмах. Несколько аркбаллист в данной ситуации пришлись бы весьма кстати. Вот только для их получения требовалось возвести соответствующее здание, все еще находящееся в очереди строительства. Так что пока я мог применить аркбаллисты лишь в мечтах.
Враг не заставил себя ждать. Уже вскоре колонна нежити показалась в поле зрения. Мертвецы двигались быстро и неутомимо, за предельно короткое время преодолев расстояние до расположившегося рядом с замком города. Я вынужден был лишь стискивать зубы наблюдая, как противник вошел в поселение, разделившись на множество ручейков. Вскоре на всех улицах небольшого городка стало тесно от мертвецов. Враги взламывали двери, врывались в дома. Мучительно хотелось броситься в бой и покрошить наглых визитеров, но я сдерживался. По настоящему ценным в городе являлся лишь храм, которому не так просто было навредить. Требовались специальные умения, на подобие моего «святого пламени», и я мог рассчитывать, что враг ими не располагает. Что же касается остального… разруху, учиненную противником, можно было устранить. А вот вернуть к жизни солдат уже являлось невозможным. Так что требовалось сохранять спокойствие и ждать.
Нежить не долго хозяйничала в городе. Вскоре вражеский отряд собрался вновь, а затем и выдвинулся к замку. Часть пеших мертвецов оказалась направлена вокруг холма, явно с намерением разведать подступы к крепости. Я мешать этому не стал. Как враг не мог подняться на крутые холмы, также не могли спуститься с них ополченцы и пехотинцы. А гонять за слабыми противниками паладинов являлось бы высшим проявлением глупости. Так что мои солдаты остались на своих местах, напряженно наблюдая за действиями врага.
В это же время отряд нежити приблизился к подножию холма и замер. От массы неприятелей отделилась несколько всадников во главе с баньши, двинувшихся дальше. Они что, желали вести переговоры? Нежить, вооружившаяся дипломатией? Как говорится, «все страньше и страньше». Однако именно так дело и обстояло, хотя некоторая особая специфика в развернувшемся затем спектакле присутствовала.
Группа «переговорщиков» шла под необычным стягом — черным пауком на красном фоне. Приятных ассоциаций тот не вызывал, впрочем, также не радовал и вид противников. Я вообще с недавних пор недолюбливал нежить, и уж точно негативно относился к той, что пришла буквально к порогу моего дома с оружием в руках. Не то чтобы противники испытывали ко мне иные чувства.
— Кто правитель этих земель⁈ — крикнула баньши.
Именно крикнула, голос был женским, с неприятным фальцетом, словно часть звуков не воспринималось ухом, свербя подсознание.
— Я, сир Энквуд. Кто вы и какого черта забыли в моих землях?
— Мы слуги Тристеллы, мы пришли за тем, что ты похитил. Верни его нам. Верни! Верни! — требование баньши подхватила остальная нежить, скандируя последние слова.
— Похитил? Что именно я похитил? Вам нужно знамя? — вопрос являлся столь же бредовым, сколь и требование нежити, но что еще можно было предположить?
— Нет, нет, человек. Нам не нужны тряпки, верни украденное!
— Да скажите толком, что я должен вернуть?
— Ты знаешь, ты все знаешь! Мы заставим тебя рассказать. Исполним повеление госпожи! — эти слова стали заключительными в переговорах. Баньши повернулась и сорвалась с места, умчавшись к мертвым солдатам. Вслед за ней отправились и рыцари. Я же остался стоять на прежнем месте, пребывая в полном недоумении.
— Вы что-нибудь понимаете? — решил обратиться к двум стоящим рядом паладинам.
— Очередная безумная тварь. Над ее словами нет смысла размышлять, — ответил Брайан
— Не беспокойтесь, мы разберем этих тварей на кусочки! — заявил Рихард.
Мне оставалось лишь обреченно вздохнуть. Относиться к ситуации подобным образом совершенно не хотелось. В конце концов, если ты не понимаешь врага, то как можно просчитать его действия? Вот только вступать в спор с паладинами желания не было. Сейчас имелись и более важные проблемы. А именно — масса нежити, пришедшая в движение. Направлялась она по дороге на холм, к барбакану.
Видимо, баньши получила данные разведки и решила атаковать в лоб. Не удивительно. Как верно заметил Брайан, без лестниц на холм было не забраться никому, кроме рыцарей и баньши, да и они сами в момент подъема могли оказаться в уязвимом положении. Так что враг был вынужден атаковать подготовленную позицию.
Мертвые рыцари спешились, встав в один ряд с простыми пехотинцами. Гремя железом и поднимая пыль, нежить направилась на холм. Расстояние между нами постепенно сокращалось. Вскоре мои стрелки смогли приступить к работе. Из бойниц барбакана полетели горящие стрелы. Увы, их результативность оказалась не велика. Стрелы встретили щиты нежити, а в тех случаях, когда снарядам удавалось найти брешь в обороне, мертвая плоть успешно игнорировала раны. Прошла минута, а на землю опустилась всего пара костяков. Притом, что вскоре противник принялся отвечать. Вражеские стрелы взвились в воздух, ударили в камни и не только в них. Несколько снарядов влетели в бойницы, и до меня донесся первый в этом сражении вопль боли.
Противник не останавливал движения, мерным шагом сокращая расстояние между нами. Сто метров остались позади, а за ними и семьдесят и пятьдесят. В какой-то момент я смог в полной мере различить облик своих врагов.
Больше всего внимания приковала баньши. Главным образом потому, что в ее полупрозрачном силуэте безошибочно угадывались эльфийские черты. Уж не знаю, была ли она при жизни светлой эльфийкой или дроу, но стройность, тонкие линии лица и острые уши не оставляли места сомнениям. И это притом, что остальные мертвецы совершенно точно были подняты из людей. Вопросов становилось лишь больше.
  
— Защищайте меня, — приказал я паладинам, когда счел расстояние до противника достаточным. После чего немедленно выскочил навстречу неприятелям.
Едва показавшись из-под защиты стены, я сразу привлек внимание врагов. Первыми меня поприветствовали мертвые лучники. Целый дождь стрел упал с небес, но наткнулся на преграду из трех щитов и превосходные доспехи. Хуже стало в тот момент, когда в дело вступила баньши. Мертвая эльфийка выскочила вперед и заорала. Мерзкий, пронзительный голос взвился в уши. Я покачнулся, почувствовав как плывет земля под ногами, в мутном мареве поймал фигуру баньши и… взъярился. Просто потому, что не собирался падать на колени перед какой-то нежитью! Лютое бешенство поднялось из груди, врага захотелось растоптать, стереть в порошок, и я не стал препятствовать собственным желаниям. Экзорцизм сорвался в полет, широкой волной ударил по построению нежити, заставив наконец замолкнуть мертвечину. Послышался хруст костей — ряды врага наконец понесли существенный ущерб.