Замуж за чудовище (СИ)
Это было такое странное и одновременно потрясающее зрелище, что я не мог отвести от этого взгляд. Самое интересное, что огонь никак не испортил постельную принадлежность, он словно обнял ее, лаская языками.
Я остался сидеть в кресле, пока не решался покинуть комнату. Температура стабильно держалась в районе тридцати восьми градусов, но в любой момент могла поползти выше.
Я размышлял над новой силой. Достаточно ли желания, чтобы ей воспользоваться? Заглянув в себя, снова увидел, как в груди формируется оранжевый шар. Внутри он был весь соткан из огненного света, а по венам тек огонь. Это потрясающее зрелище будоражило сознание. Старался выпустить эту силу, когда воочию увидел, как из указательного пальца потянулся огненный ручеек. Попытался дотянуться до книги, которая лежала на столике в паре метров от меня. Ручеек коснулся ее и начал обвивать. Мысленно управляя им, подтащил предмет к себе. Но в последний момент радость от того, что все получилось, заставила шар в моей груди пойти волнами, и прямо передо мной книга заполыхала. Пришлось полить на нее из графина.
«Вот как это действует!» — восхитился, даже несмотря на провал. Интересно, что еще может этот ручеек?
Я попытался придать ему форму ножа. Это оказалось тяжело — мысленно лепить из огня, но спустя какое-то время кончик ручейка действительно принял облик клинка. Я направил его в подушку на кушетке, ткань под действием огненного кинжала легко разошлась. Это не потребовало абсолютно никак усилий с моей стороны. Все внутренности подушки лежали на полу. Главное в этот момент оставаться спокойным, тогда все получалось, иначе комната могла вспыхнуть от манипуляций.
Какие перспективы открываются! Надо обязательно понять все возможности этой силы, пока об этом не узнал кто-то кто еще . Я предполагал, что среди иных начнется борьба за власть, как только они узнают о своих возможностях. Поэтому нужно как можно быстрее самому освоить способности. И самое первое, о чем следует побеспокоиться, это защита! Можно ли вокруг себя построить щит, который защищал бы от воздействия физического и посторонней силы?
Глава 11
Данияр
Снова заглянул в себя, уловив ровное оранжевое сияние внутри, я попытался немного вытолкнуть его за пределы тела. Тяжело, но сила поддавалась желанию, она с трудом проходила через границу тела, это все сопровождалось довольно ощутимым покалыванием. Теперь меня окружал невидимый для других ореол. Понять бы, какие у него свойства. Посмотрев еще раз на мониторы, я удостоверился, что показатели Марьяны в норме, и вышел из комнаты. На кухне у открытого холодильника стояла Таня в коротенькой сорочке и ела колбасу, откусывая от целой палки. Я невольно окинул взглядом ее тело.
— Я просто очень хочу кушать, звала, звала Марьяну, но она не ответила, и я пошла сама. Данияр Эдуардович, вы мою сестру не видели? — пробормотала она и захлопала глазами, будто сама невинность.
— Она больна, я поставил ей капельницы, но тебе самой придется за ней ухаживать, — сказал довольно грубо, но чувства шли вразрез со словами.
— Но я же не могу! — возмутилась девушка. — Я еле стою на ногах!
«Еле стою на ногах» в этот момент единолично доедала палку колбасы. Я картинно выгнул бровь, как бы показывая, что я этим тоже заниматься не намерен.
Она тяжело вздохнула и наконец поняла, что ей от этого не отвертеться. Она любила сестру, это было видно невооруженным взглядом, но хотела еще чуть-чуть побыть больной. И, может, Данияр Эдуардович в лице меня проникнется сочувствием к больной и влюбится, тем более такой шанс: сестра не может сейчас за ней ухаживать.
Но я скрестил руки на груди и вопросительно посмотрел на девушку. Все ее мысли читались на хорошеньком личике. Она правильно поняла намек и, немного выкатив губку, призывно качая бедрами, покинула кухню. Я никак не отреагировал на это, хотя и заметил, что Таня стала безумно привлекательна. Мотнув головой, поспешил приступить к тому, зачем пришел.
Итак, для начала взял молоток для отбивания мяса и положил одну руку на стол. Замахнувшись, легонько стукнул молотком по руке. Он дошел до ладони, но прошел через тренировочный щит, как через толщу воды. Тогда я решил укрепить защиту. Посмотрев на нее внимательно, заметил, что кромки света неровные и колышутся, словно желе. Тогда мозг заработал быстро и четко, думая, как это укрепить. Ведь я смог создать довольно плотный нож. Что я для этого сделал? Представил во всех подробностях, как выглядит оружие, какое оно твердое.
Тогда сейчас нужно представить на себе латы: они прочные и холодные, они будто вторая кожа. Я смотрел, как под силой этого желания граница оранжевого цвета выравнивается. Снова повторил эксперимент с молотком, и в этот раз молоток не коснулся самой руки, но все равно было довольно ощутимо. Тогда представил, что эти твердые доспехи имеют свойства, схожие с каучуком. Еще раз повторив эксперимент, с удовольствием отметил, что молоток отскочил от руки, и я почувствовал лишь легкие отголоски удара.
Теперь в ход пошел нож, как бы я ни старался, но лезвие так и не смогло добраться до ладони: оно либо соскальзывало, либо гнулось. После третьего испорченного ножа успокоился. Успехи в овладении силой меня устраивают.
Оставалось проверить еще на огнестрельном оружие. Но для этого мне необходим мой товарищ Антон Топольков — начальник службы безопасности крупной корпорации. В его распоряжении находится довольно внушительный арсенал, а также новейший тренировочный полигон.
Но даже сейчас я остался вполне доволен результатами, было приятно осознавать, что нахожусь под защитой, но совершенно не прикладываю для этого усилий.
Утро застало меня в кресле у кровати Марьяны. Ответить на вопрос, почему я там сидел, не мог. Вроде уже лег в свою постель, но странное чувство непонятного беспокойства начало одолевать меня, мешая уснуть. Снова пошел в комнату больной. Она лежала бледная, с огромными темными кругами под глазами и тряслась под одеялом во сне. Температура не спадала ниже тридцати восьми с половиной, но и выше не поднималась. Чтобы как-то помочь ей согреться, залез к ней под одеяло и обнял. Через некоторое время она прекратила дрожать, неосознанно ко мне прижалась и погрузилась в спокойный сон. А я впервые в жизни почувствовал себя нужным. Это такое странное, незнакомое доселе чувство. Без меня ей было плохо, а со мной — хорошо, и это заставляло быть сильным и великодушным. Эта девушка делает меня лучше, чем я есть на самом деле.
Рано утром она застонала, и я подскочил. Марьяна начала облизывать пересохшие губы. Подняв ей голову, напоил водой, да так и остался сидеть в кресле.
Мне нужно было на работу, и, стоя под струями воды, думал, как оставить Марьяну одну. На Татьяну особо не полагался. После болезни она , похоже, изменилась не в лучшую сторону. У меня сложилось впечатление, что после вируса в людях проявляются способности, которые вскрывают их нутро, будто потаенное сознание вырывается наружу. Я всегда чувствовал себя огнем — мощным, пробивным. Лариса Николаевна работала психологом и, судя по всему, всегда вела себя спокойно, уравновешенно, нужно спросить ее, может, она и раньше неплохо разбиралась в людях, видела их насквозь. Это очень важное умение в ее профессии. Таня была обходительной, милой, своей детской непосредственностью она притягивала к себе. А сейчас сила ее притяжения многократно возросла, но почему-то меня это уже не интересовало. Вчера я кожей почувствовал, как от девушки исходили флюиды, но то ли щит помог, то ли... Да нет, скорее всего, просто сработал щит, хотя это тоже обязательно надо проверить.
Глава 12
Перед уходом зашел к Тане. Она спала, пришлось разбудить. Медсестра неохотно открыла глаза. Присев на край кровати и глядя в сонные глаза, проговорил:
— Таня, проверь Марьяну, я не хочу к своему приходу получить хладный труп. Так что обязанность сохранить ей жизнь лежит на тебе, — тон получился немного угрожающим, но мне нужно было добиться того, чтобы она поняла всю серьезность ситуации.