Замуж за чудовище (СИ)

Не может счастливая новобрачная приехать на работу и трудиться так, будто за ней гонятся все демоны мира.
Она работала, ни разу не присев за ночь, она бежала от себя, не давая себе и секунды подумать.
И вот сейчас Марьяна, которая была ему как дочь, лежала на кушетке, подтянув ноги к груди и спала, словно маленький беззащитный ребенок. Он знал, что девочка рано лишилась родителей, и вот теперь вышла замуж за человека, который не способен о ней позаботиться. Он эгоист, а такие люди никого не способны любить, кроме себя.
И как Марьяна могла согласиться выйти за него? Трудно поверить, что впечатлилась только его статусом и деньгами.
Глава 26
Марьяна
Я тоже не понимала, как умудрилась так вляпаться. С момента свадьбы все пошло наперекосяк. Складывалось впечатление, что он поставил себе галочку, и теперь семья его больше не интересовала.
Он каждый вечер приходил домой, занимался со мной любовью и засыпал. Я была замужем, но чувствовала себя безумно одинокой. Никогда прежде мне не становилось так тоскливо, как рядом с любимым человеком. Он все больше погружался в работу, забывая обо всем, стал нервным и раздражительным. Я тоже от него отдалялась, не думая о будущем.
Но все изменилось в один прекрасный день, когда я поняла, что беременна. Так неожиданно, так странно. В одно мгновение я перестала чувствовать себя потерянной, ведь теперь нас было двое: я и мой малыш.
Внутренне я чувствовала, что говорить об этом мужу пока не стоит. Почему-то казалось, что он не оценит ситуации. Откровенно говоря, в последнее время я его побаивалась. Он часто говорил такие вещи, от которых волосы становились дыбом. Убийства, захват власти, подавление мятежей. С недавних пор его избрали неформальным руководителем страны.
Теперь я знала, кто мы такие: мы — иные. Данияр собрал вокруг себя всех сильнейших, кого смог подмять.
Мне доставалась роль подстилки, бессловесной. Любые попытки заговорить о беременности приводили его в ярость, поэтому сейчас я не знала, что мне делать.
Но время шло, мне нужно было сказать, пока факт беременности не стал совсем очевиден.
В один из вечеров, когда Данияр пришел чуть раньше, я все-таки решилась на это.
— Тебе нужно избавиться от него! — был его ледяной ответ.
Я опешила, чего-то подобного ожидала, но этот тон меня подкосил. Будто я его секретарша, которая залетела, а не законная супруга.
— Как ты можешь так говорить? Это же наш малыш! — ошарашенно проговорила я, понимая, что в муже совсем не осталось чувств, их выжег огонь.
Он вскинул на меня глаза, и в них заполыхало пламя. Я отступила на несколько шагов.
— Никакого ребенка не будет! Ты моя, я не собираюсь тебя делить ни с кем: ни с работой, ни с маленьким ублюдком! — рявкнул он, а затем схватил меня за плечи и затряс. — Ты моя! Моя! 
Мне было страшно за себя и малыша, которого я носила под сердцем.
В тот момент поняла, что этот мужчина превратился в настоящее чудовище. И в таком состоянии ни мои слезы, ни уговоры не могли заставить его смягчиться.
Всю ночь он не давал мне покоя, показывая, насколько я в его власти. Мощные движения разрывали меня изнутри. Это была не любовь, а жажда обладания.
Утром я просто сбежала на работу, чувствуя себя отвратительно. Меня всю трясло после сегодняшней ночи. Ощущение, что я дешевая девушка легкого поведения, не покидало меня. Да еще и живот начал болезненно сжиматься. Мне это совершенно не нравилось, даже не так: это пугало. 
На работе я сразу направилась к гинекологу, чувствуя дискомфорт и все нарастающие неприятные ощущения.
Боль — острая, жалящая, нестерпимая — обожгла сердце, когда я услышала приговор:
— Это выкидыш, Марьяна Михайловна, я ничего не могу сделать!
Слез не было, только шок. Я забилась в угол и лежала, чувствуя, как меня покидает мой малыш. Никто не подошел ко мне, чувствуя, что сейчас не нужно сочувствие, не нужно ничего, кроме свободы и моего малыша, но ни того, ни другого у меня нет.
Я не пришла этой ночью домой. Позвонила Данияру, который резко оборвал меня:
 
— Ты сделал аборт?
Я не стала ничего объяснять.
— Ребенка больше нет, я останусь на ночь под присмотром врачей, — еле смогла вымолвить, ненавидя собственного мужа.
— Молодец! — от этих слов меня затошнило. — Мне пора!
Он отключился, а я осталась лежать с вакуумом в голове и чувствах. Не знаю, когда провалилась в сон, но проснулась накрытая одеялом.
Сон не облегчил состояния, но подарил цель. Я не смогу жить с человеком, который убил собственного ребенка. А прошедшая ночь с ним оказалась как раз направлена на это, я была абсолютно уверена.
Мой беспокойный сон, уходящий ребенок сняли розовые очки, за которыми я пыталась спрятаться от реальности.
Мой муж уже не человек, он нечто, у которого не осталось ничего, кроме огня, жаждущего власти.
Я влюбилась в мужчину, который был неидеальный, но в нем ощущалась любовь, сострадание. А спустя всего полгода после свадьбы он перестал быть тем, кто много лет заставлял мое сердце биться.
Единственное спасение я видела в побеге. Добровольно Данияр меня не отпустит, будет держать рядом, даже если я на грани нервного срыва. Он лучше убьет меня, чем позволит уйти, получить свободу.
Понимание этого не облегчает мою ситуацию, наоборот, заставляет работать голову активнее. Нужен действенный план, иначе он меня очень быстро найдет. И тогда мое нынешнее существование покажется мне раем. Нужно действовать осторожно. Так, чтобы он ничего не заподозрил. Я буду жить этим побегом, потому что больше не смогу выдержать прикосновений этого чудовища.
Глава 27
И началась подготовка к побегу. Я взяла на работе отпуск и стала изображать депресссию, в которую мне не давала впадать только цель. Перед Данияром я всегда лежала, перестала за собой ухаживать и всячески уклонялась от супружеских обязанностей. Несколько недель успешно с этим справлялась, днем готовя побег. Нашла замечательную глухую деревню в Сибири, где нет даже интернета. Туда я и собиралась держать путь. Но в последний момент решила все же уехать дальше, чем просто сибирская глушь. Туда, где меня будет не так просто достать, туда, где муж не сможет распоряжаться моей жизнью.
Мне потребовались некоторые подготовительные операции и случай.
Я уже немного расслабилась, видя, что мужу до меня нет никакого дела, и в голову даже залетела шальная мысль попросить о разводе. Но оказалось, его поведение было обманчивым.
— Ты моя! — его руки полыхали огнем, а глаза горели, будто два уголька в пожирающем дрова костре.
— Я тебя боюсь! — осипшим голосом проговорила я, вжимаясь в стену.
— Ты не посмеешь меня оставить! — муж надвигался, словно чудовище из фильма ужасов. Я тряслась как осиновый лист, не в силах пошевелиться и дать отпор супругу, которого еще недавно обожала.
— Я не останусь с тобой после всего, что узнала! После того, что ты сделал! — слезы катились не просто ручейком, а полноводной рекой, затмевая собой все.
Мне было страшно, замирало дыхание от вида этого пылающего огнем человека, я не могла заставить себя находиться с ним в одном помещении.
— Все, что ты узнала, полная чушь! — рявкнул он. — Никто не знает всего, что происходит! Я здесь главный, теперь только мое слово имеет значение, и ты как моя супруга должна подчиняться ему беспрекословно!
Он и раньше был одержим властью, но в последнее время одержимость достигла апогея. Теперь, с той силой, которая родилась в нем, он действительно практически неуязвим.
— Отпусти! Зачем ты меня мучаешь? Разве мало тебе тех шлюх, с которыми ты спишь? Разве мало тебе того, что ты убил нашего ребенка? Ты все еще хочешь, чтобы я оставалась рядом, словно карманная собачка? Я не кукла бездушная, я — человек! Я врач, который спасает жизни людей! Я та, кто пытается исправить все, что натворил ты и твои подчиненные! — бросилась на него с кулаками.
 
Данияр не успел убрать огонь, и меня больно опалило магией, которая теперь стала его неотъемлемой частью. Я пронзительно вскрикнула и почти осела на пол, вовремя подхваченная сильными мужскими руками.