Граф ищет жену

– Нет, разумеется, нет, – ответила, наконец, Анджелина. – Но мне хочется… кое-что узнать.
– Обо мне?
– Да, милорд. Я знаю, почему меня вынуждают выйти за вас, но понятия не имею, зачем это вам.
Невольно улыбнувшись, граф произнес:
– А вы не считаете, что ваша красота и ум могут быть достаточными причинами для женитьбы на вас?
– Нет, конечно… Я не напрашивалась на комплименты, милорд, – добавила девушка, слегка покраснев.
Харрисон снова улыбнулся.
– Это вовсе не комплимент. Я просто констатирую факты.
Не сводя с него глаз, она продолжила:
– Мне сказали, что вам нужна подходящая жена. Но зачем, милорд?
Харрисон мысленно выругался. Что он мог на это ответить?
– Вы считаете, что я хочу этого брака? – спросил он, в упор глядя на девушку.
– Да, мне так сказали. Но почему бы вам не выбрать невесту самому?
Действительно, почему?!
– Потому что мне не оставили выбора, мисс Рул.
– В такое трудно поверить, лорд Торнуик. Кто может заставить вас жениться? Ведь вы граф, молодой и привлекательный.
Харрисон скрестил руки на груди и переступил с ноги на ногу.
– Теперь вы делаете мне комплименты?
– Я просто констатирую факты. Как и вы только что. Едва ли даже сам король мог бы заставить вас жениться против вашей воли.
«Король, возможно. А вот принц…» – подумал граф, тяжко вздохнув.
Очевидно, мисс Рул не знает об угрозе принца отправить его в Ньюгейт. Что ж, пожалуй, это неплохо. Чем меньше будут знать о затее принца, тем лучше.
Что же касается этой молодой леди… Харрисон прекрасно знал, как обращаться с девушками, делавшими все возможное, чтобы завлечь его в свои сети, но понятия не имел, что делать с теми, которые не выказывали к нему особого интереса.
И все же его к ней влекло. Это было совершенно очевидно.
– Поверить не могу, что должна выйти за вас, – неожиданно прошептала Анджелина. – Ох, совсем не этого я хотела, – добавила она, потупившись.
Харрисон понимал, почему молодая леди так расстраивается при мысли о договорном браке. Может, признаться, что эта идея и ему не нравится?
Пытаясь успокоить девушку, он сказал:
– Не отчаивайтесь, мисс Рул. Тем не менее пока между нами нет никакого брачного соглашения.
Ее ресницы взлетели вверх, и она, кивнув, проговорила:
– Да, вы правы. Мне же сказали, что вы сегодня увидите меня, хорошенько рассмотрите и определите, подхожу ли я вам.
«Подхожу?» Выходит, кто-то передал ей его слова, сказанные Хопскотчу. Что ж, тогда понятно, почему такие перспективы не пришлись ей по вкусу. Ему, впрочем, тоже. И он никак не мог смириться с требованием принца жениться на ней без вопросов и оговорок. Но это было в то время, когда он еще не видел ее, а теперь… Теперь он взвешивал все «за» и «против». Потому что она с первого же взгляда ему понравилась.
– Могу вас заверить, – продолжала мисс Рул, – что терпеть не могу, когда со мной обращаются, как с призовым жеребцом, которого хотят приобрести.
– С кобылой, – поправил Харрисон, решив перевести беседу в шутливую тональность. – В этом случае вы были бы кобылкой, а не жеребцом.
Анджелина в раздражении фыркнула:
– Я знаю разницу, милорд. А о жеребце заговорила просто для примера.
Кто-то толкнул его в плечо, и Харрисон понял, что музыка уже зазвучала. Танцоры выходили на середину зала, но он даже не пытался увлечь девушку в танце. Их тет-а-тет был куда интереснее.
Подступив к ней поближе, Харрисон тихо сказал:
– Не сомневаюсь, что вы знаете разницу. Но все же «кобылка» звучит гораздо приятнее.
Мисс Рул вскинула подбородок и гневно взглянула на него. Глаза ее сверкали, а губы были крепко сжаты. Шагнув к ней еще ближе, Харрисон уловил сладковатый запах ее волос и аромат духов. Ох, его неудержимо к ней влекло…
А она, поморщившись, проговорила:
– Да, конечно. Признаю, это был неудачный выбор слова. Мне не следовало говорить о себе, как о лошади.
Харрисон едва заметно улыбнулся. Ему понравилось, что она не так-то легко сдается. Взглянув на грудь девушки, он вдруг подумал: «А ведь она и впрямь… мне „подходит“. Более чем».
  
– Лошади – прекрасные животные, мисс Рул, грациозные и гордые, как вы. Мне нравится то, что я вижу, когда смотрю на вас, – тихо произнес он.
Анджелина прерывисто вздохнула. Глаза ее округлились, а губы образовали прелестное «о». И в тот же миг Харрисону захотелось привлечь ее к себе и поцеловать.
– Я не хочу выходить за вас, потому что мое сердце принадлежит другому, – внезапно выпалила девушка.
Харрисон же оцепенел от неожиданности. У него даже перехватило дыхание. Но если так, какого черта?! Почему его хотят женить на женщине, которая любит другого?
Чуть отступив от собеседницы, Харрисон пробормотал:
– Если ваше сердце принадлежит другому, почему же вы не выходите за него?
Анджелина судорожно сглотнула. И он увидел, как бешено бьется пульс в ложбинке у ее горла. Впервые после их встречи она окинула взглядом зал.
Очевидно, не отыскав того, кого высматривала, она вновь взглянула на графа и тихо сказала:
– У моего отца есть свои причины.
Да, разумеется. И именно отец заставлял ее выйти замуж. Но почему? Ради титула? Денег? Может, тут что-то тайное и зловещее? Или же отцу просто не хотелось, чтобы дочь вышла замуж за человека, которого любит?
Но какая разница, в чем причина, если ее сердце принадлежит другому? И это обстоятельство все меняет. Он не имел ни малейшего желания ввязываться в семейную свару между молодой леди, ее отцом и поклонником. И уж конечно, не имел желания тащить в постель женщину, у которой на уме другой мужчина.
Неожиданно для самого себя Харрисон вдруг выпалил:
– Полагаю, все дело в том, что у этого мужчины нет титула.
– Ошибаетесь, – возразила Анджелина. – Его титул – чин капитана. Сам Веллингтон отметил его после битвы при Ватерлоо.
– О, так он офицер?… – пробормотал Харрисон.
– Да, – тут же кивнула Анджелина.
Харрисон невольно улыбнулся. Он прекрасно знал, как трудно молодым дамам устоять перед мужчиной в мундире.
– Офицеры умеют быть джентльменами, – осторожно заметил он. – Наверное, вы искали именно его, когда вошли в Гранд-Холл и оглядывали бальный зал?
– Да, но… – Анджелина осеклась и, наморщив лоб, пробормотала: – Как вы узнали?
Харрисон пожал плечами.
– Просто заметил, как вы осматривались. Вот и все…
– Значит, вы, милорд, пытались рассмотреть меня до того, как состоялось наше знакомство? – пробормотала Анджелина.
Харрисон снова пожал плечами. Если ее сердце действительно принадлежало другому, то какая разница? И вообще пусть сама делает выводы.
Тут девушка раскрыла веер и принялась обмахиваться.
– Никто еще не выводил меня из себя так, как вы, милорд, – заявила Анджелина. – Злосчастная вы душа!
Что ж, он и впрямь злосчастная душа: оставался в Лондоне и продолжал развлекаться даже после того, как получил письмо, в котором сообщалось, что брат болен и нуждается в нем, – но Харрисон никогда не видел причин вести себя иначе, пока не унаследовал Торнуик.
– Простите, лорд Торнуик. Могу я вмешаться в ваш разговор?
Услышав знакомый голос, Харрисон обернулся и увидел перед собой вдовствующую герцогиню Дрейкстоун, мать Брэя. Впервые он встретил эту даму, когда ему было десять лет. И за те двадцать лет, что знал ее, она ничуть не изменилась. По-прежнему красива и надменна до безумия. Будучи младшим из братьев, Харрисон рано научился любому давать достойный отпор, и никто не мог его запугать, но эта женщина несколько раз заставляла его дрожать от страха.
– Конечно, миледи, – ответил он с поклоном и поцеловал руку герцогини, затянутую в перчатку. – Миледи, могу я представить вам мисс Анджелину Рул?
– Да, разумеется, – с улыбкой кивнула дама. – Собственно, из-за этой девушки я и решила поговорить с вами.
– Рада познакомиться, миледи, – тихо произнесла Анджелина, приседая в глубоком реверансе.