Полукрылые. Черные песни забвения

– Да, это… – Элла запнулась и отвела глаза. А когда продолжила, голос ее звучал сдавленно. – Я понимаю тебя, я бы поступила так же.
В палате на несколько минут воцарилось молчание. Каждый думал о чем-то своем. Наконец Вихрева поднялась и подобрала с пола рюкзак:
– Так, вроде теперь все обсудили… Ну я пойду тогда, чтобы медсестру не нервировать.
– Нет, не все еще… – Артем замялся. Он специально отложил кое-что напоследок. Сам не понимал, почему. – У меня еще есть вопрос…
Эл усмехнулась, села обратно и скинула с плеча рюкзак.
– Ну давай, жги!
– Так… э-э-э… Что у меня за птица? – выпалил он наконец, и его глаза загорелись в предвкушении.
Он даже приподнялся с подушки в ожидании ответа, а вот Эл неожиданно смутилась.
– Я боялась, что ты спросишь, – пробормотала она. – Если честно… я не знаю.
– Как это не знаешь? – разочарованно протянул парень. – Ты же сказала, что видела трансформацию.
– Да, видела, но что за птица, не поняла.
– Ну, а перья-то хоть какого цвета были?
– О-о-о… перья… ну-у-у… на руках они были алые, словно языки пламени, и как будто даже иногда с золотисто-оранжевым отливом. А на лице вроде бы другого цвета, то ли зеленого, то синего… И они еще переливались. Но может, мне показалось. Некогда было, знаешь ли, перышки твои рассматривать. А потом ты – бах! – и засветился!
Артем фыркнул и откинулся на подушку.
– Красно-зеленые? Попугай какой-то… – он задумался. – Я знаю несколько птиц с красным оперением. Это и греческие Фениксы, и египетские Бенну, и шумерские Арабу. Еще у Семаргла, кажется, есть красный цвет в перьях, но я не уверен. Но чтобы еще и зеленый…
Артем в который раз пожалел, что не существует какой-то Крылопедии, где можно запросто найти информацию по всем ветвям Полукрылых.
– Но я не знаю, у кого какие способности, да и про Песнь правды впервые слышу, – с досадой добавил он.
– Вот и я тоже не знаю. Может, у мамы спросишь? – Эл снова поднялась и выжидающе уставилась на Артема. – Ну что, если вопросов больше нет, то я пошла, да?
– Да, давай. И спасибо, что зашла проведать.
– Я и завтра приду, – ухмыльнулась Вихрева, – ты же мой парень.
Внезапно Элла шагнула к нему и, наклонившись, поцеловала в щеку. А затем быстро отстранилась и, больше не глядя в его сторону, выскочила из палаты, словно Артем мог ее догнать и укусить. Он уставился ей вслед, ошарашенно дотрагиваясь кончиками пальцев до скулы.
 Глава, в которой слишком много совпадений 
Когда одноклассница ушла, Артем попробовал позвонить маме, но ее телефон по-прежнему не отвечал. В этом не было ничего удивительного, учитывая обстоятельства, так что в этот раз он не стал паниковать. Остаток дня пролетел быстро и по большей части в кровати. Титов часто проваливался в сон без сновидений, пару раз прогулялся по отделению, чтобы размяться, а ужин ему неожиданно привезли прямо в палату.
– Это мне? – удивился он, когда дверь раскрылась, и в проеме показалась тележка с установленными на ней тарелками и кастрюлями. – Да зачем? Я бы мог и до столовой спокойно дойти!
– Раз врач сказал, значит, так надо, – проворчала дородная женщина в белом халате. – Ты ешь, касатик, ешь, а то вон бледненький какой.
Она покачала головой, щедро накладывая на тарелку тушеную картошку с овощами:
– У меня внук тоже часто болеет. Учится с утра до ночи, света белого не видит! Нет, чтоб с друзьями гулять…
Артем не стал уточнять, что учеба не имела никакого отношения к тому, что он оказался в больнице. Вежливо покивал и поблагодарил за двойную порцию овсяного печенья.
Поздно вечером, когда дежурная медсестра прошлась по всем палатам на этаже и погасила свет, Титов вспомнил, что так ничего толком не узнал у Эл про предстоящий слет старейшин, на который их пригласили. Где он будет проходить? И как им туда добираться? У него с собой не было никаких вещей, кроме наполовину разрядившегося телефона и всяких мелочей, лежавших в рюкзаке.
Немного подумав, он открыл крылограм и нашел профиль Вихревой. Они никогда раньше не переписывались, так что пришлось искать ее в общей беседе, которую создал Антон Сергеевич перед олимпиадой. Ее страничка была практически пустой – ни фотографий, ни указанных интересов. Но рядом со стандартным аватаром светился значок в виде двух раскрытых фиолетовых крыльев, а значит, она была в сети.
 
– Привет! Не спишь? – написал Артем, но почему-то внезапно застеснялся и тут же удалил свое сообщение.
Ответ пришел почти моментально:
– Привет! Я все видела! Почему ты стер? – написала Элла и добавила следующим сообщением: – Еще нет, но уже собираюсь.
– Побоялся разбудить, вдруг ты спишь, а звук на телефоне не выключен.
Объяснение было дурацкое, но ничего умнее Артем сходу не придумал. В ответ Вихрева прислала хохочущий смайлик, а затем фейспалм, тот, который закрывает рукой лицо. Титов решил сделать вид, что все в порядке.
– Я хотел спросить про завтра. Нам куда-то нужно будет ехать? Или как?
– Нет, слет пройдет прямо в Елизаветинке. Мне утром должны позвонить и сказать, куда и во сколько нам подойти.
– Ясно.
Эл что-то начала писать в ответ, но, кажется, передумала, потому что новых сообщений в окне диалога не появилось. Тогда Артем решился спросить еще кое о чем – о том, что не давало ему покоя весь вечер.
– Слушай, я вот все думаю… Если это действительно Глеб Александрович, то зачем ему это нужно? Выдавать информацию о Полукрылых людям…
В открытом окне диалога долго мигали три точки, словно Эл писала в ответ целое сочинение. Но в итоге она прислала всего лишь несколько слов:
– Ммм… интересный вопрос…
– А еще то, что случилось с нашей командой на соревнованиях! Как ты думаешь, может он иметь к этому отношение?
Вихрева снова молчала так долго, что он подумал, не уснула ли она. Но наконец телефон завибрировал:
– Почему ты считаешь, что это связано?
– Не знаю, просто какое-то смутное ощущение. Ну, знаешь… слишком уж все произошло одновременно. Очередное совпадение?
– Смутное ощущение? А не подташнивает? Чем тебя там кормили на ужин? – и Эл прислала целую строчку смеющихся смайлов.
– Я же серьезно!
– Я тоже серьезно! – Еще один смайл, теперь с нимбом над головой. – Просто я действительно не знаю… Может, завтра разберемся?
– Надеюсь… Ну ладно, тогда до завтра! Спокойной ночи?
Его палец завис над смайликом с поцелуйчиком, но в последний момент Артем передумал. Он подождал еще пять минут, но Эл больше ничего не ответила, а фиолетовые крылышки на ее странице погасли.
Когда на следующий день Вихрева, как и обещала, пришла его навестить, Артем стоял у окна и смотрел на служебную парковку и пандус, по которому можно было подъехать прямо к дверям приемного отделения.
Одноклассница заглянула в палату и постучалась в дверь.
– Вообще-то нужно делать наоборот, – заявил Титов, оборачиваясь.
– В смысле? – удивилась Элла.
– Сначала стучать, а потом открывать.
– Ой, да ладно, не будь таким занудой! – она махнула рукой, скидывая с плеча рюкзак на ближайшую свободную кровать. – Как себя чувствуешь? Готов идти на допрос?
– Все в порядке, выспался на год вперед. Хочу после слета позвонить Антону Сергеевичу и узнать, когда меня выпишут. И что насчет мамы… у нас же на завтра билеты обратно в Волгоград!
– Это да… – Вихрева тоже подошла к окну и, наклонившись через его плечо, посмотрела наружу. – Что там?
Артем почувствовал, как его окутал какой-то сладкий цветочный аромат, а затем ее волосы пощекотали его шею. Он напрягся и замер.
– Да ничего особенного. Просто считаю машины скорой помощи, – сдавленно произнес он, отстранился и шагнул от окна, изо всех сил делая вид, что все в порядке. – За последние пятнадцать минут приехало тринадцать скорых. В городе что, эпидемия?!
– Скажи еще, пандемия! – хихикнула Вихрева. Кажется, она не обратила внимания на замешательство одноклассника. Или тоже сделала вид. – Наверное, Елизаветинка просто сегодня дежурит по району. Вот и везут всех подряд.