Одно Желание или Вернуть Любовь (СИ)
— Ну и куда ты собралась? — Ирина разозлилась не на шутку. — Ты вообще не соображаешь, что творишь?
— Я просто хотела на сына посмотреть. — я почти умоляла. Но напрасно.
— Ты в себя пришла несколько часов назад. — Ирина повысила голос. Ее возмущению просто предела не было. — ты в своем уме? Ты думаешь что уже можешь делать все что хочешь?
— Простите. Но я очень хочу к сыну.
— Я тебе что сказала? Что обязательно сходим. А ты опять самодеятельность устроила! Ну почему ты никогда никого не слушаешь?
— Привычка. — я растерялась от слов Ирины. Такой возмущенной я ее еще не видела раньше.
— Плохая привычка. Надо слушать людей. Особенно если это близкие люди. Которые тебе зла не желают.
Я сразу поняла, на что она намекает. Они с Орловым спелись еще с первой встречи. Он и сейчас ее поддержкой заручился. Но она ведь не знает ничего. Или знает?
— А это то тут причем?
— А притом. — Ирина присела ко мне на кровать. — Сейчас начнешь строить из себя вселенскую обиженку. А мужик у тебя хороший. Молодая ты еще, глупая. Горячку пороть горазда. Обожглась раз, и всех одной меркой мерить теперь будешь? Никогда не делай выводов, пока не узнаешь всех обстоятельств. И вообще, у вас сын!
Ирина махнула рукой и вышла. Я задумалась над ее словами. Меня мучили противоречия. С одной стороны обида, злость. А с другой — я любила Орлова несмотря ни на что. Но точно знала, что измену простить не смогу. Даже ради сына.
Глава 33 Игорь
Дома, стоя в душе под струями прохладной воды, я испытывал облегчение. Последние несколько дней дались мне очень тяжело. Я много думал и переосмыслил всю свою жизнь. Да, у меня было все, что многие считают атрибутами счастливой жизни — большая квартира в престижном районе, крутая машина, отличная работа и деньги. Я мог позволить себе многое — менять эти самые тачки и квартиры, отдыхать на престижных курортах и не экономить.
Но у меня не было главного. И пока Аля не появилась в моей жизни, я и не предполагал, насколько я был беден.
Она подарила мне самое главное богатство. То, что не купишь ни за какие деньги. Она дала мне любовь. Отдала всю себя. А теперь еще она подарила мне сына. И ценнее этого ничего нет в мире.
Впервые за последнюю неделю я никуда не торопился, мог спокойно привести себя в порядок и собраться. Я уточнил у Ирины, что необходимо еще привезти Але и что можно из продуктов. Прекрасно понимаю, что многое ей сейчас нельзя, но все же.
Я всегда был уверен в себе, никогда не думал, что может что-то пойти не по моему плану. А если и вдруг, то всегда был план Б. А вот именно сейчас, поднимаясь по лестнице на третий этаж больницы, подходя к двери палаты, где лежала моя жена, меня трясло как пацана перед первым сексом. Все могло пойти совершенно непредсказуемым образом. Но отступать я был не намерен. Потерять семью я не имел никакого права.
— Привет, — я тихо вошел. Аля выглядела гораздо лучше, чем с утра. Это хорошо. Она идет на поправку, и, думаю, скоро может вернуться домой. — Как себя чувствуешь?
— Нормально. По крайней мере, лучше, чем несколько дней назад. — Аля старалась не смотреть на меня. Обида застилала ей глаза, и они явно были на мокром месте. Мне конечно очень не хотелось, чтобы она плакала, но я не собирался отступать. Пусть это будет последний раз. А дальше все слезы только от радости.
— Согласен. Я принес тут тебе кое-что. — Я поставил пакеты на стол, а сам присел радом. Ее близость была мне необходима. Но Аля напряглась. — Я рад, что все плохое закончилось. — моя попытка взять ее за руку не увенчалась успехом, она просто не позволила мне это сделать.
— Уверен? — с легко уловимым сарказмом произнесла она, глядя мне прямо в глаза.
— Уверен. — Я совершенно четко это осознавал. — Твоей жизни и жизни нашего сына больше ничего не угрожает. А с остальным мы сейчас разберемся. Поговорим?
— Зачем? Чтобы ты снова рассказывал мне сказки? Я уже не маленькая девочка, чтобы верить в фантастические истории.
— Никаких сказок. Если ты меня выслушаешь, то поймешь это.
— Зачем я буду слушать, если я видела. Глазам своим я верю больше, чем чьим то словам. Уж извини.
— А ты уверена в том, что ты видела?
— Я видела достаточно. Как она лезла к тебе с поцелуями. Как она хватала тебя за шею. Да и ты не особо сопротивлялся. Если к этому прибавить все твои задержки на работе, поздние звонки и просто перемены настроения, то картина складывается вполне себе реалистичная.
— Хорошо. — я старался быть спокоен, но внутри разгорался нешуточный пожар. Со стороны все и правда могло быть так. — А если я скажу, что она пришла за несколько минут до твоего прихода. И я ее не звал. Моя секретарша Лиза, моя бывшая секретарша, если точнее, это ее подруга. А я вообще собирался домой. Хотел провести вечер с тобой. Заказал твои любимые лилии.
— Ты что несешь? Думаешь, я поверю в это. Это все неправдоподобно.
— А что правдоподобно? Что Аль? — я уже готов был повысить голос. И только остатки здравого смысла говорили мне этого не делать. — По-твоему я вот так вот запросто готов был залезть под юбку какой-то бабе? В то время, когда меня дома ждет глубоко беременная любимая жена? Хорошего же ты обо мне мнения.
— Ну а почему нет? Вполне реалистично. Я последнее время была сама не своя. Да и выглядела не лучшим образом. Игорь, я все понимаю. Не понимаю только одного — почему ты пытаешься оправдаться, даже когда все так очевидно.
— Потому что ты сейчас совершенно не права. — Я встал, подошел к окну и приоткрыл его. Прохладный воздух освежил немного, сбивая жар. — Знаешь, а я ведь тебя прекрасно понимаю, на самом деле. Невыносимо больно осознавать, что человек, которого ты любишь, может предать.
— Да. Это больно. И простить такое невозможно.
— Согласен. И я бы не простил. — я повернулся к ней. ее глаза были полны ужаса. В глубине души она хотела верить мне. — однажды я тоже не простил.
В палате повисла неловкая пауза. Аля ждала, понимала, что я должен сейчас рассказать ей что-то важное. Важное для меня. О чем не решался говорить раньше.
— Знаешь, я ведь когда-то тоже был молодым и наивным, верил что любовь способна на многое, если не на все. сразу после института влюбился по самые уши, голову просто потерял. Думал, что это навечно. Как мне казалось, она тоже полюбила меня. ее звали Людмила, она была младше меня на три года, приехала из деревни учиться на переводчика. Мы встречались около полугода, когда меня отправили по контракту в одно неприятное место. Она обещала ждать. — Я сделал паузу, чтобы глотнуть воды. Аля, казалось, не моргала даже. И я продолжил. — Я писал ей. Она мне. Сначала часто, потом все реже. Я переживал, ужасно нервничал. А это недопустимо там. И я совершил ошибку, поддавшись эмоциям. Наш отряд попал под обстрел. Погибли все, кроме меня и Андрея. Мы попали в плен. Три месяца ада. Три месяца я жил только мыслями о ней. Мечтал вернуться и жениться. Это меня спасало там.
— Зачем ты мне это сейчас рассказываешь? — по щеке моей девочки катилась слеза. Может, ей было неприятно осознавать, что в моей жизни уже была любовь, но это все в прошлом.
— Я просто хочу сказать, что любовь способна на многое. Тогда, там я думал только так. Я и выжил только благодаря тому, что любил. Через три месяца наши прорвали оборону и мы смогли вернуться домой. Андрей был изрядно потрепан там, еле выжил. Но его ждала Соня. Она поставила его на ноги. Глядя на них тогда я лишний раз убеждался в целительной силе настоящей любви. Я же места себе не находил. От моей любимой не было никаких новостей. Отец молчал. Телефон ее был отключен. Когда я выписался из больницы, первым делом рванул к ней. Еле нашел. Но как оказалось слишком поздно — она вышла замуж. Как только узнала, что я пропал.
— Но это же предательство. — моя девочка была под впечатлением.
— Да. Но я был готов простить ей это. Но ей это было не нужно. Она была в шоколаде — богатый влиятельный муж, красивая жизнь. И я ей был попросту не нужен. Мечта ее сбылась — она вырвалась из нищеты. У нас был неприятный разговор. В тот день я окончательно разочаровался в женщинах. С того самого дня считал, что ни одна не способна на любовь. Что нет ее этой любви. Только взаимовыгодное сотрудничество. Со временем боль притупилась и превратилась во что-то другое. Темное. Я знал, что только деньги и связи решают все. и теперь все отношения были основаны на сотрудничестве. В том числе и с Никой. И до определенного момента я считал, что это и есть настоящая жизнь. Пока не встретил тебя.