Одно Желание или Вернуть Любовь (СИ)

— Вот козел! Урод! — Игорь не выдержал. Он стал нервно расхаживать по комнате и материться. Я впервые слышала от него подобное.
— Утром, когда он проспался и увидел, что натворил, испугался. Но тогда я приняла это за раскаяние. Он валялся в ногах, вымаливал прощение. И я сдалась. Родители со Стасом были в отпуске, а когда приехали, на моем лице и следа не осталось. В общем, я поверила Паше, больше наверное чтобы маму не расстраивать. Она его любила, как родного. Но скоро все повторилось снова. Он встречал меня у института и увидел как я разговаривала с преподавателем. Он был всего лет на десять старше меня. И паше снесло крышу от ревности. Дома он снова набросился на меня, но теперь бил аккуратно. Чтобы не оставлять следов. Он совершенно не слушал меня, он просто «воспитывал».
Стакан полетел в стену. Я вздрогнула. Испугано посмотрела на Игоря. Глаза его практически налились кровью от злости.
— Я закопаю этого урода. Закопаю.
— Мне пришлось бросить институт. Я перешла на полную ставку в больнице, чтобы как можно реже бывать дома. Но ему сказала, что ради денег. Он к тому времени почти не работал. Но умело вызывал жалость — мальчику просто не везло, его не ценят, а работать за копейки было стыдно. Ему ведь семью кормить.
— Этот козел сидел на твоей шее, и при этом вел себя как полное дерьмо! — недоумение Орлова увеличивалось с каждым моим словом. Но мне уже было все равно, что он подумает обо мне. — Почему твои родители, твой отец почему спустил ему это? неужели они ничего не видели?
— Внешне мы были обычной семьей. Постепенно сложилось так, что гости у нас бывали редко. А когда мы были в гостях, я получала четкие установки. Иначе дома меня ждала очередная порция. У папы к тому времени обнаружили порок сердца и я боялась, что если он все узнает, то случится непоправимое. И я терпела. Но однажды Стас услышал то, чего не должен был. Я очень просила его молчать, обещала, что скоро сама признаюсь во всем и уйду от мужа. Но не успела.
— Что значит не успела?
— В тот день я узнала, что жду ребенка. Несмотря ни то, что я ненавидела мужа, мысль об аборте меня даже не посетила. Я полюбила малыша с первой секунды, он ведь ни в чем не виноват. Тогда я впервые задумалась о разводе. Я пришла в родителям домой утром перед работой, когда папы не было. Рассказала маме о беременности, и о том, что Паша уже почти четыре года поднимает на меня руку. Но мама сначала не поверила, ведь она никогда ничего не замечала. Но дома был Стас и подтвердил мои слова. В общем, она обещала сама поговорить с папой. У меня была смена, а вечером я решила пойти домой и собрать кое-какие вещи, чтобы переночевать у мамы. Паши не должно было быть дома. Я давно подозревала, что у него есть другие женщины, но не устраивала истерик. Мне было плевать, Секса у нас почти не было, разовые акции, которые я предпочитала не помнить. Это вызывало отвращение, но отказ был куда страшнее.
— Господи, Алина, что ты такое говоришь! Все это вообще не укладывается в рамки. — Орлов подошел ко мне и крепко обнял.
— В тот вечер он был пьян, разговаривал по телефону с очередной девкой. Поливал меня грязью. Но мне было плевать. Я хотела просто уйти, взять вещи и уйти. — я больше не могла сдерживать эмоции и голос стал срываться. Но я должна была сказать главное. То, что перечеркнуло мою жизнь. — Но он услышал меня. и набросился как зверь. Я помню только несколько ударов, один из которых в живот. Скорую вызвали соседи, дверь была открыта. Они же позвонили родителям и выложили все как есть. По дороге в больницу у папы случился инфаркт и они разбились.
Я не поняла сама, как оказалась на полу. Сидела и уже рыдала в голос. Орлов терялся, не выпуская меня из рук, говорил мне что-то, но я не реагировала. Продолжала говорить, но уже больше себе, чем ему:
— Утром мне сказали, что их нет. А еще нет моего малыша. Я потеряла все. Понимаешь, все! — Я кричала, выкрикивала свою боль, которую все это время держала в себе. — Я ведь и правда одна виновата, понимаешь. Я убила их. Маму, папу, ребенка. Я! Своей трусостью, своей слабостью. Я!
 
— Прекрати! — гаркнул на меня Игорь. И это, как ни странно отрезвило меня и я замолчала.
— Что ты теперь думаешь обо мне? — Я была уверен, что он будет презирать меня. слабачку и мазохистку. Я сама себя презирала.
— Я думаю, что мне очень жаль, что мы не встретились пять лет назад. Тогда тебе бы не пришлось все это пережить. Но сейчас я с тобой. И тебе больше нечего бояться. Я не допущу, чтобы кто-то причинил тебе боль. Я сровняю с землей любого, поняла. — Он держал меня за лицо, стирая большими пальцами слезы, и это придавало мне сил и уверенности. Я верила ему. Верила безоговорочно.
Я рыдала в его объятиях, а он тихо ругал меня за это, напоминая, что мне нельзя нервничать. Но все это мне было нужно. Я впервые высказала все это вслух. И наконец отпустила прошлое. Мне помог мой мужчина. Настоящий мужчина. Теперь я в нем уверена. Он не бросит меня в беде. Никогда не бросал. С ним мне не страшно. Теперь не страшно.
  
Глава 21 Игорь
 
Я не сомкнул глаз почти до утра. Мысли роились в голове до боли. Алю вымотала эта исповедь. Но я был рад на самом деле, что она решилась мне все рассказать. Это означало, что теперь она мне доверяет. Признаться в таком для женщины сложно, возможно только близкому человеку. И я теперь стал для нее таким.
А еще, теперь мне понятна природа всех ее заморочек. Я думал, что это ее тараканы. Но все оказалось куда хуже. Этот урод просто сломал мою девочку. Хладнокровно и методично убивал в ней женщину почти пять лет. И я этого так не оставлю. Руки чесались ужасно, но я намерен был проучить его раз и навсегда. Чтобы напрочь отбить всю охоту руками размахивать. Хотя это животное вряд ли понимает человеческую речь, придется пояснять на понятном ему языке жестов. Но для начала выяснить, где он сейчас, после нашей встречи у Алиного дома, он был немного занят.
Я смотрел на мирно посапывающую на моей груди ведьмочку. Она улыбалась во сне. Сейчас ей спокойно. И хочется верить, что это потому что она со мной. Я даю ей эту уверенность и спокойствие. И любовь. Именно так должно быть, а не иначе. Именно в своем мужчине женщина должна видеть опору, поддержку и надежность. И я поклялся сам себе, что никогда ее не обижу. Порву любого, кто посмеет испортить ей даже настроение. После всего, что было в ее жизни, она имеет право на счастье.
К утру меня все же сморил сон. И я, прижимая к себе самое дорогое, что теперь у меня есть, уснул. Но как мне показалось, ненадолго. За окном только забрезжил рассвет, когда я открыл глаза. В постели я был один. Меня охватила такая паника, что я резко соскочил, даже голова закружилась. Совершенно не осознавая, где я нахожусь, я рванул по квартире, в поисках своей ведьмочки. Неужели история повторяется и она опять сбежала.
— Алин, ты что не спишь? — я влетел на кухню и увидел ее там, спокойно готовящей завтрак.
— Не хочу. — она повернулась ко мне и улыбнулась — А ты чего такое перепуганный? Что случилось?
Я глянул на свое отражение в стекле кухонного шкафчика и рассмеялся.
— Я думал ты снова от меня сбежала. — Я подошел и крепко обнял Алю. Шумно выдохнул и поцеловал ее. — Проснулся и чуть не умер от страха, что один.
— Куда я сбегу? — нежно улыбалась моя девочка. — из своей то квартиры.
— А из моей? — я не терял веры и надежды, что могу перетянуть ее к себе. Тут не плохо, конечно. Но все таки это не моя квартира.
— Не знаю. В прошлый раз ты сам просил. Поэтому я и ушла.
— Я был дурак. — я уперся своим лбом в ее и чмокнул в нос. — Прости дурака. И не убегай больше. Никогда.
— У меня ужасный характер. — Алька положила, наконец, на стол свои ложки-вилки и тоже обняла меня. В такие моменты я чувствовал себя самым счастливым.
— А я как раз и мечтал о такой. Видишь, дожил до седых волос, а ты только мне попалась. Получается, я как раз тебя и искал.