Ядовитый соблазн (СИ)
— И что же этому поспособствовало? — как можно спокойнее спросила Эмилия, втайне желая, чтобы все его планы пошли прахом.
— Уоррингтоны намереваются отправиться в скором времени на длительное лечение. У главы семейства испортилось здоровье. И врач рекомендовал ему лечение минеральными водами.
— Стало быть, Уоррингтоны…
Фамилия была ей смутно знакома. Так, будто она уже однажды слышала её или читала об этом семействе в газетах.
— Это тот самый злобный гений, приятель твоего отца?
— Да. Уильям Уоррингтон, — мстительно протянул Максимилиан.
— Что ты собираешься делать?
— Расправляться с ними по одиночке, только и всего. Начнём с его отпрыска, Ричарда, завсегдатая игорных заведений разного пошиба. Ты умеешь играть в карты?
— Я?
— Именно. Ты станешь временной Фортуной, благосклонно улыбающейся ему. А потом заведёшь его в гибельную пропасть.
— Ты переоцениваешь моё актерское мастерство, Максимилиан.
— Отнюдь. Тебе всего лишь надо будет улыбаться и время от времени стрелять глазками. Пару-тройку случайных столкновений в разных заведениях… Пусть он считает, что и ты падкая до азартных игр.
Эмилия прошлась по комнате. Несмотря на жарко натопленный камин, руки стыли так, словно не могли отогреться от зимнего холода.
— Но для начала мы позволим ему зацепиться за твой образ лишь краешком сознания.
Глава 30. Выход в свет
— Не испытываешь трепета перед первым выходом в свет после небольшого перерыва?
Максимилиан сидел в экипаже напротив Эмилии, сверкая глазами в темноте.
— Тебя на самом деле интересует ответ или это просто повод для обмена колкостями?
Эмилия поправила плотную вуаль шляпки, почти полностью скрывающей лицо. Пальцы рук поглаживали мягкую ткань перчаток, словно ища в ей успокоение.
— Это всего лишь пробный заход, — участливо сообщил мужчина, — погуляем в парке, потолчёмся среди толпы, не привлекая внимания, но разглядывая собравшихся. Должна же ты знать в лицо…
— Твоих врагов.
— Если бы на твою долю выпала часть того, что пришлось пережить мне, ты бы не относилась столь скептически.
— Забавно, Максимилиан. Если рассуждать здраво, ты для меня враг не меньший, чем они для тебя.
— Я не настолько гнусен. И я никогда не скрывал своих намерений.
— Ничем не прикрытая откровенность сумасшедшего.
— Сумасшедший? Мне кажется, или я стал на ступеньку выше, чем был до этого?
— Не обманывайся…
Эмилия перевела взгляд в окно, с нетерпением ожидая момента приезда. Было в этом ожидании что-то неправильное, чужеродное и лишенное логики. Но препарировать свои чувства, иногда сменявшиеся по десять раз на дню, она не стала. Она удивлялась, откуда ей доставало сил не сломаться под постоянным давлением и шокирующими обстоятельствами, щедро отсыпаемых для неё Максимилианом.
В холле театра было людно. Перед началом спектакля по холлу прохаживались семейные пары, франты и просто зеваки.
— Как тебе местная публика? Не жалеешь, что больше не принадлежишь к числу блистательных особ?
— Забавно, только и всего, — рассеянно проговорила Эмилия, разглядывая собравшихся.
— Рассказать тебе о некоторых из них?
— Зачем? Я не собираюсь сводить ни с кем из них близкого знакомства. А роли, что они играют, ясны и понятны даже с первого взгляда. Главное, чтобы среди них не затесался кто-либо, похожий на тебя.
— Довольно трёпа. Посмотри лучше налево — высокий мужчина в сером костюме и женщина в красном. Это семейная чета Уоррингтонов.
Эмилия посмотрела в указанном направлении. Высокий, пожилой мужчина всё ещё выглядел презентабельно. Подтянутая фигура притягивала взгляды, лицо было спокойно и полно осознания собственного достоинства. Женщина рядом с ним была моложе своего супруга. Красавицей её было сложно назвать, но притягивала взгляд статью и умением держать себя, умело обыгрывая достоинства и скрывая недостатки.
— Внешне — типичные представители своего класса. Не назовёшь форменными злодеями.
— Внешность бывает обманчива. Ты тоже умело изображала из себя нечто иное от того, кем являешься на самом деле.
— Как и ты, Максимилиан. Оставим эту бесполезную тему. Ты останешься при своём мнении, а я — при своём. Где же отпрыск чудесного семейства?
— Не спеши.
Максимилиан прогуливался с Эмилией под руку, кивком головы приветствуя знакомых.
— Интересно, какую роль сейчас играю я?
— Ты? — улыбнулся мужчина, — скорее всего, окружающие воспринимают тебя как мою содержанку.
— Мило. Ты так любишь лепить на меня грязь, даже не задумываясь, заслуживаю ли я её. И не стоит ничего отвечать на мои слова, сумасшедший…
По фигуре и лицу девушки, прикрытому вуалью, скользили заинтересованные взгляды мужчин. Максимилиан нигде подолгу не задерживался и повёл девушку внутрь зала.
— Ммм, так скоро? Ты не даёшь мне насладиться вниманием противоположного пола, Максимилиан. Как по-твоему я стану коварной соблазнительницей, если было так мало времени, отведённого для того, чтобы кто-то из них попался на крючок?
Мужчина не ответил и только крепче стиснул руку девушки, ускоряя шаг. Эмилия усмехнулась — о чём бы не разглагольствовал Максимилиан, ему неприятно, когда на неё просто откровенно пялятся мужчины. Интересно, насколько его хватит, если речь пойдёт о большем, как минимум о флирте..?
Они заняли соседние кресла в зале. В ожидании, пока начнётся представление, Эмилия будто бы невзначай положила руку на подлокотник кресла, коснувшись локтя Максимилиана.
— Извини, — беспечно извинилась она, отдёргивая руку, — не хотела тебе мешать.
— Можешь повернуть голову направо и созерцать объект, на который будут направлены ослепительные лучи твоего обаяния, — наклонился к уху девушки Максимилиан.
— Кудрявый брюнет?
— Именно.
Ричард Уоррингтон был молод. На первый взгляд — ровесник покойному Лаэрту. Лицо молодого человека было чрезмерно живым. Большой рот с губами, то и дело дёргавшимися в усмешке, выдавал увлекающуюся, порочную натуру. Щегольски одетый — в чрезмерно узких брюках, пиджаке с огромными лацканами и тростью, в которой не было нужды, он производил не самое благоприятное впечатление. Эмилия всегда с пренебрежением относилась к подобному кичу и самовлюблённости таких франтов. Но постаралась ничем не выдать своих истинных мыслей.
— Увидела, и что дальше?
— Не терпится приступить?
— Разумеется. Буду рада возможности перекинуться словами с кем-нибудь ещё, кроме тебя. Подумать только, я на протяжении стольких недель была лишена даже элементарной светской болтовни. Попыталась поговорить с твоей прислугой, но они либо молчат, либо ругаются, как придорожная рвань.
Эмилия улыбнулась, глядя на Ричарда. Улыбка её была предназначена не ему. Девушка была рада уколоть Максимилиана хотя бы так. Сейчас он напоминал ей лисицу, попавшую в капкан, и вынужденную отгрызать себе лапу. Но Ричард каким-то образом почувствовал взгляд, обращённый на него, и приподнял шляпу в знак приветствия. Девушка потупила глаза, словно смущаясь, и опустила вуаль на лицо.
— Прекрасно, — желчно отозвался Максимилиан и перевёл взгляд на сцену театра, на которой начиналось представление. И, едва высидев до антракта, подхватил девушку под локоть, выводя из зала.
— Так быстро? А как же театральная постановка? — возмутилась Эмилия, — я словно дикарка, не осведомленная о последних модных веяниях сезона. Мне будет даже нечего обсуждать с франтоватым Ричардом!
— Найдётся, — процедил сквозь зубы Максимилиан, — сейчас тебе нужно обучиться игре в карты.
— Думаешь, я не умею играть?
— Хочу убедиться в твоём мастерстве наверняка.
* * *— Садись, будем играть в карты.
По приезду в поместье Максимилиан приглашающим жестом указывает на стол.
— Будешь учить меня азам карточного мастерства? К твоему сведению, я умею играть. Возможно, не так хорошо и не прячу карт в рукаве, но, думаю, этого будет достаточно. К тому же, сейчас довольно поздно. А я устала. Поездка, выход в свет после длительного заточения утомили меня. Если хочешь сыграть… Давай в кости.