Белая орчанка и оборотень (СИ)

Через пару дней проклятые окончательно освоились и почувствовали себя как дома. Они плавно перешли от уборки к ремонту и чуть не испортили ему весь товар, начав красить вонючей краской, стены в лавке. Он сам собирался что-то покрасить пару лет назад и купил эту краску, бледно желтого цвета. Но потом как обычно закрутился и забыл про неё. Банка все это время так и стояла под лестницей, где ее и нашли неугомонные квартирантки.
Он сгребал с витрин мешочки с пахучими приправами в корзины и выносил подальше в другие комнаты, спасая их от въедливого запаха. При этом тролль недовольно бурчал себе в усы, очень напоминая водяную выдру.
— Разорят меня, прям… прям как… Прям как мыши!
Мышей он боялся почти как огня. Все знают что мелкие, домовые грызуны обожают орехи и семечки, а они составляли третью часть товаров в лавке. По этой причине по всему дому у тролля было расставлено множество мышеловок и бродило бесчисленное количество кошек.
Лет десять назад он завел себе всего одну кошечку, но число их с каждым годом множилось в геометрической прогрессии и по численности сравнялось, наверное, уже, с количеством мышей. Для них в двери черного хода, над самым полом, было пропилено маленькое окошко, через которое они ходили гулять на улицу. Варди, конечно, хотел ограничить их число и даже, скрепя сердцем, однажды утопил найденных котят. Но хитрые бестии сразу что-то заподозрили и после этого в доме котятки стали появляться уже в таком возрасте, что легко могли вылезти из ведра с водой. Маленькое расследование тролля показало, что котится они стали на соседской конюшне, куда ход Варди был закрыт. Кошкам девушки очень обрадовались и выбрали себе по одной любимице, напридумывали им имен и устроили пушистикам по всем комнатам лежаночки и корзинки для сна.
В доме тролля постоянно теперь, что-то готовилось. Наголодавшись в обители на скудном, однообразном пайке, счастливые проклятые теперь отъедались. Получив доступ к разным продуктам и почти неограниченные финансово, девушки все время что-то варили, жарили и запекали. Они вспоминали старые семейные рецепты, экспериментировали с новыми продуктами или по рецепту, данному продавцами на рынке или в магазинах, пытались воспроизвести новый кулинарный шедевр. Дегустатором единогласно был выбран Варди, забегая наперед, скажу — за зиму они так раскормили тролля, что весной ему пришлось полностью поменять гардероб.
Финансовая сторона вопроса, была оговорена ими в первый день, Берк расписала все на бумаге и представителями обеих сторон, договор был подписан. Питаться они решили вместе, Варди честно признался, сколько он тратит за месяц на продукты и ежемесячно просто отдавал им эту сумму, позволяя тратить их так, как им вздумается. За жилье тролль отказался взять с девушек плату, как и за дрова и за уголь. Его аргумент был такой: он все равно покупал бы топливо (гораздо меньше конечно), а взамен они убирали и готовили.
Девушки рассчитали примерно, сколько они потратят за зиму на еду, сумма получалась приличная, а в обители оставался погреб с выращенными ими за лето овощами. На вечернем совете они не споря, единогласно, решили рискнуть.
Когда ударили морозы, намертво сковав осеннюю грязь, и дороги, чистые еще от снега, снова стали проходимыми, сестры по несчастью, снова наняли две телеги. Берк, Лучана, Берта и Себастина отправились в обитель, во второй поход, в шутку названный ими «Продуктовый». Девушки сразу договорились, что если на грунтовой дороге телеги застрянут, груз из них просто выбросят, не жалко, все равно еда за зиму пропадет. Им повезло, небольшой, но постоянный мороз крепко держался за голую землю, и через неделю путницы благополучно вернулись в город. Из покинутой ими обители, девушки привезли не только съедобные запасы, вторая телега была полностью загружена заготовленным на маковом озере тростником.
Тролль пришел в полнейший восторг от их шляпок, как и все жители, Жар — города. Девчонки всегда носили их при выходе из дома, они боялись разоблачения. Первое время девушки пристально всматривались в лица встречных мужчин, со страхом выискивая в них признаки оборотня, но уже через месяц они забыли про свои страхи. Все местные, как-то сразу поверили в карликовых орчанок и человечки быстро влились в жизнь города, не вызывая к себе больше лишнего внимания. Шляпки носили теперь по привычке и для удобства, они отлично защищали от дождя.
 
Через несколько дней после появления прокаженных в Жар-городе, в лавку тролля пришла богатая гномка и потребовала продать ей этот редкий предмет гардероба. Варди сначала долго отнекивался, но предложенная цена убедила его в том, что одна шляпка в доме, точно лишняя. За следующую неделю головных уборов недосчитались семь девушек. Куда они запропастились, догадалась Зоя, встретив на улице гордо щеголявшую в шляпе с рябиной торговку пирожками. Припертый железными доказательствами к стене тролль признался (но не раскаялся), в совершенном преступлении. Выручку отобрали, пересчитали и поняли, что торговать шляпами чуть ли не выгодней, чем орехами. Поэтому они перевезли в город весь запасенный тростник. Его собрали очень много, чтобы длинными, зимними вечерами в обители прокаженных, девушкам было чем спасаться от скуки.
Все проклятые принялись учиться плести шляпы, особо криворукие сразу бросили это дело, чтоб не портить ценный материал. Они решили украшать готовые изделия. И тут идей для творчества добавил Варди. Он ходил покупать с девушками нитки для вышивки. Слушая, как нахваливает продавец, молодой, но уже языкастый тролль, собственноручно покрашенные нитки, Варди решил попробовать покрасить шляпки целиком. Они за хорошую цену договорились с красильней, покрасить на пробу в разные цвета, десять шапочек. Проверить обновки на водостойкость решили, пойдя все вместе в дождливый день на рынок. Новинка произвела фурор! На следующий день у лавки толпилась очередь и женские особи всех рас, загрузили их работой на месяцы вперед.
Закончилась наконец-то дождливая осень и в Жар — город пришла зима. Выпал первый снег, но тростниковые шляпки носить не перестали. Их надевали в снегопад сверху на платки, а когда небо было чистое, откидывали на спину и носили просто как украшение. Прокаженные научились вышивать на них не только простые цветы, теперь шляпы украшали дома, драконы и даже портреты. Особой популярностью в преддверии праздника «Новый год», пользовались зеленые шляпы с вышитыми на них листами красного остролиста, чем-то похожими на кленовые. Листья вышивались венком, ложа их на поля шляпки по кругу, в рисунке они были умело переплетены с лесными орешками и выглядело это настолько нарядно и празднично, что стало символом зимнего торжества.
Девушки, скучавшие в обители по простому, человеческому общению, теперь постоянно ходили на прогулки. Они не пропускали ни одного городского представления, поставленного на площади местными артистами, с удовольствием гуляли в парках и просто по улицам, глазели на витрины. Было решено, каждой девушке выдавать раз в месяц небольшую сумму денег, для самостоятельной покупки всяких женских мелочей. У кого-то из девушек появились серьги, у кого-то шелковые ленты, другие тратились на сладости. Покупали они и тонкое белье, которое потом все вместе разглядывали и обсуждали.
Когда улицы засыпало первым снегом все стали готовиться к приближающемуся, самому главному в году, празднику. На том берегу тоже праздновали Новый год, конечно по-другому и не так богато как в Жар — городе. Праздничное настроение носилось в воздухе, все лавки и дома украшались яркими гирляндами и венками из остролиста и еловых веток.
 
Лавка Варди не была теперь исключением. Тролль последние годы пропускал традицию мимо, экономя на украшении. А может, не для кого ему было наряжать дом, и он просто ждал, когда праздник пройдет. В этом году, к огромной радости Сфена, тролль решил щедро потратиться. Он купил здоровенную, пушистую ель. Потом они все вместе долго устанавливали её в гостинной, используя в качестве подставки огромное, старое колесо, от орочей телеги. При этом пару раз чуть не уронили пушистую красавицу в камин, тем самым рискуя спалить весь дом. А сколько потом было криков и споров как нарядить дерево! Украшать решили постепенно, каждый день добавляя что-то новое, елочные игрушки девушки мастерили своими руками, или покупали. Дерево вышло странным, но красивым и каким-то по особому уютным.