Белая орчанка и оборотень (СИ)
Утром, выйдя из барака, девушки нашли тушу молодого оленя, он лежал на дощатом столе под навесом, где они в теплые, летние вечера обычно ужинали. Его горло было перерезано и вся кровь уже стекла из теплой еще туши. Проклятые так истосковались по мясу, что ни у кого не зародилось даже кроха жалости к прекрасному животному. В тот день у них в бараке случился мясной пир и девушки так объелись, что потом всю ночь мучились животами.
С того времени где-то раз или два в неделю, они получали по ночам подарки в виде дичи. У них на столе появлялись то кабаны то зайцы, иногда глухари и фазаны, а совсем редко неизвестный охотник оставлял им оленей. Это было только к лучшему, потому что большой оббьем мяса они не в состоянии были быстро съесть, и оно портилось. Долго гадали проклятые: откуда это на них свалилась такая благодать, и кто вдруг решил их пожалеть? Теория Берты показалась самой правдоподобной.
— Это одинокий, благородный охотник. Тут, наверное, живет или жила его родственница.
— Или возлюбленная. — Вставила романтичная Лали. Она была самой молоденькой, и сердце ее жаждало любви.
Девушки захихикали и начали переглядываться, пытаясь определить предмет внимания тайного воздыхателя.
— Возможно. — Обдумывала вслух, эту версию Берта. Ей было жаль наивную девушку, и она решила поддержать её гипотезу. — Может быть, он издали увидел одну из девушек и влюбился. — Лали была уже очень слаба, ей осталось недолго жить на этом свете. Берта решила что, немного романтики в ее жизни не помешает. — Но он боится заразиться и заразить своих близких, потому, наверное, и не подходит. Наш тайный охотник благороден, он не мог не помочь возлюбленной и теперь, будет заботиться о нас! — Радостно закончила она выдуманную историю.
Девушки захлопали в ладоши. Пусть фантазия, но кто им запретит немного пофантазировать?
Ночью Медея зашла в комнату и тихо села на кровать Бёрк. На ней посапывал во сне, Сфен. На соседней постели спала Лучана. Блудная мамаша вернулась часа через два. Она тихо открыла окно, стараясь не шуметь, пролезла внутрь, и только тут заметила гостью.
— Я все знаю. — Тихо и спокойно сказала Медея.
— И? — Бёрк даже не могла предположить, какую реакцию ждать от неё.
— Могли бы мне рассказать, Сфен давно просит мясо, а я не давала, думала рано. Может он голодал? — Продолжила обвинительно нянька.
От их разговора проснулась Лучана и сонно села на кровати.
— Мы боялись, как все к Бёрк отнесутся? — Сказала неуверенно она.
— Я, не все! — Даже обиделась Медея.
— Ну, прости… — Берк не ожидала такого легкого принятия человеком, своей второй сущности.
На следующий день, под предлогом, что Берк слишком крепко спит и не слышит, когда малыш просыпается, Медея перебралась к ним в комнату. В ночи, когда мама уходила на охоту, Сфен спал с няней. Медея прижимала к себе теплое тельце и, слушая тихое дыхание, благодарила небо за подаренное ей счастье.
15 глава. Дорога в город
Маковые орехи, наконец, готовы! Сколько же сил потрачено на них. После сбора девушки сушили их под навесом, во дворе, скрывая от прямых солнечных лучей, отгоняли птиц, чтоб те не попортили то, на что возлагали они свои большие надежды. В город, естественно, решили отправить Бёрк и Лучану, только они знали Варди. В первый раз, на продажу решено было взять совсем немного орехов — где-то с ведро. Они разделили их на две равные доли и насыпали в заплечные котомки, куда еще положили лепешки, немного овощей и вареной картошки в дорогу.
С утра — пораньше путешественницы собрались в путь. Все обитатели проклятой обители вышли проводить их за ворота, некоторые даже всплакнули. Бёрк поцеловала сына и взглянула на Медею.
— Все будет хорошо. — Заверила няня. — Идите и ни о чем не волнуйтесь.
Бёрк была не идеальной мамой, в ней было столько энергии, что просто сидеть целыми днями в бараке с ребенком, ей было ужасно скучно. Но так надолго оставлять малыша, для неё было тяжело. Нет, орчанка не беспокоилась, что ему будет плохо, Медея заботилась о крохе лучше чем, о себе. Просто он был самым родным на свете существом, которого она безумно любила, и провести без него несколько дней, было мукой.
Бёрк с Лучаной несколько раз оборачивались, и махали руками оставшимся девушкам, пока обиталище не скрылось в утреннем тумане. Потом ускорили шаг и двинулись бодрее. К обеду, как и предполагали, они вышли к броду и строили привал. Девушки спокойно поели в тени густых ив, окружавших реку. Чтоб остыть от жары и смыть насевшую на кожу дорожную пыль, они решили искупаться. Река дальше брода сужалась и становилась заметно глубже. Вокруг никого не было и девушки по привычке полностью разделись, чтобы купаться голышом. Берк разогналась и прыгнула в реку, сразу уходя с головой под воду. Лучана медленно последовала за ней, постепенно входя в прохладные волны. Она в отличие от подружки была чувствительна к перепадам температуры и тут же покрылась мурашками. Немного поплавав, Бёрк прямо в воде перекинулась волком. Снежного цвета оборотни́ца играя, поднырнула под Лучану и осторожно, чтобы не поранить её кожу, схватила за ногу и немного потянула вниз, окунув Лу в реку с головой. Та не испугалась, ловко вывернулась из захвата и, схватившись за густую шерсть, оседлала спину здоровенного зверя. Тут в головы обоих, одновременно пришла гениальная идея, и дальнейший путь продолжила девушка, ехавшая на огромной белой волчице.
На Красном берегу появление оборотня, удивляло, они были редкостью, но нарушением закона, как появись он на стороне людей, не являлось. И уж точно никто не бежал, с криком: людоед!
Волчица мчалась с огромной скоростью, поднимая пыль с сухой летней дороги. Легко обгоняла она пеших, телеги и даже всадников ехавших верхом на лошадях. Лучана улыбалась во весь рот, хотя с трудом удерживалась на Бёрк. Им в след удивленно оборачивались, зрелище было забавное. Скакать на волке было непросто, и первую половину пути Лу все время рисковала свалиться. Она нервно вцепилась в шерсть и иногда так сильно сжимала руки, что вырывала её клочки. Волчица при этом недовольно рычала и, обернувшись к Лучане, скалила зубы, пугая девушку.
Одежда Бёрк была спрятана в котомку, а вот лишнюю шляпу спрятать было некуда, конечно же девушки взяли их в дорогу. Одетые одна на другую они постоянно слетали с головы Лу. Тогда она привязала их на спину и стала похожа на черепаху, с панцирем расшитым оранжевыми, кленовыми листьями. Они чудно сочетались с выбившимися из косы и развевающимися на ветру, волосами рыжей девушки. Ехавший во встречной телеге молодой гном, прокричал ей горячий комплимент, видимо приняв за гномку. И Лучана перестала жалеть о шарфике, который распустила, чтоб украсить свою шапочку этой яркой вышивкой.
За один день, весь путь преодолеть им не удалось, и в сгустившихся сумерках девушки заночевали в густом кустарнике, на обочине дороги. Улеглись уставшие путешественницы, прямо на траве, не став разжигать костер, чтоб не привлекать лишнего внимания. Бёрк осталась в образе зверя, чтобы было теплей. Волчицей она любила ночные прогулки, усилившийся слух позволял Бёрк в полной мере наслаждаться звуками ночи. Небо сегодня, было удивительно чистым и перед тем как закрыть глаза, орчанка немного полюбовалась на звезды. Лучана свернулась калачиком у нее под брюхом и уже спала мертвецким сном, иногда сонно, потирая отбитый за день зад.
Освежившись с утра в небольшой речушке, пробегавшей рядом и перекусив черствыми лепешками, девушки двинулись дальше в путь, по широкой, пыльной дороге. Бёрк как проснулась, обратилась человеком и сразу оделась. Да города было рукой подать и оставшийся путь, она решила идти наравне с Лучаной. Они намазали лица зелеными водорослями и накинули на головы свои шляпки, решив, что так их труднее будет разглядеть особо любопытным зевакам. Навстречу, теперь часто попадались телеги гномов, тяжело груженые разным товаром и орочьи кибитки с выглядывающими из них орчатами всех возрастов. Открыв рты, и чуть не свихнув шеи, девушки провожали взглядами, пока видели глаза, отряд эльфов. Красавцы пронеслись прочь, на своих скакунах не обратив на зеленокожих малышек внимания.