Круг второй 2 (СИ)

— Писец! И куда лезем? В кубло змеиное.
— А какой выбор? Выбора нет. Вся твоя новая жизнь это…? Как Ганеша сказал? — «Ты не человек, ты функция».
— Точно подруга. Мы на работе, мало того еще и в длительной командировке на «холод». Ну что? Все? Утверждаем Ашоку?
— Работаем.
  
Глава вторая. Глава про бла, бла
 
 
— Подсудимый. У вас гражданская жена?
 
— Нет Ваша честь. Великая Отечественная.
 
 
В Барселоне половина населения жжет и топчет испанские флаги. Вторая половина жжет и топчет флаги Каталонии. И только в Китае, фабрика по пошиву флагов работает в режиме 24/7 и работницы падают в обморок от перегрузки.
 
 
Гопник на районе докопался до чела.
 
— Э⁈ Сюда иди!
 
Чел семеня подбегает.
 
— Я не понял⁈ Ты че, помадой губы красишь⁈
 
— Эээ? Я гей.
 
— Гей? Я только одного Гея знаю. Французский физик Гей Люссак. А ты просто пи@ор.
 
 
Опрос на улице. Парню суют под нос микрофон.
 
— Молодой человек, вы любите евреев?
 
— Нет.
 
— Вы антисемит?
 
— Нет.
 
— Но как же…⁈
 
— Я евреек люблю.
 
 
Глисты всегда ноют что живут в жопе. Это социология. Но вне жопы глисты нежизнеспособны. Это биология.
 
Идем по алле парка, под ногами хлюпает грязь и черный снег. Молчим. Наконец Эдди кашлянул и спросил.
— И зачем эта прогулка?
Оскаливаюсь и задаю вопрос.
— Мистер Эботт. Простой вопрос и я даже ответа от вас не жду.
Эдди встал как вкопанный.
— Вы кто?
— Конечно. Чуть позднее.
Переключаю улыбку с оскала на некую задумчивость с меланхолией или даже усталости от жизни.
— А пока вопрос. Что может быть ценного в добродетели если она не дает власти над миром?
Эдди завис. Надолго.
— У меняя нет ответа. Мистер Норг.
Опять очень грустная улыбка и я протягиваю руку.
— Царь Ашока. Будем знакомы мистер Эботт. А ответ на этот вопрос простой. Добродетели в мире материи нет и быть не может. Материя груба и это и есть ответ. Грубость материи компенсируется лицемерием, милосердием и привычным для всех подаянием.
Аут. Эдди выпал в клинч со своим мозгом и идет рядом со мной по инерции и как сомнамбула. Ну да. Это я мощно задвинул. Во первых нужно осознать и принять что рядом с тобой сущность которая старше Христа на двести лет, а во вторых — кружева сложенных слов вроде бы таят в себе нечто Великое а на поверку все мысли сводятся к обыденным вещам. Философский утилитаризм мощная штука для неподготовленного сознания. Это как вывезти из рязанской деревни восемнадцатого века, человека, в Нью-Йорк века двадцать первого. Как думаете, сколько времени понадобится крестьянину дабы разобраться в самом важном, базовом факторе — небоскребы сложены из тысяч изб, а все остальное точно так же как в его деревне! Прикольно да? Ниче. Оно полезно думать, вот и пускай думает. А как поймет что небоскреб это тысяча изб, тогда и говорить будем серьезно.
А Эдик далеко не дурак. Неожиданно он очнулся и глядя в глаза почти выплюнул.
— Нацизм⁈ Нисцше⁈ Туле⁈ Аненербе⁈
— Браво, браво. Теория сверхчеловека вечна. Пятая коренная раса планеты всегда мечтала кинуть вызов небу.
— И⁈
Глаза Эдика сузились и видимо он был готов драться и бить морду.
— Суть любого знания опыт. Будьте любезны найти самую грязную и мокрую палку.
— Зачем?
Сухо уточнил Эдди.
— Мы проведем тест.
Мило улыбаюсь.
— Хм?
Эдди покрутился, потом вышел на парковый газон и поднял корягу густо обмазанную грязью и заляпанную мокрым снегом.
— Это подойдет?
— Вполне. Выставьте толстый конец в мою сторону и будьте готовы откинуть палку подальше.
— Любопытно. Ну хорошо, я готов.
Плазма ярко зажглась на ладони на какую то десятую долю секунды и пропитанная жидкой грязью коряга моментально вспыхнула как сухой порох. Эдди выпучив глаза сунул ее в лужу и замер в виде рыцаря опустившего кончик меча на землю. В глазах стекло. Это был глобальный стоп-кран.
 
— Слыш, подруга? Температура у этой свечки какая?
Я сам пребывал в неком ступоре от такого эффекта.
— Почти шесть миллионов градусов. По Цельсию разумеется.
А вот теперь и я заткнулся. Когда демонстрировали плазму шаману такой температуры точно не было. Иначе бы мы оба превратились в свет.
Стоим и молчим.
Эдди отмер и поднял палку. Загоревшийся кончик выглядел как кусок оплавленного базальта. Мокрая грязь была спеченной, с потеками расплава лавы и выглядела как корка. Эдик внимательно обследовал кончик палки и поднял глаза на меня. Сглотнул комок и сказал.
— От вас родятся дети, от ваших детей другие дети и если они унаследуют эти качества, мир получит новых императоров из рода сверхчеловека. Это конец демократии, равенству и это начало тысячелетней империи. Безграничная власть. Стив? Тебя это не пугает?
— Нет. Не пугает.
— Но именно к этому и стремилась Германия в тридцатых. Именно об этом мечтал Гитлер и вся идеология Третьего рейха была построена на получении сверхлюдей при помощи искусственной селекции.
— Собираетесь меня пристрелить?
Улыбаюсь.
— Возможно.
Буркнул Эдди.
— Это ничего не решит. Моя реинкарнация пройдет в другом месте и несколько позже. Два или три года и я вернусь.
— Шит!!
Эдди опять впал в глубокие размышления. И минуты через две он задал ГЛАВНЫЙ вопрос.
— Кто? Бог или демон? Кто вас прислал?
Улыбаюсь.
— Вы слишком высокого мнения о планете Земля. Поймите и примите одно. Мы в самой заднице Вселенной и Земля с людьми никому не интересна. Даже наша Галактика Млечный Путь находится на огромном удалении от центров цивилизации. Мы дальняя и мало кому интересная периферия. Как пример могу привести Монако. В политическом и финансовом смысле эта страна полный ноль. Монако никак не может влиять на политические решения крупных игроков. Но эта страна удобна для жизни, есть море где можно катать шлюх на яхтах и есть казино где можно встряхнуться и проиграть немного денег.
— И Земля, для Высших сил является Монако.
— Хуже. Представим что Монако завален помоями и там повсюду вонь, грязь и трупы. В море мусор и вода как жижа в выгребной яме. Вот так выглядит наша Земля в глазах Высших сил. Нас пытались научить, нам пытались объяснить что срать в том же месте где жрешь нельзя. Так поступают только свиньи и люди с планеты Земля. И что? За тысячи лет — Ничего.
— И тогда Высшие силы пошли на прямое вмешательство? Они прислали вас и наделили мандатом? Вместо школы мы получим всемирного диктатора?
— Глупости говорите. Легкая корректировка. Я прибыл сюда в качестве терапевта а не хирурга. Точечные уколы и никакой ампутации. А иначе смерть цивилизации неизбежна.
— Но все учения и тайные знания говорят именно об этом. Рано или поздно произойдет очередной катаклизм и высшие силы сотрут неразумных детей и начнут новый цикл.
— А если высшие силы устали стирать и строить? Мы пятая раса на этой планете. И за четыреста пятьдесят миллионов лет у высших сил ничего не получилось.
— И?
И я решил немного пугнуть.
— Я, это последний шанс. Зачистки не будет. Нас огородят забором, объявят зону — зоной карантина и забудут. Навсегда.
Эдди зло на меня глянул и неожиданно спросил.
— Инопланетяне?
Мило скалюсь.
— Вы про Зону 51? В Неваде? Тарелка сбитая в 1949 году?
Эдди даже подпрыгнул.
— Откуда⁈
Я даже руки развел.
— Совсем не нужный вопрос.
— Ах, ну да. И что? Что там?
Мило скалюсь.
— Тарелка.
Опять прыжок вверх.
— Вот! А я говорил!
— Да ерунда. Вы же понимаете постулат О множественности миров?
— И что?
— Есть один непреложный закон. Один разум одна Вселенная.
Молчу, даю пережить шок. Наконец Эдди воскликнул.