Избежать развода. Влюбить мужа (СИ)
До треска сжимаю телефон в кулаке. Что мне ему ответить? Что я бы и рад заиметь еще один бизнес, но прекрасно понимаю, как это ранит Марго? Что даже если я прямо сейчас перепишу ведь «Cold Harbor» на нее, она едва ли меня простит? Что для нее это не просто игрушка, которую можно передарить постороннему человеку — мне, а наследие ее мамы? Что мы с тестем будем одинаковыми предателями в ее глазах, если она вообще узнает о сделке?
— Оформите ресторан на свою дочь. Я буду за ним присматривать и финансировать, если это необходимо, но директором должна стать она. — Стараюсь сделать свой голос как можно тверже.
— Маргарите? — в ответ раздается смех. — Она развалит его за считаные месяцы. Я же видел, Феликс, какова она в деле. Юная девочка мало что понимает. Она так и не смогла вырасти и стать достойной наследницей. Но, по правде сказать, я рад, что вы сдружились. Ты ведь поэтому вдруг решил за нее вступиться? Рестораны в твоем распоряжении Феликс. Хочешь — уволь меня. Хочешь — подари его моей дочери. Теперь это будет твой выбор.
Да не могу я ей его подарить, старый ты козел! Как люди не раздаривают фамильные драгоценности бомжам, так и ты не имел права отдавать мне рестораны! Марго ведь тебе верит, она верит, что ты так же сильно привязан к своему делу, как и она была привязана к своей матери. Почему я, выросший без родителей, это понимаю, а ты нет?!
Но ничего из этого вслух я не говорю. Егора Васильевича не прошибить лирическими чувствами. Нужно попросить Дарью прошерстить законы и найти реальное обоснование, из-за которого я смогу аннулировать договор. Причем сделать это до того, как Марго обо всем узнает. Иначе, чувствую, между нами проляжет такая пропасть, что перепалки первых дней брака покажутся цветочками.
— Я вас понял, — сухо отвечаю и не прощаясь бросаю трубку.
Мы с тобой, ледышка, играем за одну команду. И сдается мне, отказавшись от прошлой цели, я приобрету нечто большее. Тебя.
Глава 25. Планы на будущее
Я просыпаюсь в своей кровати, впервые за много лет ощутив пустоту рядом. Вчерашний вечер кажется сном, каким-то мутным, но приятным воспоминанием. Феликс не должен был уходить после всего, что случилось, ему не следовало оставлять меня одну. От этого на душе как-то пусто, хоть головой я и понимаю, что мой муж рядом — буквально через несколько номеров от меня.
Мы не успеваем на завтрак, нужно торопиться на самолет, до которого остается всего два часа. Летнее солнце уже бьет в окошко, отгоняя сон. Я тянусь к телефону, там уже высвечивается сообщение от Феликса.
«Проснулась?»
«Да», — отвечаю.
«Мы спустимся минут через пятнадцать».
Пятнадцать минут. Их едва хватает, чтобы я привела себя в порядок и кое-как сунула вещи в чемоданчик. В одной руке держу его, во второй — огромного зайца, которого Феликс выиграл (или купил?) вчера в парке. Я чуть не забыла ушастого на диване перед телевизором, где оставила его вчера, и он грустно пригрозил мне морковкой. Пришлось прихватить с собой, хотя была мысль оставить его в Москве.
В холле уже ждет Феликс и, судя по всему, Дарья. Кажется, я ее еще не видела, только говорила по телефону и слышала от мужа, что без нее он как без рук. Была бы я ревнивой женой, сейчас же уже извелась бы: симпатичная, высокая девушка на каблуках и со стройными ногами. Прямые темные волосы до плеч, аккуратность и какое-то изящество в каждом движении. Но ревности к ней у меня совсем нет. Во-первых, кажется, я еще не до конца уверена, что Феликс вообще принадлежит мне, чтобы его к кому-то ревновать. Во-вторых, я столько слышала от мужа про Дарью, что почти на сто процентов уверена, что он к ней относится просто как к палочке-выручалочке.
— Маргарита Егоровна, здравствуйте, — первой здоровается Дарья.
— Пожалуйста, просто «Маргарита», — прошу я и чуть замираю, не зная, как теперь вести себя с Феликсом. Он сам делает первый шаг и легонько обнимает меня.
Чувствую на шее его легкое касание губ.
— Как спалось?
— Одиноко, — честно отвечаю я.
— Это поправимо. Идемте, нам нужно успеть добраться до аэропорта.
Мы садимся в автомобиль и едем в нужную сторону. Феликс и Дарья обсуждают итоги поездки, я слушаю их вполуха. Кажется, они договаривались с каким-то автодилером об открытии нового салона, но из разговора не удается уловить подробностей.
Это напомнило мне детские годы, когда отец собирался со «взрослыми дядями», своими коллегами и партнерами, и был не очень-то доволен, что я слушаю «взрослые разговоры». Когда чуть подросла, поступила в университет, меня уже перестали выгонять, но и вставлять свои пять копеек не позволяли. Сиди, слушай, что говорят умные люди, доча, самой-то тебе еще не понять…
— Выходим, — командует Феликс и берет телефон.
— А ты? — Я чуть задерживаюсь, прежде чем ринуться к багажнику за вещами.
— Сейчас приду, нужно машину вернуть. Каршеринг же.
Феликс бросает на меня взгляд через зеркало заднего вида и тут же исправляется:
— Ну или подожди меня, помогу нести вещи.
Я намекала не на это, но все равно подождала, пока он выйдет, достанет чемоданы и вручит мне зайца:
— Ты за него главная, — усмехается Феликс и чуть касается моей спины, подгоняя. — Давай, Дарья уже должна занять нам очередь.
Для ушастого, как ни странно, хоть это и казалось мне шуткой, выбили место в бизнес-классе. Даже не уверена, что это законно — покупать игрушке целое место. Но в полупустом салоне нам не стали препятствовать, и мы расселись: я у окошка, Феликс рядом, заяц — через проход от нас. Дарья сидела отдельно. Не могу не заметить ее учтивость: не стала «навязываться» молодоженам.
Я думаю вздремнуть в полете, но Феликс, когда самолет взлетает, раскладывает столик передо мной и дает блокнот с ручкой.
— Сегодня у нас домашнее задание, — с тоном умудренного наставника говорит мой муж.
— В смысле?
— Раньше тебе удавалось увиливать и переводить тему, но теперь у нас целых два часа, и тебе не отвертеться. Вот тебе блокнот. К концу полета я хочу увидеть наброски и предложения о ресторане твоей мечты.
Я смеюсь, думая, что это шутка, но Феликс настроен серьезно.
— У меня нет никаких мыслей и предложений. Я вообще об этом не думала, — на этом моменте я чуть лукавлю, потому что думаю-то я об этом часто. Но это что-то на уровне «а вот однажды я полечу на Марс», настолько же несбыточно.
— Подумай.
Рука Феликса ложится мне на ногу, и я чуть вздрагиваю от неожиданности. Он перегибается через меня, посматривая в окно. Мы уже почти взмыли в облака, земля за иллюминатором кажется маленькой, игрушечной.
— Я не очень могу посоветовать что-то на эту тему, — говорит Феликс, поглаживая мое бедро. Хорошо, что я сегодня тоже в штанах, потому что будь я в юбке, это было бы очень откровенное действие. — У меня тоже никогда не было представлений, каким будет мое дело. Я не засыпал с мыслью, какого цвета сделать зарядную станцию или типа того. Целью всегда были деньги, и исходя из этого, я придумывал, что поможет мне заработать больше всего. Я не хотел торговать электрокарами, не продумывал, какой дизайн сделать в автосалоне. Просто понимал: чтобы были клиенты, нужно сделать все так-то и так-то. Чтобы зацепить неравнодушных к экологии граждан, логотип нужно сделать зеленым. Мои сотрудники должны вести себя таким-то образом, иначе могут отпугнуть покупателей. Сделать неподалеку парковку для дальнобойщиков — это принесет дополнительный доход. Все ради денег. Но у тебя-то другое.
Феликс, устав просто смотреть в иллюминатор, кладет голову мне на плечо.
— Что-то мне подсказывает, ледышка, у тебя другой случай. Даже в ресторанах отца ты видишь не просто бизнес, а какое-то… наследие. Твоих родителей, твоей фамилии. Кажется, ты упоминала, что это мама придумала оформление «Cold Harbor»?
— Да. Она говорила, что еще в медовый месяц тратила все свободное время на эскизы или продумывание концепции. Она всегда была творческой, даже в моем детстве мы часто вместе рисовали.