Егор Смирнов: каникулы в СССР. Том 1 (СИ)

Ну вот что тут ответить? Сам вчера напросился. Поздно заднюю включать. Да и те, кто постарше, теперь уже с некоторым уважением начинают смотреть в сторону нашей компании. Одним словом, хоть какая-то польза от этого все-таки есть.
— Конечно пойдем, — ответил я.
— Это хорошо. — Ирка вновь приблизилась ко мне, взяла меня за руку и недвусмысленно потянулась ко мне своими губами.
  
Твою ж мать! Я, конечно, понимаю, что у девочек раньше начинают гормоны играть, но я, признаться, к такому еще не готов.
— Я это… — ответил я, отступая на шаг и высвобождая руку. — Мы с пацанами сейчас… в общем, поиграть собрались. Короче, ждут они меня. Бежать надо. — И я отошел от Ирки еще на пару шагов. — Но после мы погуляем. Как договаривались. Подождешь?
— Подожду. — Голос у Ирки звучал немного расстроенно. Она бросила на меня грустный, но при этом весьма многозначительный взгляд и, повернувшись, отошла к подружкам.
Я вернулся к иронично поглядывающим на меня друзьям и быстро прошептал:
— Пацаны, спасайте! Чтобы отвязаться от Ирки, пришлось сказать, что мы сейчас играть будем.
— Во что играть-то? — рассеянно спросил Женька Андреев.
Он постоянно поглядывал в сторону Иркиной компании. Я знал, что ему нравится Катька, его одноклассница, которая сейчас как раз была среди собравшихся вокруг Ирки девчонок.
— Андреев, тебе, походу, плевать, во что. Главное, что здесь Катька Денисова, — усмехнулся я и подмигнул остальным. Таким нехитрым приемом я попытался перевести внимание пацанов на Женькины амурные воздыхания.
— На себя посмотри, — тут же беззлобно огрызнулся Андреев. — В Ирку втюрился, да? — Он посмотрел в сторону девчонок и крикнул: — Ирка, Егорыч сказал, что влюбился в тебя по уши!
Я попытался шутливо зарядить Андрееву пинка, но тот отскочил и захохотал.
— Точно влюбился! Жених и невеста! Тили-тили-тесто! — на весь школьный двор заорал он.
Ирка в ответ покрутила пальцем у виска и показала Женьке язык.
Я в свою очередь сделал вид, что собираюсь рвануть за Андреевым. Тот отскочил еще на пару шагов и поднял руки в примирительном жесте:
— Ладно, ладно, шучу я! Пойдем лучше в «квадрат» играть!
А это была классная идея. Помнится, эта игра мне очень нравилась. Для подготовки к ней любая асфальтированная площадка расчерчивалась крест-накрест, чтобы получились четыре квадрата. В каждом из них вставало по игроку. Если не вдаваться в тонкости, то цель игры состояла в том, чтобы забивать «голы» любому из своих соперников.
Игра у нас обычно шла до двадцати очков. Мяч мог коснуться твоего квадрата только один раз. После этого ты должен отправить его без помощи рук в любой из квадратов соперников. Если мяч касался два раза твоего квадрата или же после первого касания вылетал за его пределы, то ты получал штрафные очки. Одно — за одинарный удар ногой, четыре — за удар коленом, восемь — головой, десять — за удар пяткой накрест из-за другой ноги. А еще можно было начеканить мяч сколько угодно раз и отправить его в квадрат соперника. Если он пропускал удар, то получал столько штрафных очков, сколько успел начеканить атакующий.
— Круто! Пойдем! — откликнулся Серега Сабуров. — А мел есть?
— Там кусок белого кирпича валяется. — Женька указал в сторону волейбольной площадки, где чаще всего играли в «квадрат». — Им и начертим.
Так началась наша еще одна увлекательная игра, которая в былые времена могла затянуть меня на несколько часов. Именно с помощью ее я в свое время хоть как-то худо-бедно научился чеканить ногой мячик.
Так как нас было пятеро, то один из нас всегда оставался вне игры. Когда кто-то проигрывал, то вылетал из квадрата, а ожидающий вставал на его место. Это прибавляло особую остроту поединку.
Когда мы провели два раунда, к нам неожиданно подошла компания девчонок во главе с Иркой.
— Мальчики, а можно с вами? — неожиданно для всех вывезла она.
Я скептически оглядел девчонок. Некоторые из них были в юбках, и я себе плохо мог представить, как вообще они собираются пинать мячик, не говоря уже о том, чтобы его чеканить. Ясно было, что девочкам, и, в частности, Ирке, просто стало скучно.
— В смысле, с нами? — тут же вклинился в разговор Женька Андреев. — Миронова, ты хоть мячик-то пинать умеешь? — насмешливо спросил он.
— Тебя забыла спросить, — раздраженно ответила Ирка.
— Да ладно тебе, — буркнул Женька, то и дело поглядывая на Катьку Денисову. — Если умеете, то можно. Кать, будешь за меня? — неожиданно даже для самого себя выпалил он.
Ирка тут же обернулась к подруге и подала ей знак, чтобы та соглашалась.
— И что надо делать? — нерешительно спросила Катя.
— Да просто вставай рядом со мной в квадрат, — быстро, пока она не передумала, ответил Женька. — Будем вдвоем играть. Когда мячик полетит на тебя, просто отбей его в любой другой квадрат. Проще некуда.
— Иди-иди, — подтолкнула подругу Ирка. — А я тогда за Егора буду. — И она, абсолютно не поинтересовавшись моим мнением, встала рядом со мной.
Конечно, после этого, никакой речи о какой-то, хотя бы относительно вменяемой, игре и быть не могло. Но подурачились мы знатно. С Иркиной подачи к Сереге Сабурову и Мишке Борисову в квадраты тоже встали по одной девчонке. И началась полнейшая вакханалия, в приличном смысле этого слова. Благо, что на всех вовлеченных в игру девочках были или джинсы, или же спортивные штаны, иначе бы конфуза было не избежать.
Кончилось тем, что Женька Андреев, который в нашей компании всегда слыл неисправимым ловеласом, отошел с Катькой Денисовой в сторонку, а потом и вовсе стал прогуливаться с ней по беговой дорожке вокруг футбольного поля. Зная Женькину болтливую натуру и принимая во внимание его вполне привлекательный внешний вид, я не удивился такому быстрому переходу от простой игры в «квадрат» к любовным прогулкам с Катькой.
Ирка, пользуясь удобным моментом, тут же взяла меня под руку:
— Пойдем тоже погуляем, Егор. Ты мне вчера так и не рассказал, где научился так хорошо играть на гитаре.
Делать было нечего, пришлось вслед за Женькой начать вынужденные похождения вокруг футбольного поля. Ирка мне, конечно, нравилась. Но это, скорее, относилось к тому, какой она станет через несколько лет. А сейчас я, как ни пытался, никак не мог заставить себя относиться к ней, как к сверстнице, а не как к малолетке. Разговор я, конечно, поддерживал и старался проявлять другие знаки внимания, но при этом ужасно боялся, что Ирка вновь полезет целоваться.
Спасло меня одно весьма обрадовавшее меня обстоятельство. Из-за угла школы в сопровождении всей своей дружной и шумной компании показался Стас, целый, невредимый и широко улыбающийся.
  
Глава 28
 
Заметив меня, он приветливо помахал мне рукой, словно ничего и не было. Я, если честно, даже засомневался, а он ли это вообще был рядом с той черной «Копейкой»? Махнув в ответ, я направился ему навстречу.
— Сегодня тоже сыграешь что-нибудь классное? — тут же оживилась Ирка.
«Вот ведь надоедливая!» — пронеслось у меня в голове.
— Если дадут гитару, то, может, и сыграю, — ответил я, бросив на Ирку ироничный взгляд.
— Еще бы они не дали! Ты вчера так круто пел. — И она, обхватив мою руку, потеснее прижалась ко мне.
— Полегче! А то руку оторвешь. — Я улыбнулся и скосил на Ирку глаза.
Настроение у меня от вида Стаса сразу же поднялось. Пытаясь ненавязчиво освободиться от крепкого Иркиного захвата, я бодрым шагом приблизился к веселой компании. Ко мне сразу же подскочил Санька с гитарой.
— Егор, ну как, покажешь Чака? А то ты на репетиции так сильно дергался, что я не всю партитуру записал, — живо спросил он, протягивая мне гитару.
  
— Отстань ты от парня, Сань, — вклинился в наш разговор Стас. — Не видишь, он с девушкой гуляет. Ему не до мелочей.
Ослабший было Иркин захват вновь стал сильным. Я даже слегка поморщился. Санька, увидев мою мимолетную реакцию, сразу смекнул, что к чему.