"№Фантастика 2024-162". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
В полуметре от ребенка в траве лежала сжавшаяся живой черной пружиной гадюка. Змея уже распрямлялась в прыжке, готовая ударить, как прямо на ее голову опустился тяжелый ботинок. Бравлин крутанул пяткой, вдавливая, впрессовывая змею в землю, почти одновременно он подхватил ребенка на руки. Успел. Чуть-чуть, но успел, – пришла в голову успокоительная мысль. Гадюка билась в агонии, захлестнув изгибом своего длинного толстого тела ногу Бравлина. Князь легким движением стряхнул змею с ноги и носком ботинка отшвырнул ее в сторону. В этот момент его щиколотку пронзила острая боль. Скрывавшаяся до этого времени в густой траве вторая змея ужалила князя. Бравлин, крепче прижав к себе девочку, выхватил пистолет и всадил пулю в лоснящийся на солнце змеиный хребет. Ударом пули гадюку отшвырнуло в сторону. Подбежавшие телохранители приняли у него из рук ребенка и повели князя к флаеру. В принципе, ничего страшного – яд степной гадюки не смертелен. В машине есть аптечка. Один укол, и можно будет спокойно долететь до врача. Жаль только, придется потом пару дней проваляться дома, доктор обязательно запретит работать. Бравлин победоносно улыбнулся в сторону телохранителей: мол, вы не успели, а я успел!
Ребята с виноватым выражением лиц шли рядом. Один так и нес на руках притихшую девочку. Бравлин подумал, что надо будет сказать ее родителям, чтобы вызвали врача. Шок – дело серьезное, особенно в таком возрасте. А вот и старшие, со всех ног бегут навстречу. Пилот правительственного флаера, нарушая все инструкции, выбрался из кабины. Затем он заскочил в салон и, размахивая кожаным чемоданчиком с красным крестом на боку, поспешил к Бравлину.
Кругом расстилалось буйное степное разнотравье. На небе светило огромное красное солнце, плыли облака. Вдруг солнце покатилось вниз, с каждым мигом все быстрее и быстрее, облака закружились в хороводе и рухнули на землю. Охранник бережно подхватил на руки потерявшего сознание князя и осторожно понес его к флаеру, а навстречу бежал пилот с аптечкой в руках.
25
В офицерской столовой базы «Остролист» царило оживление. Все уже были в курсе. Приказ о прекращении огня уже два часа как доведен до сведения всего личного состава группы армий «Самум». Люди искренне радовались победе. Всеслав Сибирцев, не обращая внимания на окружающее его веселье и праздничные, радостные лица обедающих офицеров, поставил поднос на свободный столик в углу и принялся за свой обед. Он сегодня проголодался как волк, в животе громко, требовательно урчало.
А салат неплохой! Повар, видимо, в честь победы вскрыл свой неприкосновенный запас свежей капусты. Да еще настоящей, не обезвоженной! Раньше приходилось довольствоваться только квашеной. Утолив голод, Всеслав огляделся по сторонам. Просторное помещение офицерской столовой было заполнено людьми. В стесненных условиях инопланетной базы столовая использовалась не только как место для еды, но и как клуб, кают-компания, помещение, где можно собраться и провести свободное время за разговорами с товарищами.
Люди за столами шумели, оживленно разговаривали, громко, с грубоватым армейским юморком комментировали работу поваров. Кругом царила легкая жизнерадостная атмосфера праздника. За соседним столиком, рядом с Всеславом шесть офицеров артиллеристов поднимали бокалы с вином, совершенно не стесняясь присутствия Сибирцева. В столовой все были равны, по неписаным правилам здесь общались «без званий». По нормам питания, во время боевых действий на безкислородных планетах в сутки полагались 100 граммов красного вина. Многие предпочитали экономить свою норму и пить не чаще раза в неделю, имея соответствующий повод. По раскрасневшимся лицам артиллеристов было видно, что они уничтожают свое винное довольствие, сбереженное, по крайней мере, в течение последних двух недель. Пусть расслабляются – повод сегодня действительно был стоящий.
Несмотря на радостное праздничное оживление окружающих, сам Всеслав не испытывал никаких эмоций. Он ощущал себя выжатым лимоном. Абсолютно никаких чувств, никаких желаний, эмоции, как у гранитного валуна. В тот момент, когда пришло сообщение от Славомира Прилукова, с души словно тяжелый камень свалился, и одновременно появилось необычное ощущение пустоты, вакуума внутри. Большое дело сделано, планета наша. Задача выполнена. Вот и все. Наверное, он просто сильно изменился за последнее время. Стал сдержаннее. И накопленная усталость дает о себе знать.
Сейчас, в этот самый момент войска принимают капитуляцию догонских гарнизонов, занимают последние укрепления и схроны противника. Через пару дней группа армий сосредоточится у своих основных баз и будет ждать нового приказа с Голуни. Скорее всего, на планете останется только одна армия, не больше. Остальные перебросят на Винету и Высокую Радугу на обжитые квартиры. Только флоту придется задержаться в системе до окончательного заключения мира. Обычная каждодневная, боевая служба по патрулированию сектора пространства и защите коммуникаций от рейдов противника. А мир заключат скоро, в этом Всеслав был уверен.
Перед обедом полковник Сибирцев успел организовать совещание с командующими армией и флотом. Летучка прошла быстро, по-деловому. Сибирцев от имени Великого Князя поздравил командующих и старших офицеров с победой, обсудил с ними ближайшие планы и текущую ситуацию на планете. Во время совещания выяснилась одна «забавная» вещь: в трюмах судов прорвавшегося сегодня конвоя были 40 суперсовременных сверхтяжелых танков «Минотавр». Машины прислали на Тиону для испытания в боевых условиях. Эти машины, по своим боевым качествам на порядок превосходящие старые «Мангусты», были бы хорошим подарком танкистам Ворона. Но конвой пришел как раз во время последнего сражения с догонами. А техника была разгружена и доставлена на поверхность уже после капитуляции. Поделившись этой информацией, Ворон пообещал устроить новым машинам хороший марш-бросок по танконедоступной местности. Не смотря на бодрый вид, было видно, что генерал огорчен. Приди этот груз на месяц раньше, в группе «Самум» были бы меньше потери. А так за все время с начала войны погибло 21 352 человека, и еще 8391 получил ранения средней и большой тяжести.
Завершив планерку и еще раз поздравив всех с победой, Сибирцев отправил подробный рапорт на Голунь и лично проинспектировал доставку догонского главнокомандующего на «Остролист». У Всеслава были свои планы на дальнейшую работу с Огр-Гарк-Гармом.
Но все это будет завтра, а сегодня Всеслав решил дать себе полдня отдыха. Сейчас он доест обед и выпьет кофе, потом пойдет в свой жилой модуль. Первым делом извлечь из личного запаса полбутылки «Бычьей крови» с виноградников Оранжевых Островов Винеты. Потом закрыть дверь и, лежа на диване, лениво потягивать вино под волшебную музыку Вагнера. И никакой работы! Тиона на полдня обойдется без Верховного Главнокомандующего. Генералы не зря получают свое содержание – справятся. Да, именно так он и сделает.
К сожалению, этим планам не суждено было сбыться, и меньше всего их реализация зависела от Всеслава. У Судьбы и Богов было другое мнение насчет послеобеденного времени Личного Представителя Князя. Не успел он вставить в комп инфокристалл с музыкальной подборкой, как в дверь вежливо постучали, затем на пороге возникли Бравлин Генералов и начальник медицинской службы 9-й бронетанковой армии полковник Савельев.
– Извините, Всеслав Бравлинович, мы по важному делу, – заявил Генералов, входя в кабинет.
– Пожалуйста, проходите, – начисто бодрым голосом ответил Всеслав, уменьшая громкость динамиков, он уже понял, что отдых откладывается на неопределенный срок. Как ни странно, это его даже обрадовало.
– Всеслав Бравлинович, вопрос касается не только старшего лейтенанта Генералова, но и всего личного состава группировки, – с порога перешел к делу Савельев.
– Понятно, проходите, присаживайтесь. Говорите, в чем проблема?
– Помните, я рассказывал, как мне приснился схрон догонов? – Бравлин непроизвольно провел ладонью по своему гладкому черепу. – Эта история не давала мне покоя, пока я не пошел к врачу. В итоге выяснилось, что я не один такой. Есть и другие пациенты с подобными снами, – говорил Бравлин сбивчиво. Было видно, что ему нелегко говорить о таких вещах. Он всю жизнь считал себя психически здоровым, дееспособным человеком, иначе для офицера СГБ и быть не может.