"№Фантастика 2024-162". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
Впереди показался выход в просторную пещеру, и женщина-птица скрылась из виду за пределами тоннеля. Девушка ринулась следом за ней в тускло освещенный проем, но, едва миновав его, поскользнулась, потеряла равновесие, упала на спину и полетела вниз, подскакивая всем телом на твердых холодных выпуклостях. Ощущения были почти такие же, как тогда, в интернате, когда Гроза Ивановна тащила ее за волосы по лестнице, чтобы запереть в кладовке. Только вот та кладовка была вполне уютным местечком по сравнению с тем, куда сейчас несло Тильду. Ей вдруг вспомнилось слово «тартарары», очень подходящее к тому, что она увидела перед собой.
Открывшаяся картина напоминала зал роскошного дворца для великанов: гладкий, идеально ровный пол, сверкающий ледяным блеском, занимал всю площадь, лежащую в пределах зрения. Тьма окружала его сплошным кольцом. Белесые полупрозрачные колонны заполняли все видимое пространство с частотой и упорядоченностью деревьев в лесу и исчезали в вышине, подпирая полог из клубящегося тумана, сквозь который пробивались тусклые лучи невидимого светила. Поверхность колонн выглядела бугристой, как у сильно оплывшей свечи, покрытой крупными восковыми сгустками причудливых форм.
В центре этого великолепия блестело круглое озеро, черное, как вороний глаз. Вокруг него плескались волны белого пара, и в них шевелилось что-то живое, темное и многочисленное. Тильда не успела рассмотреть таинственных существ, ее внимание вдруг привлекла человеческая фигура, выступившая из туманной завесы.
Это был мужчина, высокий и очень худой, такой же, как Вадим Бранимирович, только одет был очень странно: плащ, колышущийся за его плечами, казался сотканным из мрака, с рваных краев его то и дело слетали мелкие клочья и плавали в воздухе. Человек направился в сторону Тильды, и девушка сжалась в ужасе, заметив в руке незнакомца оружие – нечто вроде длинного изогнутого меча, кривое острие которого стучало об пол на каждом шагу. Лицо мужчины ужаснуло ее еще больше, оно оказалось голым черепом, обтянутым синеватой кожей. Из черных глазниц выплывали черные хлопья, подобные тем, что сыпались с его эфемерного плаща. Человек что-то говорил, но невозможно было разобрать ни слова: из-за сильного эха все пространство вокруг наполняло монотонное бормотание тысяч голосов.
Тильда, уже несколько минут лежащая плашмя на земле после того, как слетела с последнего бугорка, решила все-таки встать, чтобы в случае чего броситься наутек. Пока же от бегства ее удерживало жгучее любопытство. Ей хотелось выяснить, кто этот человек и что это за странное место, смахивающее на воплотившуюся в реальность фантазию художника-сюрреалиста.
Оказавшись в двух шагах от нее, мужчина резко выбросил вперед свободную руку и вцепился в ее запястье. Все произошло так быстро и неожиданно, что девушка не успела отскочить, только испуганно ахнула, уставившись на костлявые пальцы с черными ногтями, удерживающие ее.
– Милости прошу в Лунный Чертог! – произнес незнакомец, обнажив зубы в улыбке, и стал еще больше походить на скелет.
– Кто ты такой?! – воскликнула Тильда и попыталась выдернуть руку. – Что еще за чертов чертог?!
Мужчина содрогнулся от смеха.
– Чего греха таить, черти здесь водятся, твоя правда, но чертог-то мой!
– Вообще-то я шла в другое место, – сообщила Тильда, немного осмелев из-за шутливого тона собеседника. – Мой друг куда-то исчез, и я заблудилась. Здесь, случайно, не появлялся мужчина? Высокий такой, лет сорока?
– Да кто тут только не появлялся… Бывает, заходят разные люди… Ступай-ка ты лучше, гостья долгожданная, в мои покои, чего у порога-то стоять! – Незнакомец потянул ее за собой, не дожидаясь согласия «гостьи», и ноги Тильды заскользили по ледяному полу. Слово «долгожданная» ей очень не понравилось, потому что могло означать, что отпускать ее хозяин «чертога» не собирается.
– Мне надо человека найти! – Она решила еще раз попытаться выяснить что-нибудь о Вадиме Бранимировиче. – Так был здесь мужчина или нет?
– Был да сплыл! – Незнакомец рассмеялся трескучим смехом, напоминающим звук трескающегося льда.
– Что? А давно он ушел? – оживилась Тильда.
– Давно – не давно́, тебе все одно!
– Что значит «все одно»?! А ну, пусти!
– Куда рвешься-то? Назад нет пути. Со мною будешь жить-поживать!
От такого заявления Тильда обмерла.
– Еще чего не хватало! Пусти, ч-черт, мне домой надо! – Она с силой дернула руку и, поскользнувшись, удержалась на ногах лишь благодаря мертвой хватке своего провожатого. Тот повернул к ней мертвенно-синюшное лицо. В глубине черных глазниц что-то полыхнуло. Когда он заговорил, в его голосе появился угрожающий оттенок:
– Домой? А где он, дом? Там, где родные-любимые ждут? Ну, а ты-то куда пойдешь? Кто тебя ждет не дождется? Что, нет таких? Вот, меня полюбишь, и будет у тебя дом. А чертом меня не зови! Негоже Темного Властелина чертом кликать!
«Откуда этот жуткий тип знает о том, что меня никто не ждет?! – поразилась Тильда. – Как он догадался?!»
Будто услышав ее мысли, хозяин «чертога» вновь заговорил:
– Птица-девица Сирин все о тебе в песне пропела: жаждешь ты, чтоб все тебя любили да тобой любовались, а сама-то, если кого и любила, так разве что одну себя.
– Да какая еще любовь?! – возмутилась Тильда.
– Вот я о том и толкую! – кивнул незнакомец. – Выбирай теперь: полюбишь меня – получишь полцарства в награду, а нет – в льдину стылую превратишься, коих в моем чертоге видимо-невидимо. И то, если я добрый буду, а это редко бывает. Буду зол – чертям брошу на растерзание. Вон они, голодные, чуют тебя!
Тильда огляделась. Возня у озера стала активнее. Какие-то темные существа, скрытые клубами пара, пыхтели и взвизгивали, толкаясь, но не показывались на глаза. Вдруг там мелькнуло что-то, похожее на копытце, но скрылось слишком быстро, – могло и показаться. Тильда тряхнула головой, прогоняя наваждение. В подобную чушь она верить не собиралась.
– Ну, хватит! – решительно воскликнула она. – Некогда мне слушать дурацкие сказки! Отпусти уже, пойду я выход искать!
– Вот же дура! Неужто не скумекала? Пришла уж, пришла ты! Дальше дороги нет. Сирин твою песню спела.
– Какую еще песню? – не поняла Тильда. – Песня здесь при чем?
– Так ведь посмертная же! – Синюшный тип оскалил зубы и, явно забавляясь, звонко щелкнул ими прямо у Тильды перед носом. Ахнув, она отшатнулась – не только от испуга, но еще и потому, что изо рта шутника разило какой-то дохлятиной.
– Сирин – вестница смерти, разве ты не знала? Она встречает всех, кто приходит в Лунный Чертог! – Из черных глазниц Властелина внезапно вырвались снопы черных хлопьев. Он продолжал злорадствовать: – Твои прекрасные синие очи сожрут черви, если осмелишься меня отвергнуть!
Тильду передернуло от омерзения. «Лучше уж черви», – подумала она, с неприязнью глядя на скалящийся череп. Хозяин «чертога» тотчас разочарованно взвыл:
– Негодница! Такая же, как и все прочие! Погибель выбрала! Ну, так и сгинешь!
«Читает мысли!» – окончательно убедилась Тильда, а вслух сказала:
– Я еще даже не думала!
– Сгинешь! Сгинешь! – как заведенный, продолжал вопить Темный Властелин. – И никто по тебе слезинки не проронит! Никто не вспомнит и не затоскует!
Он оттолкнул ее. Тильде показалось, что она превратилась в снежинку, – ее понесло назад и закружило между колоннами. Она пыталась схватиться за них руками, но поверхность колонн была слишком гладкой, и пальцы соскальзывали. В конце концов, девушка упала навзничь и какое-то время двигалась по инерции, пока не врезалась плечом в одну из колонн. Пространство наполнилось дробным звуком удаляющихся шагов. Тильда села, прислонившись спиной к колонне, и огляделась, ища взглядом фигуру в плаще.
Вначале ей показалось, что она видит Вадима Бранимировича: та же походка, тот же наклон головы. Но это был Темный Властелин. За плащом, развевающимся за его спиной, тянулись длинные струйки черного тумана, отчего казалось, что плащ дымится. Кривой меч, вонзаясь в ледяной пол на каждом шагу, высекал из него россыпи сверкающих осколков. Хозяин Лунного Чертога ни разу не оглянулся на нее и вскоре исчез во мраке, сгустившемся вдали.