"№Фантастика 2024-162". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Гермиона послушалась. Вокруг её левого предплечья овилась зеленоватая кобра. Небольшая.
Она кольцами охватила руку ниже локтя и отстранялась от неё выше, выгибаясь дугой на уровне плеча. Кобра на руке и Чёрная Метка на коже.
– Как красиво! – не сдержалась Гермиона.
– Чувствуешь себя королевой? – тихим голосом спросил Генри. – Властительницей всего мира?
– Может быть… что-то есть. – Она смотрела в вертикальные зрачки кобры. То и дело мелькал раздвоенный язычок.
– Смотри, она холодная и величественная. Она всегда в этой маске. Она всегда спокойна. Она королева. Когда кто-то раздражает тебя, представь её глаза. Слейся с ней. Почувствуй себя коброй…
* * *
Гермиона вернулась в гостиную поздно. Никого не было. Стрелки часов сомкнулись на цифре два. Она поймала присланного на неделе родителями – мистером и миссис Грэйнджер – Живоглота и устроилась с ним у камина. Кот странно теперь относился к своей хозяйке – смотрел с укоризной, непониманием. Ведьма удержала его, не дала вырваться. Она сидела, вглядываясь в тлеющие угли.
– Ну что? – тихо произнесла Гермиона, успокаивая питомца поглаживанием. – Чувствуешь змею? Тише. Не сердись на меня, Глотик, я изменилась. И ты изменишься. – Кот заурчал. – Вот так. Ты ведь мой друг. – Гермиона неотрывно смотрела в камин. – Что бы ни случилось. Кот и змея. Лев и змея. Добро и Зло.
Проклята.
«Кто я теперь?..» 
  
Глава XV: В день рожденья твоего…
 
Она открыла глаза и потянулась. Было очень рано – только пять часов утра. Пятница. Ясное сентябрьское утро, совсем светло, щебечут птицы. А в воздухе витает приятный цветочный аромат.
Гермиона села и, потягиваясь вновь, заметила охапку высоких красных роз в подножие своей кровати. Чуть отдёрнула полог: на столике, на полу, на одеяле – всюду лежали пакеты и пакетики. Непривычно много.
Гриффиндорка улыбнулась и взяла одну розу. Красивая. И пахнет такой головокружительной свежестью!
Среди цветов именинница обнаружила открытку. «С Днём рождения, Кадмина!» Конспирация хромает, но она всё равно расплылась в улыбке.
Затем внимательно собрала на кровать все подарки и снова плотно задёрнула красную бархатную ткань.
Первый свёрток оказался рамкой для фотографии. С изображением её названых родителей – мёртвым, безжизненным: обычный маггловский снимок. Гермиона грустно улыбнулась и вздохнула. По крайней мере, теперь она уверена, что им ничего не угрожает.
А она уехала. Всегда уезжала – и уехала опять. Ничего особенного, ведь с каждым годом Гермиона бывала дома всё реже: то останется на Рождественские каникулы в школе, то поедет на пол-лета к Уизли или на площадь Гриммо… Страшное воспоминание о сцене расставания из памяти близких Гермиона собственноручно убрала, благо тренировалась изменить их память столько времени, планируя отправить в Австралию.
И всё равно немного грустно.
Гермиона осторожно отодвинула край полога, поставила фотографию на прикроватную тумбочку. А потом вернулась к своим свёрткам.
Книга от Гарри Поттера. Свежо и оригинально. По нумерологии. И ещё целая сотня маленьких пустячков: небольшая статуэтка бьющего задними копытами пегаса от Джинни, какая-то палка для ловли злых духов от Полумны, конфеты от Невилла, свитер и домашние сладости от миссис Уизли (Молли неплохая женщина – но с фантазией у неё явные нелады!), «Набор шутника» от близнецов, брошь в виде снитча от Виктора Крама, свадебный альбом и конфеты от Билла и Флёр, деревянный филин от Хагрида…
Но Гермиона отложила всё это, толком не рассматривая. Её волновали четыре свёртка, конверт и одинокая роза с серебристой лентой. Абсолютно чёрная, лежащая поверх красных цветов.
«Поздравляю с восемнадцатилетием самую красивую ведьму Хогвартса. До встречи на уроке. Генри». 
Гермиона улыбнулась. И потянулась к объёмной коробке в цветной бумаге. Коробка оказалась резной шкатулкой, внутри которой отливало кровавым блеском рубиновое ожерелье. Множество крупных камней, обрамлённых белым золотом.
 
«Поздравляю тебя, ma chérie(1)! Поздравляю в третий твой День рождения, отмечаемый мною. Мы потеряли пятнадцать лет. Но, я надеюсь, сможем наверстать упущенное. И помни – сила и власть. Всегда только сила и власть. С Днём рождения, Cadmine. Пусть этот день будет для тебя удачным, а ожерелье украсит и без того совершенную красоту. 
Ta mère affectionnée»(2).
Теперь конверт.
«Хочу пожелать тебе уверенности в себе, Кадмина. Всегда знай, что ты можешь больше. Всего несколько слов сейчас – и свой подарок ты получишь позже. Л.В.» 
Гермиона усмехнулась и развернула новую обёртку. Мантия. Нет, целый комплект. Вечернее платье, мантия, туфли и даже сумочка.
«Надень сегодня это, Кадмина. И пусть этот день запомнит тебя – он уже отмечен твоим рождением и оттого сам по себе значим. Чти это и оставайся собой – такой, какая ты есть на самом деле. 
Ta tante Narcissa(3)». 
«Как поживает Кадмина Беллатриса в оазисе добрых волшебников и верных друзей? Я желаю тебе сегодня быть королевой, девочка. Владычицей целого мира. 
Жду новой встречи, Люциус».
Гермиона вздрогнула и порозовела.
«Глупость какая!
«…Жду новой встречи…» 
Правда ждёт? Но что это я? Опять думаю не о том…»
Мысли переносили в освещённую утренним светом спальню, к окну в тенистый сад, где эльфиха Джуня подрезала кусты, пугая белоснежных павлинов. К жарким, грубоватым рукам.
«Проклятье, Люциус Малфой, что ты со мной такое сделал? Как же это случилось? Я сошла с ума?
Ты шутишь, Кадмина? Сошла ли ты с ума? Посмотри в зеркало – на твоём плече Чёрная Метка, твоя кровать усыпана розами от Пожирателей Смерти, ты целовалась со своим дядей и твой отец – Лорд Волдеморт. Сошла ли ты с ума? Да ты абсолютна безумна!»
Безумна и счастлива!
Гермиона откинулась на подушку, хохоча почти что в полный голос не своим солнечным и летним, а другим, приглушённым грудным смехом – и это напоминало смесь истерики и восторга. Да, в это утро она была именно счастлива. Переполнена странным возбуждением, граничащим с помешательством. Таким непривычным и таким будоражащим, словно прыжок с парашютом или первый полёт на метле. Только если с парашютом Гермионе прыгать не довелось, а летать на метле она просто ненавидела – то это новое чувство доставляло ей удовольствие. Словно лёгкое опьянение, оно делало всё кругом забавным и придавало смелости.
Она еле сдержалась, чтобы не разбудить этих стервочек Парвати и Лаванду.
Гермиона вынула из небольшого мешочка брошь – серебряная змея с алмазными глазами – подарок Люциуса. Будь она слизеринкой – надела бы прямо сейчас. Но она в Гриффиндоре, и тут обратят внимание. Хотя… Ведьма прикрепила брошь к складке на нижнем белье и опять засмеялась.
«В кого ты превратилась, Гермиона Грэйнджер?!» Вот так. Гермиона Грэйнджер. Кадмина. Теперь в мыслях она могла обращаться к себе по-разному.
Уже собираясь вставать, под сбившимся в ногах покрывалом Гермиона заметила ещё один подарок. Последний.
Хрустальный флакон с синеватой жидкостью. И письмо.
«Как Ваша жизнь, Кадмина? Решил передать Вам свои поздравления. Это Ваш первый осознанный День рождения после того, как у Вас наконец-то открылись глаза. И к этому празднику я хочу преподнести особый подарок. Магический настой Иродиады, зелье, способное практически исполнять желания. В сознании. Это мощное оружие – только надо знать, как его применять. Выпить каплю перед сном и увидеть желанные грёзы; избавиться от депрессии в умиротворении; подлить в бокал врага – и его первые желания покажутся ему явью. Можно сойти с ума: ведь наша фантазия – самый искусный инквизитор… Применяйте его с умом. С Днём рождения, Кадмина. 
Северус Снейп». 
Северус Снейп. Это было чересчур. Любой зазнался бы после такого. Невероятно. Тот, кого Гарри Поттер люто ненавидит и мечтает отыскать для расправы, тот, кого разыскивают Орден Феникса и весь магический мир – шлёт ей подарки. И Лаванда Браун смеет говорить, что она – пустое место?!