"№Фантастика 2024-162". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
Путь до Лурскона прошел гладко, а вот в сам город меня не пустили.
— В каком смысле — мне туда нельзя? — переспросил я стражника. Мужичок, хоть и бегал глазами по сторонам и трясся от нервного напряжения, твердо стоял на своем.
— Власти города решили, что магикам в стенах делать нечего… Прошу прощения, господин маг.
Меня такое положение вещей не устроило. Я планировал наладить контакты с Лурсконом, ближайшим к скале крупным городом: с городскими можно торговать, покупая у них мясо, посуду и прочее, чего на скале нет. Запрет на вход ломал мои планы. И стражника так просто не отогнать — на стене сидят еще четверо с арбалетами, а входить в крупный город, открывая ворота с ноги — не лучшая идея. Я-то выживу, а нейтральные отношения с местными умрут.
— Позови своего старшего, сотника. Кажется, его Кларком звали. Я с его стрелками клыкастого зверочеловека месяца четыре назад убивал.
— Нету больше Кларка, — нахмурился мужичок. — Вы бы, господин маг, шли подобру-поздорову. Не знаю никаких зверолюдей, ваши же связи с Кларком показывают вас не с лучшей стороны.
Я хмыкнул. Интересные дела…
— Давно здесь работаешь?
— Месяц назад с деревни пришел, устроился. А что?
Я задумался. Мужик всем своим видом выражал готовность "непущщать", и своих старших тоже не позовет, сколько его не проси. Но можно изменить подход.
— Держи монету, — вытащил я из кошеля леденящую пальцы медную монету и вручил в жадно протянутую ладонь. — Приведи мне старшего, и получишь сверху серебряную. И старшему тоже вручу.
Мужик с готовностью умчался, а я достал жезл, атакующий струей огня, и растопил снег рядом с собой, прогревая землю.
Прибывший через пятнадцать минут мужичок представился десятником. Судя по горящим алчными угольками глазам и взгляду, притянутому к кошелю в моей руке, десятник внимательно выслушает меня. Но сказанное может забыть, едва получит монету.
— Смотри, — кивнул я на траву, которая на глазах менялась, переставая выглядеть, как желтое мочало: наливалась силой, зеленела и тянула крепнущие стебли к зимнему небу. — Я не какой-то там магик, я — друид. Могу засадить для вас теплицы взамен… на что-нибудь.
Я пока не решил, что мне конкретно нужно в Лурсконе. Пожалуй, не помешала бы бригада плотников, брус и хорошие отношения.
— Магиков в город не пустим, — уверенно покачал головой мужик. Какой он уверенный. Есть ли у него вообще право делать исключения, или он способен лишь выполнять должностные инструкции? — Лучше мы сами себе теплицы сделаем, господин маг.
— Ну ладно, — отмахнулся я. — Не пустите, так не пустите.
В конце концов, что я теряю? Нужно будет — ночью залечу за городскую стену, а утром куплю все, что мне нужно, или вовсе попрошу стражу вынести мне необходимое за пару лишних монет. А бригаду плотников можно и в деревнях нанять — там мужики с топором и рубанком на "ты", и за монеты ухватятся обеими руками.
За серебряную монету, которую обещал стражнику, я выпросил принести мне еды в дорогу. Служивый с радостью сбегал и притащил мне пару свежих лепешек и крынку молока. Я закинул все в рюкзак, а когда отошел от города подальше — выбросил в кусты. Не рискну пробовать еду из города, где практиков ненавидят, но товаро-денежные отношения стоит наладить хотя бы через стражу, чтобы меня там узнавали.
Лурскон остался позади. Дорога прошла через лес, затем лес сменился полями. Сидя на обочине у поля, я подкрепился едой из трактира, погрелся от вытащенного из рюкзака артефакта, а потом продолжил путь. Химеры видно не было, но чутье шепчет, что я еще услышу шорох маленьких лапок.
Когда поле перешло в пустыню, я и сам не понял — если бы не заснеженные барханы, подумал, что до сих пор еду по полю.
Я пересекал редкие паучьи следы, видел взбитые сугробы, где монстры дрались друг с другом, и широкий след, как от волокуш — победитель уносил побежденного. Но на глаза мне монстры не попадались ни разу. В энергетическом зрении я видел мелкие тусклые комочки мышей, снующих под снегом, но так и не увидел их глазами.
Голые ветви деревьев возле скалы занесло снегом — вполне ожидаемо: все что лишено бао, без проблем проходит через барьер, от осадков, до обычного человека.
А вот рядом со скалой меня ожидал сюрприз: перед барьером стояли артефактные сани, а изнутри купола слышался веселый смех и громкие реплики. Оттуда же тянуло дымком. Лес же изрядно поредел.
Я устало вздохнул. После долгого пути не было сил злиться: дорога чересчур меня вымотала. Желания выяснять, кто находится внутри и с какой целью приперся, я в себе тоже не ощущал, однако хотя бы это сделать надо. А потом выгоню всех пришельцев. Знал же, что стоит допилить барьер, внедрить защиту от телепортаций, но нет, нужно было отложить на потом…
Я подошел к саням и устало осмотрел лежащий на них груз. Ничего особенно: чьи-то крупные кости, пара запачканных в земле и глине длинных корней борлона — дешевого магического растения, который в пустыне не растет. Четыре завязанных пузатых мешка, какие-то контейнеры…
Я пару секунд раздумывал, стоит ли забросить сани за барьер, откуда никто кроме меня их потом обратно не вытащит, но передумал. Я обошел барьер полукругом, перепрыгнул через сухие кусты крыжовника и швырнул рюкзак в сугроб, заметая снегом. Когда закончу с практиками, заберу. Не дай бог словить огненный удар во что-то нужное.
Стоило мне пойти к скале, и голоса настороженно смолкли. Встречали меня готовым боевым порядком: за полутораметровой каменной стеной, возведенной, видимо, для таких случаев, засели три адепта Утренней звезды. Боевые жезлы лежали на камне, нацеленные на меня.
Я молчал. Адепты молчали тоже.
Я не подходил, неторопливо оценивая характеристики практиков. А они, видимо, понимали, что на таком расстоянии я увернусь без проблем, смогу сблизиться и атаковать уже их.
Второранговые… Интересно, они здесь одни, или где-то на скале есть адепт третьего ранга? Всё же сани говорят, что опыт у команды должен быть неплохим, раз они раскошелились на артефакты и даже кое-что собрали. А неплохой опыт обычно у профессиональных охотников, третьеранговых адептов.
— Два месяца назад я превратил это место в отличный сад, — негромко сказал я. — Вырастил яблони, груши, множество обычных трав. Я потратил чёртову кучу времени, взращивая всё эти деревья и травы, проводя энергоканалы под садом. А потом пришли трое придурков и спалили часть моего сада!
По мере моего монолога пацаны бледнели, а когда я взвинтил голос, сжались.
— Простите, уважаемый адепт! Мы искупим вину!
— Да. У нас есть камни души, пусть и немного…
Третий же с недоумением смотрел на приятелей. Когда он шепотом поинтересовался, кто я такой, ему так же шепотом сказали, что я — тот человек, который на ринге третьеранговых адептов уничтожал. Помнят… Аж на душе потеплело.
— Разумеется, искупите, здесь даже говорить не о чем. Разве что о размерах искупления. Сколько вас тут?
— Только трое.
— А сани чьи? Вы трое умелые настолько, что купили их просто потому что?
— В прошлом году с нами были два третьеранговых адепта, которые нас всему обучили… Но после боя возле школы их не стало.
— Сочувствую, — сказал я без всякого сочувствия. — Как узнали об этом месте? Что успели натворить кроме вероломного, гнилого и мерзотного сжигания моих деревьев?
И адепты принялись рассказывать. Выяснилось, что парни выковыряли из скалы камни душ, накопители, разрушив все печати, кроме барьера — им показалось, что иметь собственную защиту и приезжать сюда временами — хорошая идея. Не могу не согласиться — с такой точкой отдыха у пацанов получилось бы уходить куда дальше от школы и шляться по местам, по которым никто из остальных охотничьих команд не достигал.
После вопроса, не думали ли эти сверхразумы, что барьер здесь не просто так появился, парни помялись, но таки сознались, что приезжают сюда уже во второй раз. Планировали остаться не больше, чем на сутки. И вообще появляться здесь думали редко и осторожно, потому что сами по себе подобные барьеры в пустыне не появляются. Приди я сюда завтра, никого бы уже не встретил.