"№Фантастика 2024-162". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Я создал себе хороший защитный артефакт. Теперь у меня две защиты: первая — подкожная, от заклинаний, вторая — от оружия и прочих физических атак, трижды проверенная на подлянки.
Еще я вспомнил всю цепочку рун, с помощью которой Апелиус планировал ударить меня током, и переделал ее под атакующий артефакт, который подсоединил к рукояти меча: рукоять пришлось увеличить вдвое, и теперь меч выглядел нелепо, но главное — практика с замудренной рунной цепочкой, вызывающей удары током. Увы, артефактом я зарекся пользоваться после того, как во время разминки меня самого шибануло разрядом, но я хотя бы понял, что удар бао в одну десятую от полного заряда накопителя пробирает даже второрангового адепта. Да, обычно адепты второго и третьего рангов носят защитные артефакты, но если фехтовать с таким, то при ударе меча о меч противника должно ударить током. Правда, стоит подумать об изоляции рукояти и гарды, чтобы при битве с таким адептом я сам себя током не ударил. Хотя сомневаюсь, что при битве с адептом мне понадобится артефакт, бьющий током: я и без него с тремя справился, а как на следующий ранг шагну, третьеранговые и вовсе перестанут быть для меня противниками.
Я вздохнул, и признался себе, что потратил четыре часа на абсолютно бесполезные эксперименты.
Зато это были всего четыре бездарно потраченных часа: следующие пару суток я провел, занимаясь более чем полезными делами. Например, теперь вершину скалы, которая прежде была усыпана трещинами и провалами, заполнили корни, сглаживая все неровности. Чтобы корни уцелевших деревьев дотянулись до вершины скалы, пришлось вложить в растения чудовищное количество энергии, но мне его и так некуда девать. Зато теперь я мог влиять на сад, не уходя от источника — все корни переплелись, а местами и вросли друг в друга, обмениваясь питательными веществами и водой. Теперь, касаясь одного корня, я мог влиять на всю окружающую растительность.
К сожалению, нельзя просто настроить печатей, чтобы качали бао в растения — без посредника в лице друида энергия если и сможет взаимодействовать с растениями, но в гомеопатических количествах. Нет, магические растения смогут тянуть бао из мира, но то — магические, созданные тысячелетиями селекции в насыщенных бао зонах.
— Чертова медитация… — простонал я, после двенадцати часов непрерывного поглощения бао и отправки его по корням. Встать получилось с трудом: мышцы мои, конечно, крепкие и сильные, но после многочасовой медитации на камнях затекают так же, как и обычные.
Я похромал по площадке, разминаясь и растягиваясь, а потом подошёл к краю скалы и посмотрел вниз, на свой собственный Лес. Пусть и совсем маленький, он был абсолютно моим. И осознание, что каждое дерево было выращено мною из семян и ветвей, наполняло мою душу заслуженной гордостью.
Сад разросся. Пырей, получив халявную энергетическую подпитку, присосался к подземным водным жилам, и принялся расти за сутки чуть ли не по десять метров в каждую сторону. Думаю, Лимбос за неделю облагородил бы пару квадратных километров пустыни, если бы ему это нужно было, но я не Лимбос, да и ставку на пырей не делал.
Яблони, груши, вишни, персики и прочие фруктовые деревья теперь росли возле скалы плотным, дружным лесочком. Дальше росла полоса крыжовника. Каждый куст после вливания бао и целенаправленных мутаций почти не давал плодов, но колючки отрастил такие, будто защищал лежащий у корней мешочек с серебром.
— Ну, давай. Сейчас, или никогда…
Я вдохнул горячий сухой воздух пустыни и шагнул со скалы. Секунда свободного полета отозвалась сладким ужасом в сердце. А потом я сложил перед собой руки и призвал два щита и сложил их так, чтобы соприкасались краями. В щиты ударил ураганный порыв ветра, замедляя падение. Деревья закачались, с ветвей сорвало и швырнуло в щит пригоршню листвы, но падение замедлилось. Сгустившийся воздух бил в щит, бросал в него мелкий мусор, пыль и даже насекомых.
Метров за пять от земли я отозвал щиты и приземлился на ноги. И хоть меня вдавило в землю, я ничего себе не сломал и даже не упал. Вопреки ожиданиям, приземление прошло очень даже неплохо. Это, конечно, не заклинание парения, зато я теперь буду знать, что падения с любой высоты мне если и грозят, то не больше, чем переломами. Можно и со скал, и с гор прыгать.
 
Я посмотрел на вершину скалы, оценивая расстояние, и озадаченно хмыкнул. Высота была отнюдь не маленькой. В следующий раз стоит тщательно обдумывать спонтанные мысли, появляющиеся не иначе, как от скуки. В кронах деревьев появились вполне обычные птицы. А с птицами появились и другие растения, выросшие из склеванных птицами семян. То и дело я замечал побеги новых трав, видел совершенно незнакомые цветы. Микроскопический кусочек пустыни облагораживался. В траве шуршали скорпионы, змеи. Пустынная мерзость… Однако я чувствовал спокойствие и уют, даже вынужденный слоняться по своему скромному и однообразному саду с двумя защитными артефактами.
Я вздохнул и пошел в сторону пустыни — сегодня в планах испытать защитный барьер. Как раз по максимуму его укрепил.
Я бы потратил несколько камней, чтобы накопить бао жизни и провести контролируемую мутацию растений, даруя им возможность двигаться и соображать, пусть и о-очень ме-едленно, но здесь крылась проблема: природную бао из воздуха брать не выходило. Видимо, лес сам перерабатывает энергию — иначе я не могу объяснить, что я смог при медитации в лесу ловить ту самую микроскопическую долю бао жизни лишь когда сад разросся. А вот на скале, где от леса лишь несколько десятков метров корней, эта энергия не ловилась. Зато у воздушного источника в избытке хватало воздушной бао. И один из камней я все-же напитал бао воздуха.
Если камни с бао жизни могли управлять мутациями растений, то бао воздуха ощущалось невероятно послушной мощью, будто я держу за ошейник верного пса, который по приказу разорвет того, на кого я укажу. Или лапу даст. Или брошенную палку принесет. Повешенный на крепкую цепочку на шее камень души изрядно облегчал управление родной стихией. Иначе я бы при прыжке со скалы размазался бы о землю. Или выжил, но точно не обошелся бы так легко.
Что еще я успел сделать? Площадку возле источника я выровнял не для того, чтобы стало удобнее по ней ходить. На условно ровной площадке я выбил печати сбора энергии в двенадцать накопителей, от которых бао шла к защитным печатям, накрывающим весь сад. Пришлось потратить четырнадцать камней души, чтобы расширить зону охвата. Впрочем, та же трава выходила далеко за пределы защитного купола. Да и деревья тоже за неё выйдут.
Защиту я настроил на свою бао. Заклинания барьер не пропустит — это на случай, если кто-то попробует сжечь деревья и кусты. Адепты тоже не пройдут. А вот обычных людей, насекомых и монстров без камней души пропустит. У меня было слишком мало места и камней, чтобы сделать защиту мощнее и избирательнее.
Теперь практикам Утренней звезды и прочим воздушникам, откуда бы они не были, придется искать себе другое место для прокачки аспекта… Да, я единоличник. И что? В этом мире все такие: вспомнить хотя бы Пау Лимбоса и Эмили…
Я прошел через лес, полный шорохов, скрежета насекомых и птичьих трелей, и перепрыгнул через хищно торчащую кустополосу крыжовника. Момента прохождения барьера даже не заметил — показалось, что кожи на руках что-то коснулось, но это могла быть и галлюцинация от попытки уловить неуловимое.
Я отошёл на десять метров от барьера и вызвал воздушный удар. Прежде, чем бросить, задержал его. Воздух с готовностью загудел, а в заклинание хлынула энергия, увеличивая пляшущий на бледных пальцах синий свет. Я не касался висящего на шее камня души, потому не ощущал идущих от него волн бао, но заклинание послушно увеличивалось, не пытаясь сорваться. Когда воздух едва слышно загудел от скопившейся энергии, я махнул рукой, отправляя сгусток заклинания в защиту.
Я ожидал грохота, либо вспышки света: я влил в один удар около трети своего резерва, и ожидал соответствующей отдачи, но увы, защита сработала как нужно: раздался тихий хлопок, и заклинание исчезло. По макушкам деревьев за барьером пронесся лёгкий ветерок, и только.