"№Фантастика 2024-162". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

— Это хорошо, — кивнул я, — А что насчет реалистичности? Эрам будет действовать так, как бился бы против меня в жизни?
— Разумеется нет. Все зависит от того, насколько ты изучил противника… Но если изучишь виконта на все сто процентов, вряд ли виртуальный Эрам будет биться как и реальный. Все факторы я тебе не назову, но основное отличие в том, что реальный виконт не стремится тебя убить.
— Понял. Кстати, там есть соперники, с которыми на виртуальном полигоне сражался ты?
Архимаг расхохотался.
— Есть, — отсмеявшись, ответил он, — Но поверь, пацан, тебе с ними не придется сталкиваться о-очень долгое время! Когда я шел по пути возвышения, когда наращивал силу, я заменял соперников, которых давно перерос, новыми, уровня которых еще не достиг. И на моем полигоне не было моих первых наставников: покалеченного солдата, который научил меня держать меч за правильную сторону, девчонки — авантюристки, которая научила паре подлых приемов. К моменту, когда я связал заклинание с душой, мне не было смысла драться с обычными людьми. Тег Драконис — маг с родословной магической твари, Тварь Бездны — монстр, пожиравший города, семиголовая Гидра: вот несколько противников, память о которых хранит заклинание. И это не самые ужасные, поверь мне: они не станут беседовать с тобой, не попытаются извратить или захватить твой разум, как Лина Солнцеликая, а просто убьют.
Нда… Жутковатое описание. Надеюсь, я достигну уровня, на котором смогу сражаться с подобными существами. А лучше — уеду на берег моря и буду жить себе спокойно, вдали от мира магов. Даже адепт среди обычных людей будет подобен герою войны. Думаю, первой ступени мага с лихвой хватит, чтобы никто меня не трогал.
Я досмотрел бои до конца, попрощался с благородными и ушел, размышляя о заработке.
Монеты. Все упиралось в чертовы старты! Да, я сознанием гораздо старше окружающих, но это не добавляет мне коммерческой жилки. Увы, ни у меня, ни у Апелиуса не было умения зарабатывать деньги в магических школах. Когда я прямо спросил, может ли архимаг подсказать мне способы подзаработать, услышал в ответ:
— Когда мне требовались монеты, до моей бытности императором, я просто продавал части тел монстров, убитых в прошлом! Алхимики кипятком ссали, при виде особенно экзотичных товаров из моих кладовых. А насчет другого заработка я и думать не хочу. Можешь спрашивать меня о магии, советоваться в иных вопросах, но в денежном, пожалуй, я тебе помогать не стану. По крайней мере, пока ты не дорастешь до уровня главы королевства или, на худой конец, графства.
А теперь еще и арена отпадает из-за участвующего в соревнованиях Эрама и его команды. Жаль, что наши с виконтом пути расходятся все дальше.
— Кстати, можешь возобновить общение с аристо, — предложил Апелиус, будто прочитав мои мысли.
— Я думаю, нам не по пути. Сейчас они наложили лапу на арену, а потом ради своих интересов могут попытаться прогнуть меня в чем-нибудь еще.
— Но здесь ты, конечно, переборщил. Да, Эрам ставит свои интересы выше твоих, но это нормальный ход, ты бы тоже так сделал. А вот специально портить отношения виконт не станет. Взять хотя бы те пять монет, которые виконт отдал тебе прежде, чем отпустить в свободное плавание — если бы аристократ не хотел с тобой больше контактировать, денег ты не увидел бы. Я замечал, что школьники продают вино в торговых рядах: купи бутылку, пригласи Эрама с компанией к себе в комнату и распей под дружелюбную болтовню. Да, ты немного выпал из общественной жизни, когда отказался идти отмечать окончание пути, но у тебя есть возможность подогреть охладевшие отношения. Хотя бы с самой полезной группой — с аристо.
— Я подумаю, — пробурчал я. Тратить монеты на вино не хотелось: каждая монетка может пригодиться мне в каком-нибудь хитром плане заработка. Хотя пока не представляю, в каком.
Ниаз могла помочь в заработке. К тому же есть другая причина встретиться с девчонкой: я сливал в накопители бао больше недели, до этого я возился с книгой, потому откладывал обещанное Ниаз обучение.
 
Я дошел до комнаты соученицы, постучался, но девчонки там не было. Где она еще может быть? Да где угодно: на лекциях, на тренировках контроля, потока и вместимости резерва. Но вероятнее, Ниаз находится в садах.
Как и всегда, я разулся у входа и пошел по прохладной траве вглубь садов. Тропинки сегодня не было, но наставник мне и не нужен был. Я выучил всю территорию настолько, что мог зарисовать подробную карту.
В лабораториях Ниаз не оказалось, поэтому я направился бродить по округе. Вряд ли найду ее здесь, но мне все так же нравилось бродить между биомов и любоваться растениями.
Проходя недалеко от беседки, я услышал сосредоточенное бормотание. Голос не был мне знаком, но я догадывался, кому он принадлежит. Я уже несколько раз пересекался с другим моим соучеником — Иллюром Моно. Высокий мрачноватый тип с пустыми глазами неизменно кивал на мои приветствия, но ни разу не заговорил со мной сам и при мне не произнес ни слова, навязывать же разговор местному гению я не хотел. Так как я не встречал в садах других людей, кроме учителя и соучеников, решил, что голос принадлежит адепту-гению, и не ошибся.
Верзила сидел в беседке спиной ко мне и сосредоточенно чертил на столешнице руны. Почему он занимается опытами не в лаборатории, я понять не смог. Может, опыт самый простейший и проводить его можно где угодно, а может, Иллюру нравится природа вокруг.
Я дошел до крыльца и шаркнул ногой по ступени. Иллюр не вздрогнул, но перестал бормотать и обернулся ко мне. Я поклонился и по всем правилам поприветствовал старшего товарища, после чего поинтересовался, могу ли понаблюдать за его работой. Адепт посмотрел на меня, как на забавную зверушку, но кивнул. Я встал сбоку, в трех метрах от стола и постарался не отвлекать мастера.
На столешнице красовался круг шестидесяти сантиметров в диаметре. Внутри круг расчерчивали линии, геометрические фигуры и каэльские руны. По центру ритуальной фигуры стоял горшок с влажной землей.
— Записываю, — с азартом в голосе отозвался Апелиус.
Похоже, я успел к самому началу. Все ритуалы включали взаимодействие с бао, а Иллюр только готовился к нему: карандаш скользил, нанося новые и новые линии.
— Когда он заметил тебя, то замедлился. По точности и безошибочности движений я не скажу, что он нервничает: скорее хочет, чтобы ты запомнил ритуал.
Запомнил? У меня от сложности начерченного скулы сводит! Нет, я различаю большинство каэльских рун, и фигуру я вроде как понял… Но именно "вроде как". Я смогу повторить такое только после того, как несколько десятков раз собственноручно перечерчу фигуры на бумагу. Запомнить начерченное без архимага с аналитическим заклинанием сможет только гений.
Однако я оценил непонятную доброту соученика. Для адепта показать свой ритуал, как для девушки — раздеться догола. То есть, можно, но показывают такое обычно самым близким.
Адепт ни разу не ошибся, не исправил руны: кончик карандаша порхал по столешнице, добавляя все новых деталей. Наконец, когда места между линиями стало так мало, что даже муха не смогла бы поместиться в кругу, не задев ни одну из них, Иллюр закончил с фигурой. Адепт аккуратно достал тканевое хранилище для склянок — похожее я впервые увидел у Грая. Тонкие пальцы порхали, высыпая на руны порошки. В целом Иллюр затратил на ритуал склянок пять, после чего разровнял порошок тонким слоем, взял стальное перо и пустил в него поток бао — кончик пера засветился. И тогда Иллюр начал чертить на порошке такую же фигуру с теми самыми рунами!
— Он гениален! — восторженно выдохнул Апелиус, — Ты должен подружиться с этим адептом! Стань ему близким другом, слышишь? Нильям, ты слышишь?! Не знаю, разминался он с карандашом, или показывал тебе правильность ритуала, но теперь он вслепую чертит то же самое по порошкам, без всяких ошибок! Ты видишь это?
Я не ответил. Меня самого захватила магия происходящего ритуала: я смотрел за происходящим, забыв дышать. Работа мастера потрясала.