Факультет Элиты. ЭльФак (СИ)
— Тони сокращенно от Антон! А Ани — от Антонина! — снова поправляет Лиза, подозрительно сощурив свои колдовские зеленые глаза цвета ушедшего лета. — Мисс Эванс не пытайся выглядеть опаснее и хуже, чем ты есть на самом деле!
Да, меня зовут Антонина Эванс, но я предпочитаю Тони. Как это вышло? Почему? Отчего? Словно меня должны были отправить в ад, но передумали и скинули к смертным на Землю, что оказалось гораздо хуже!
Я живу в своем теле, как в клетке, уже восемнадцатый год. Я знаю, что оно совершенно мне не подходит: слишком слабое, слишком беззащитное. И все вокруг пытаются сделать из меня стереотипизированную идеальную девочку-конфеточку, чтобы я заплетала косички, делала губки бантиком и реверанс, и носила розовые юбочки с каблучками. Я не имею права на свои мысли, на свои чувства…
От размышлений меня отрывает громкий душераздирающий визг. От неожиданности я едва не падаю с кровати.
— Ани! Я скинула 276 грамм! — кричит Лиза, стоя на напольных весах. Тех самых, что были вчера подкручены моими собственными руками ровно на эту цифру. — Релаксирующая йога действует! Я похудела!
— Вот и славненько, рыжая! — вздыхаю я, снова закрывая глаза. — Шоу должно продолжаться…
И сейчас мне положено скрежетать зубами от зависти, глядя первую красотку нашей Академии, с которой я живу, а не улыбаться от уха до уха. Ведь она похудела, а я — нет. Впрочем, мне и не надо. Меня и так все устраивает по ту и эту сторону зеркала.
Из сильных моих сторон — жизнь и мир отлично научили меня врать, как другим, так и себе…
— Ани! Смотри, какая классная серебряная машинка без верха! — буквально пищит от восторга Лиза, выглядывая из-за шторы во двор. Затем она замирает, прищуривается и добавляет на выдохе шепотом. — Смотри, какие парни… Вон тот длинноволосый — просто нереальный, как из кино, высокий и накачанный! О, какой красавчик темненький, такой худенький душка, в зауженных джинсах пошел… прямо в наш корпус! Ани, ты только посмотри! Это и есть, наверное, тот самый богатенький Фараон, что живет с дружками в самом дальнем корпусе у озера и закатывает нереальные вечеринки. Ани! Ани?!
При слове «Фараон» я резко сажусь в постели и хлопаю себя ладонью по лбу. Черт! Он уже здесь! Мне нужно было сегодня после первой пары отдать ему флэшку с файлами и получить деньги! Но я совсем забыла! Блин! Это все из-за проклятой зарядки!
— Ани? Что с тобой? Ах ладно, не ревнуй! Я не планирую ни в кого влюбляться и водить сюда как минимум еще три года. У меня служебный роман с учебой — мне нужно получить бакалавра, — утешает меня Лиза, параллельно собирая вещи в ванную. — Так что ты будешь кушать по утрам мои сырнички, пока я не получу диплом. Не скучай, я буквально на пять минут!
Лиза хихикает и убегает в ванную. А я начинаю действовать: лихорадочно вскакиваю с кровати, быстро натягиваю свою мятую темно-голубую футболку с выцветшей надписью про спорт. Наизнанку! Блин! Переодеваться некогда. Рваные синие джинсы, стоптанные кеды-вансы. Мельком смотрюсь в большое зеркало, что висит на двери шкафа. Ну ладно, сойдет, бывало и хуже.
Поправляю свою неимоверно длинную, выгоревшую на солнце челку, прищуриваю ярко-голубые глаза. Пытаюсь придать холодно-деловое выражение своему мальчишечьему загорелому лицу. Смотрю на битый экран старенького Самсунга и вижу «09:34» сквозь паутину трещин. Я опаздываю, и очень сильно!
Слетая вниз по центральной лестнице, я прикидываю на ходу, что будет звучать правдоподобнее: «Мне пришлось сидеть над твоими цифрами всю ночь, Фараон!», или «В нашем корпусе вырубали свет», или просто «У меня полетел ноут…».
Я выбегаю на улицу и с размаху влетаю во что-то огромное, твердое, но теплое. Точнее, в кого-то.
— Да чтоб тебя! Блин!
Я отскочила назад, на ходу оценив незнакомца: он был выше меня на две головы и шире раза в два. Наглаженная белоснежная, как в рекламном ролике, рубашка, идеально подчеркивала мускулистый торс и рельефные бицепсы.
— Это женская общага, чувак! — грубо бросила я, — че надо?
— Ниче, пацан! Как ты сам-то сюда пролез? — здоровяк быстро схватил меня за плечи, словно сжав в железных тисках. Но тут его янтарно-карие глаза под длинными и густыми ресницами, каким бы позавидовала сама Лиза, расширились от удивления. — Да ты… ты же девчонка!
— Да ты же… идиот! — едко передразнила я, лихорадочно пытаясь вырваться из его рук. На мое счастье, здоровяк так удивился, что ослабил свою железную хватку. — Отпусти меня, придурок!
Но он пялился на меня, широко улыбаясь, словно увидел кенгуру в балетной пачке. Что ж, придется ответить ему тем же. Тем более, что посмотреть есть на что: вылитый Кристофер Хемсворт в молодости! Большие выразительные глаза с черными, будто искусно подкрашенными, ресницами. Ухоженные темные брови, пухлые, как у капризного ребенка губы и ровная гладкая кожа, покрытая красивым бронзовым загаром. На его широких скулах не было ни одной волосинки. Обалдеть! Он что, делает эпиляцию?
Завершали образ длинные светлые волосы, идеально уложенные в стильную прическу, и, кажется, закрепленные заколкой. Я была готова поспорить на сотню баксов, что он окрасил свои волосы в салоне, а для укладки потребовалась тонна геля!
— Хватит на меня пялиться, блонда! — произнесла я, слегка придя в себя. — Где твой дружок? Где Фараон?
— Константин? Он внутри, зашел с черного входа, — ответил блондин мягким басом, и наконец-то отпустил мои плечи. На его лице отразилась тревога и улыбка сползла с губ, — что-то долго он. Наверное, опять встретил девушку… А у тебя футболка наизнанку! Эй, стой!
Но я уже нырнула обратно в дверной проем, думая лишь о том, что Лиза сейчас в ванной, а входная дверь в наш номер не заперта. Мои опасения подтвердились: увидев распахнутую дверь, я ощутила, как мое сердце пропустило удар. Значит, он уже внутри. Ну конечно же, ему, как первому красавчику Академии, ничего не стоило узнать номер моей комнаты! Блин! Блин!
Дальше все завертелось, как в ускоренном кино: я забегаю в наш узкий коридорчик и вижу, что дверь в ванную комнату слегка приоткрыта. Оттуда доносится приглушенный мужской смех и звуки, очень похожие на девичьи всхлипывания. Блин блинский!
— Ну же, детка, тебе понравится, — раздался высокомерный самодовольный голос. — Еще никто не жаловался! Попробуй хотя бы…
Однако в чем заключалось «уникальное предложение» высокого худощавого шатена в темной кожаной куртке и брендовых черных джинсах, услышать мне не довелось: я резко развернула его за плечи лицом к себе и заехала со всей силы кулаком по его хорошенькому носу.
— Ай, страшная дура! — заорал он на всю ванную, прикрывая ладонью ушибленное лицо. В другой его руке свернуло лезвие карманного ножа. Он замахнулся им и тут же испортил шторку для душа. — Сейчас я порежу тебя на тряпки…
Прозвучал глухой удар, парень закатил зеленые глаза и рухнул на кафельный мокрый пол ванной под звон битого стекла. Его нож, звякнув о плитку, отлетел в сторону. Тут я наконец-то увидела Лизу: она стояла вся мокрая, тяжело дыша, завернутая лишь в огромное белое полотенце. В правой руке она держала за горлышко разбитую стеклянную бутылку со своим любимым дорогущим гелем для душа, который медленно стекал розоватой жижей ей под ноги. В ванной сильно запахло розами и, кажется, еще сильнее — проблемами.
— Нам надо серьезно поговорить, Антонина! — строго произнесла Лиза, бросая испорченную бутылку в мусорное ведро. — Как давно ты связалась с Фараоном? Ты хоть знаешь, кто он?!
По понятным причинам мне совершенно не хотелось говорить на эту тему, поэтому пришлось спешно ее менять.
— Что успел сделать этот гад? — быстро спросила я, наклоняясь над самым богатым, наглым, жестоким, и одновременно, самым красивым парнем в нашей Академии, а возможно, и во всем городе. Сейчас он выглядел не страшнее и не старше пятнадцатилетнего подростка, который набегался с друзьями в футбол и уснул прямо перед компьютером.
— Ничего он не сделал, — успокоила меня Лиза, плотнее заматывая полотенце, — он приглашал меня сегодня на вечеринку в свой корпус!