Путь на восток (СИ)

— Наслаждалась уединением. Пока ты не пришёл, — отрезаю я в надежде, что после едкой реплики Галпин прекратит попытки завязать диалог. Мало мне проблем с хреновым героем, не хватало ещё устроить менаж а труа на руинах умирающего мира.
— Я недавно нашёл новую книгу. Думаю, тебе понравится, — проигнорировав мой выпад, он извлекает из нагрудного кармана джинсовки порядком потрёпанное произведение Мэри Шелли. — Мне кажется, ты пишешь нечто подобное… Писала.
Тут миротворец прав.
Вдохновение для первого романа я почерпнула именно из «Франкенштейна». Но со временем отыскала свой собственный неповторимый стиль — и Шелли как мой главный литературный кумир осталась в прошлом.
— Когда ты успеваешь рыскать по библиотекам? — надменно изгибаю бровь, но книгу всё-таки забираю. Ностальгическое чтиво совсем не будет лишним. Может, будь у меня вчера под рукой хорошая книга, я бы сумела сублимировать сексуальную неудовлетворенность в чтение.
— Это не из библиотеки, — Тайлер широко улыбается, взъерошивая пальцами русые кудряшки. — Иногда в брошенных машинах можно обнаружить не только инструменты или трупы хозяев. Почитать тебе вслух?
— Не стоит. Мои глаза пока на месте, — нет, я больше не допущу фатальной ошибки и не позволю другому человеку подобраться непозволительно близко.
— Как скажешь, — он небрежно пожимает плечами, словно стараясь скрыть огорчение, но выходит не слишком убедительно.
Oh merda, ну какого черта они на пару с Торпом вьются надо мной как стервятники над падалью? Каким словом или делом я дала понять, что нуждаюсь в мужском внимании?
Необъяснимый парадокс. Или же всему виной животные инстинкты — когда популяция на грани вымирания, автоматически возникает потребность в размножении. Семейство Петрополусов живой тому пример.
Вот только я далеко не Энид.
Благо, хренов герой громко извещает, что пора отправляться в путь, и необходимость продолжать разговор отпадает сама собой.
Собрав ещё влажные волосы в высокий пучок и стряхнув песок с полотенца, я решительно направляюсь к своему джипу — кудрявый миротворец провожает меня долгим расстроенным взглядом, но благоразумно сохраняет молчание.
До Кингстона остаётся не больше сотни километров, которые мы преодолеваем за пару часов — к моменту, когда на горизонте появляется высокий каменный забор, обнесенный колючей проволокой, уже окончательно рассвело.
День снова обещает быть ясным и тёплым.
И хотя я никогда не жаловала солнечную погоду, в нынешних реалиях гораздо удобнее разводить костёр под безоблачным небом, нежели под проливным дождём.
По всей видимости, база законсервирована — на металлических воротах, местами тронутых коррозией, висит огромный замок. Мерное гудение колючей проволоки позволяет сделать закономерный вывод, что забор под напряжением. Как и красноречивая поблёкшая надпись «Запретная зона. Посторонним вход воспрещён». Но проникать на запрещённые территории я научилась задолго до эпидемии.
Обмотав стальной трос вокруг дужки увесистого замка, я подцепляю обратный конец к фаркопу внедорожника, сажусь за руль — и резко нажимаю на газ. Сломанный замок отлетает на пыльную иссохшую землю, и ворота распахиваются с надрывным скрежетом.
Похоже, нас ждёт неплохая добыча.
Территория базы поистине огромна.
Приходится обыскать с десяток складов, прежде чем обнаружить оружейный арсенал.
Но оно того определённо стоило — здесь есть практически всё, начиная от патронов всевозможных калибров и заканчивая ручными осколочными гранатами. Мы быстро раскладываем оружие по багажникам.
Теперь встречи с тварями можно не опасаться.
— Ребята, идите все сюда! — громко зовёт Тайлер из соседнего ангара.
В огромном помещении с высоким потолком обнаруживается самая настоящая легенда ВВС США — военно-транспортный вертолёт Чинук. Тяжеловесная громадина грязно-болотного цвета, способная развивать крейсерскую скорость до трехсот километров в час и вмещающая на борту несколько десятков человек.
 
Не то чтобы я когда-то интересовалась авиацией — просто Пагсли, помимо таксидермии, обожал мастерить из картона и фанеры модели самых разнообразных вертолётов. А Чинук был особенным бриллиантом его внушительной коллекции.
— Вот бы на таком полететь… — мечтательно вздыхает беременная блондинка, восхищённо разглядывая корпус вертолёта с эмблемой штатов на боковой двери. — Мы бы вмиг добрались до Сент-Джонса.
— Ничего не выйдет, детка, — отзывается Бьянка, одарив наивную Синклер снисходительной улыбкой. — Мой отец летал на таком во время войны в Афганистане. Чтобы поднять в воздух эту тяжелую задницу, нужно два пилота, борттехник и столько топлива, сколько не наберётся во всём Онтарио.
— Вот и хватит пялиться. Надо ехать, — я презрительно фыркаю, скрестив руки на груди. И хотя исполинский вертолёт действительно выглядит впечатляюще, нам никогда на нём не взлететь. А значит, нет смысла тратить драгоценное время на пустые мечты.
Я уже направляюсь к выходу из ангара, как вдруг до моего слуха доносится рокот двигателя — но все наши машины заглушены.
Это слышат и мои спутники — фермеры начинают взволнованно переглядываться.
А звук тем временем приближается.
— Боже мой, кто там? — Синклер испуганно округляет глаза и хватается за локоть бестолкового благоверного.
— Оставайтесь здесь, — хренов герой как всегда принимается раздавать свои идиотские указания, которые я как всегда игнорирую.
Быстро выхожу из ангара, вскинув автомат. Разумеется, Торп и Галпин тащатся следом — oh merda, ну прямо Чип и Дейл, вечно спешащие на помощь.
Звук мотора нарастает, я внимательно осматриваюсь по сторонам — и вдруг вижу, как на территорию базы влетает блестящий чёрный Харлей, за рулём которого восседает человек в тёмных солнечных очках и дурацкой ковбойской шляпе.
Других выживших, за исключением моих скудоумных компаньонов, я никогда не встречала. И потому мгновенно беру неизвестного на прицел — черт знает, что у него в голове. Лучше перестраховаться.
Не обращая никакого внимания на автомат в моих руках, байкер останавливает мотоцикл в нескольких шагах от ангара и вальяжно снимает солнцезащитные очки. На вид ему около сорока, за плечами висит начищенный до блеска автомат Хеклер, на поясе широких расклешенных джинсов красуется мясницкий тесак, а из-под ковбойской шляпы выбиваются пряди длинных русых волос с проблесками седины. Он выглядит так, словно вдохновлялся образами героев старых вестернов.
— Доброго дня, детишки, — мужчина неприятно ухмыляется, смерив нашу троицу пристальным взглядом светло-голубых, будто бы выцветших глаз. — Славная погода, не правда ли?
— Ты ещё кто такой? — я угрожающе щёлкаю предохранителем. Хренов герой и кудрявый миротворец повторяют моё движение, но неизвестный и бровью не ведёт. Только кривит губы в небрежной усмешке, достаёт из нагрудного кармана кожаной куртки серебристую флягу и хорошенько к ней прикладывается. Вряд ли у него там вода.
— Современное общество насквозь прогнило, не находите? — философски изрекает мужчина, занюхивая рукавом вылинявшей косухи. — С каких пор добропорядочного человека встречают с оружием в руках?
— Не заговаривай мне зубы, — отрезаю я ледяным тоном, надменно изогнув бровь. Огромный тесак на его поясе уж точно не вяжется с образом добропорядочного человека.
— Какое дерзкое создание, — неизвестный снова скалит зубы в усмешке и слезает с мотоцикла, поставив его на подножку. И делает несколько шагов вперёд, словно не замечая направленного на него дула автомата.