По прозвищу Эфа (СИ)
— А я и не утверждал, что вражда между нашими народами никогда не закончится, — пожал плечами Сиршехур. — Так уж случилось, что мы обрели новый дом и теперь нам нечего делить. Однако не стоит рассчитывать на немедленное примирение. Нужна немалая подготовительная работа. Придётся ломать сложившиеся стереотипы, искать точки соприкосновения. Но первым делом стоит позаботиться о том, чтобы проход между мирами строго контролировался представителями обеих сторон.
— И как вы себе это представляете? — включился в разговор капитан Сингер. — К примеру, я приведу сюда своих людей, но что помешает змеелюдам снести наш заслон, если кто-то из ваших захочет пробраться в наш мир?
— Всё верно, — немедленно согласился Сиршехур, — простым людям такое не под силу. Когда я говорил о контроле, я имел в виду магов.
Змеелюд с самым невинным видом уставился на капитана, а я поспешила вставить своё веское слово, пока этот умник не сболтнул чего лишнего.
— Маги, разумеется, поддержат вашу инициативу. Однако, не забывайте, что человеческий век короток, а память людская и того короче. Мы не испытываем ненависти к змеелюдам, хотя бы потому, что считаем вас героями детских сказок.
Глаза Сиршехура стали круглыми, словно блюдца. Такого он точно не ожидал. Вот что значит разная продолжительность жизни. Пока они там копили ненависть к роду людскому, у нас сменился не один десяток поколений.
Змеелюд выглядел сильно разочарованным. Наверняка хотел отомстить своим обидчикам. Как я его понимаю. Но мстить бог весть сколько раз пра-правнукам, как-то мелко и недостойно. По крайней мере, я так считаю. К тому же, попробуй отыскать этих потомков, спустя столько времени.
— В таком случае, я уверен, нам удастся обойтись без проблем и кровопролитий, — выдавил из себя Сиршехур, практически моментально справившись не только с удивлением, но и с разочарованием. — Станем налаживать торговые и дипломатические связи, как обычные соседи. Так сказать, начнём наши отношения с чистого листа. К слову, Эйкерон может служить для вас примером. О кочевниках говорить не буду, со многими из них у нас имеются родственные связи. Мы практически члены одной семьи. К тому же, в дальнейшем, часть из нас наверняка захочет поселиться на этих землях. Насколько я понял, ни одно из соседних королевств так и не заявило на них свои права.
Получив утвердительный кивок от Сингера, Сиршехур удовлетворённо улыбнулся. А я подумала, что пора кончать со всей этой дипломатической белибердой. Мы — птицы не того полёта, чтобы решать вопросы государственной важности. Сказано было, не соваться к змеелюдам, так мы и не сунемся. Но хотя
бы спуститься в подвальчик нам будет позволено? И лучше перед этим выгнать оттуда всех гадов.
— Эээ, уважаемый, — обратилась я к Сиршехуру, принимая дурашливый вид, — не могли бы вы очистить одно помещение от хвостатых, чтобы друзья могли осмотреть место моего заключения?
Насколько я помню, именно в подземелье были сконцентрированы основные, имеющиеся в храме богатства. Если уж не получится их прикарманить, так хоть полюбоваться на горы золота и драгоценных камней. Когда ещё доведётся такое увидеть?
— Ну разумеется, — усмехнулся Сиршехур, — я даже не стану возражать, если твои друзья, Эфираси, возьмут что-нибудь на память. Ровно столько, сколько смогут унести.
Я прижала ладошку к сердцу, немного удивлённая его беспримерной щедростью, но и обрадованная, чего уж там. Мне ведь и впрямь было неловко перед друзьями — пообещала им горы золотые и не сдержала слово. И пусть мы успели смириться с тем, что наши мечты о богатстве так и останутся мечтами, но всё равно было обидно. И тут вдруг такой подарок судьбы.
Я первой рванула ко входу в подземелье, разумеется после Сиршехура. Он умел передвигаться так быстро, что за ним было никак не угнаться. К тому времени, как мы спустились по длинному проходу вниз, нас уже поджидало великолепное зрелище, при виде которого люди со слабой психикой могли бы лишиться рассудка.
Что удивительно, Сингер наотрез отказался набивать свои карманы золотом. И лишь после этого мне стала ясна причина, по которой он увязался за нами. Наверняка хотел всё разведать и обо всём доложить королю. Не часто встретишь человека, радеющего о государственном интересе больше, нежели о собственном благополучии.
Не могу не одобрить подобное служебное рвение, хоть и не очень приятно, когда тебя используют вот так, в тёмную. Но, положа руку на сердце, скажу, что на его месте поступила бы точно так же. Только мне на его месте никогда не быть. Моя жизнь сложилась иначе и с этим ничего не поделаешь. Мне едва ли не с рождения приходилось бороться за своё существование, буквально вырывая у беспощадной судьбы каждый прожитый день. А у Сингера наверняка имелась обеспеченная семья, гарантирующая ему неплохие перспективы в будущем. Сумел же он получить должность капитана королевской гвардии, да ещё в таком молодом возрасте. Ясно, что тут не обошлось без протекции.
Мы с ним настолько разные, что даже странно, что наши пути однажды пересеклись. Повезло, что я не успела в него влюбиться. А ведь поведи он себя иначе в нашу первую встречу, и я смотрела бы на него сейчас совсем другими глазами. Пусть лучше его мужское самомнение корчится в муках, чем я буду страдать от неразделённой любви. Всемилостивая уберегла меня от сердечных мук и спасибо ей за это.
* * *Когда пришла пора расставаться, Сиршехур предложил проводить моих друзей до оазиса Аанхура и поручить его людям вывести их из пустыни. Учитывая авторитет Сиршехура в племени кочевников, я была уверена, что они с радостью исполнят его приказ.
Прощание вышло недолгим. Ярик и я оставались в храме. Наших верблюдов мы решили отдать кочевникам в уплату услуги. И это было верным решением, ведь если ритуал пройдёт без проблем, то они нам больше не понадобятся, а если что-то пойдёт не так, то они нам тем более не пригодятся.
Усевшись на пороге храма, я долго смотрела вслед удаляющейся процессии, пока она не скрылась из виду.
— Тебе не страшно? — спросил Ярик, устраиваясь рядом со мной и прижимаясь плечом к плечу.
— Ничуть, — бодро соврала я.
— Тогда и я не стану бояться, — заявил этот герой, а потом жалостливо так попросил: — Только не оставляй меня одного. Ладно?
Мне оставалось только поднять глаза к небу, подумав, какой же он всё-таки ребёнок, пусть и выглядит настоящим здоровяком.
* * *Сиршехур вернулся сильно не в духе, хотя по его змеиной морде трудно было что-либо определить, но само наличие боевой формы говорило о многом.
Готова спорить на что угодно, это Сайясхари снова его довела, а разгребать последствия её глупости, как обычно придётся мне.
— И что она опять натворила? — спросила я, как бы между прочим, у проползающего мимо змея.
Сиршехур даже не глянул в мою сторону, лишь нервно дёрнул кончиком хвоста. Вот и поговорили.
— Его сейчас лучше не трогать, — со знанием дела посоветовал Ярик. — Мать в таких случаях старается отца напоить да накормить посытнее, он тогда сразу добрым становится.
— Желаешь послужить благому делу? — съязвила я, не подумав. Просто была сильно раздосадована незапланированной задержкой.
К счастью, Ярик не понял намёка и истолковал мои слова по-своему, заявив:
— Да я бы с радостью, только дорогу в оазис один не найду, а тут другой еды как не было, так и нет. Можно, конечно, змей наловить, да на костре зажарить. Ты как думаешь, змеелюды едят себе подобных?
Откуда-то из тёмных глубин храма послышалось грозное шипение. Ярик тут же попытался оправдаться перед Сиршехуром:
— Да я же как лучше хотел…
Пришлось погрозить ему кулаком, чтобы заткнулся и не молол чепухи. Уж лучше бы осмотрел нашу поклажу на предмет чего-нибудь съестного. Помнится, Ярик всю дорогу хвалился, что скупил в Эйкероне едва ли не половину рынка. Утверждал, что голодная смерть нам не страшна, правда, в том случае, если мы не будем делиться припасами с одним прожорливым змеем, которого проще убить, чем прокормить. Так мы с ним и не делились. Своим прокормом он занимался сам.