По прозвищу Эфа (СИ)
Если он думал меня пристыдить, то напрасно старался. Я точно знала, что в случае с тарако поступила верно и никто не сможет убедить меня в обратном. Но начинать спорить об этом сейчас, значило, упустить время, а с ним и наш единственный шанс на нормальный отдых этой ночью.
— Не сравнивайте заброшенную крепость и густонаселённый оазис, капитан, — предприняла я ещё одну попытку уладить дело миром. — К тому же, я очень хорошо знаю здешнего вождя. Невероятно упрямый тип. Напрасно вы полагаете, что в таких вот живописных уголках любого страждущего ожидает тёплая встреча. На самом деле, хозяева здешних мест вовсе не обязаны пускать чужаков в свой дом. Поверьте, у них есть и силы, и возможности отстоять своё право на владение этой благословенной землёй. Если вождю вздумается нам отказать, всё золото мира не поможет нам получить ничего из того, в чём мы так отчаянно нуждаемся. Этого благородного металла у Аанхура с избытком. Да вы и сами в этом убедитесь, как только увидите местных жителей. У меня же имеется то, против чего вождь не устоит. Дайте мне всего полчаса на переговоры. Обещаю, на этот раз никаких сражений с монстрами не будет. Честное слово.
Мне редко приходилось кого-то о чём-то просить, но я очень старалась быть убедительной. Однако капитан всё ещё сомневался, стоит ли мне доверять. Мы замерли друг против друга, уверенные каждый в своей правоте. Караван тоже вынужден был остановиться. Вскоре нас окружили спешившиеся воины.
Я невольно поморщилась, ситуация выходила из-под контроля. И в тот миг, когда я уже собиралась оповестить всех о возможном нападении, Сингер, наконец, согласился.
— Даю тебе полчаса, не больше, — заявил он с таким видом, будто бы я была его подчинённой.
А я даже не поморщилась, поймав на себе насмешливые взгляды своих напарников. Уж они то знали о моём маниакальном стремлении к свободе и независимости. Пусть потешаются, я им это ещё припомню.
Оставив свою верблюдицу на попечение Руди, я быстрым шагом направилась к границе оазиса, совершенно не опасаясь быть неузнанной.
Встречали меня несколько настороженно. Не в правилах караванщиков было вступать в пререкания с проводником, вот местные и подумали невесть что, когда заметили волнение в наших рядах.
— Всё в порядке, Ханрим, — узнала я шагнувшего мне навстречу мужчину, — с новичками всегда нелегко. Они как слепые котята, всё то им приходится объяснять.
— Долгих тебе дней, Эфа, — поприветствовал меня Ханрим, скупо улыбнувшись и приглашая идти следом.
Я ответила на приветствие и прибавила шаг. Ханрим тут же перешёл на бег, я не возражала.
Оазис, принадлежащий племени Аанхура, действительно был огромным. По моим приблизительным подсчётам тут постоянно проживало более пяти тысяч человек. Так что следовало поторопиться, чтобы не заставлять вождя слишком долго ждать моего появления. Я и так потеряла довольно много времени, пререкаясь с Сингером. Высокомерный Аанхур мог счесть подобную задержку оскорблением. Ему ведь доложили о нашем прибытии сразу, как только караван показался на горизонте.
Аанхур как всегда выглядел великолепно. Высокий сильный мужчина в полном расцвете сил. Смуглая кожа, иссиня-чёрные волосы, достигающие середины спины, хищный взгляд тёмных, как ночь глаз. Из всей одежды на нём имелась лишь набедренная повязка из шкуры леопарда, да массивные золотые наручи.
Я позволила себе выразить взглядом восхищение, Аанхуру это польстило, и он подавил в себе раздражение, одарив меня снисходительной улыбкой.
— Эфа, девочка моя, рад тебя видеть, — выдал этот невозможный мужчина.
Мне никогда не удавалось предугадать его реакцию, отчего я сильно нервничала и потому с трудом ускользала из расставленных им ловушек. Дело в том, что Аанхур вбил себе в голову, что я непременно должна стать его женой.
К его глубокому сожалению и моей величайшей радости принуждение в этом вопросе не допускалось, а соглашаться я не торопилась. При всей своей внешней привлекательности, Аанхур оставался заносчивым гадом, не испытывающим ко мне и толики симпатии. Всё что его волновало — это капля божественной крови, столь ярко проявившейся во мне. Заполучить от меня сына с сильной кровью стало для Аанхура навязчивой идеей. И это при том, что у него уже имелись наследники, точное количество которых я затруднялась назвать.
В общем, в качестве мужа Аанхур меня совершенно не привлекал. А вот как деловой партнёр он меня полностью устраивал. Не теряя надежды добиться моего согласия на брак, вождь старался быть более сдержанным на переговорах, правда ему это не всегда удавалось.
— Приветствую тебя, величайший из вождей, — произнесла я без тени издёвки в голосе.
Аанхур действительно был хорошим правителем, этого у него не отнять.
— И не надоело тебе, дорогая, перебиваться случайными заработками? Да ещё терпеть пренебрежение тех, кто не достоин быть пылью у твоих ног? — глаза Аанхура на миг изменили свой цвет, опалив меня золотым блеском. В этом мужчине тоже имелась капля крови Великого Змея, но других её проявлений я за ним не замечала.
Из слов вождя я сделала вывод, что ему уже доложили о неприятном инциденте, ставшим причиной моей задержки. Ответ я приготовила заранее.
— Таков мой путь, Аанхур, — сказала я просто, зная, что вождю нечего будет на это возразить. Его вера не позволяла подвергать мои слова сомнению.
Гримаса недовольства исказила красивое лицо мужчины, но он быстро взял себя в руки:
— Надеюсь, однажды, твой путь приведёт тебя ко мне, — произнёс Аанхур многозначительно.
Я же оставила его слова без ответа. Пусть думает, что хочет, у меня имеются проблемы поважнее его несбыточных желаний.
— Я пришла просить тебя о гостеприимстве, величайший из вождей. У границ твоих владений меня ожидают мои люди. Будет ли нам дозволено провести ночь под твоей защитой?
— Тебе, Эфа, разрешения не требуется. Ты всегда желанная гостья в моём доме, — напомнил Аанхур о нашем давнем соглашении. — Что же касается остальных, уверен, у тебя найдётся, чем склонить меня к принятию нужного тебе решения.
Я достала из сумки мешок с клыками тарако — довольно тяжёлый и объёмный на вид. Перевела взгляд на вождя, чтобы окончательно укрепиться в мысли, что мощная шея Аанхура легко выдержит вес будущего ожерелья, и с немалым облегчением передала плату за постой в руки подошедшего ко мне воина.
Прежде чем передать мешок вождю, мужчина проверил его на наличие опасности. При виде клыков его глаза округлились, а из груди вырвался непроизвольный вздох.
— Ну что там? — нетерпеливо потребовал объяснений Аанхур.
Моё подношение было тотчас же передано ему в руки. Теперь уже вождь не смог сдержать возгласа удивления.
— Эфа, девочка, ты не перестаёшь меня удивлять, — вождь окинул меня оценивающим взглядом.
Наверняка прикидывал, являются ли эти клыки моей законной добычей, или я выменяла их на что-то равноценное. В моих же интересах было помалкивать об этом. Хотя бы потому, что у меня оставалось ещё полторы сотни клыков, двадцать штук похожих на кинжалы когтей и ещё кое-что не менее ценное, что удалось извлечь из останков тарако. Впереди нас ожидал длинный путь, и в мои планы не входило расставаться с ценным содержимым моего походного мешка вот так сразу, в самом его начале.
— Каково будет твоё решение, Аанхур? — спросила я, с трудом скрывая нетерпение.
Время, отведённое мне Сингером на переговоры, заканчивалось, и я боялась представить, какими будут его действия, в случае моей неявки в назначенный срок.
— Ханрим, пойди, встреть караван, — приказал Аанхур, не отрываясь от разглядывания длинных — с ладонь, клыков.
Прежде, чем передать их мастеру для обработки, вождь хотел убедиться в отсутствии каких-либо изъянов — сколов или трещин. Наличие любых дефектов категорически не допускалось.
Я, разумеется, проверила всё лично, а потому не волновалась, главное, своего я добилась и сегодняшнюю ночь мы проведём в довольно сносных условиях.