По прозвищу Эфа (СИ)
Мы с друзьями быстро определились с выбором. Я присмотрела себе спокойную дружелюбную верблюдицу, не самую крупную в стаде, но для меня в самый раз.
Мои напарники и названный брат подобрали себе самцов-четырёхлеток и теперь под руководством погонщиков учились крепить на их спинах сёдла и тюки с поклажей.
Небо уже начинало сереть, когда позади меня, наконец, послышались удивлённые возгласы. Это пожаловал капитан со своими людьми. Я с трудом сдержала улыбку.
— Долго спите, господа, — укоризненно покачала я головой, — а ведь до отъезда нам нужно переделать немало дел.
— Что здесь происходит? — строго спросил капитан, глядя на верблюдов так, словно увидел стаю прожорливых гиен, а не стадо меланхоличных животных, пока никак не реагирующих на его окрик.
— Говорите тише, капитан, — вежливо попросила я. — Не стоит тревожить животных громкими возгласами. Им это не нравится. Лучше поскорей рассчитайтесь с владельцем стада, нам ещё предстоит оседлать верблюдов и навьючить на них поклажу, а это, можете мне поверить, процесс не быстрый.
— Правильно ли я понял ситуацию, — уточнил капитан гораздо спокойней, — нам всем предлагается продолжить путь на этих ужасных созданиях?
Он посмотрел на меня с таким подозрением, будто бы ожидал, что под его взглядом я немедленно стушуюсь и признаюсь в том, что глупо пошутила.
— Эти ужасные создания, как вы изволили выразиться, господин капитан, носят гордое звание кораблей пустыни. И мне непонятно ваше к ним пренебрежительное отношение. Верблюд, должна вам заметить, чрезвычайно выносливое животное и к тому же неприхотливое. А ваши лошади сдохнут в песках самое большее через неделю. Разумнее будет оставить их здесь, на попечение коменданта крепости, как и кареты, и громоздкие сундуки.
— С принцессой будешь объясняться сама, — буркнул капитан в ответ на мою отповедь и отправился торговаться.
Хорошо отомстил, ничего не скажешь. Свалил на меня всё самое трудное. С другой стороны, его тоже можно понять. Мужчина целых две недели промаялся с капризными девицами, после такого у кого хочешь нервы поистреплются.
Тем временем возле крепостных стен образовывался стихийный базар. Это жители соседних поселений постарались не упустить возможность сбыть с рук залежалый товар. Что ни говори, а караваны в этих местах проходят не часто.
Зная это, я с самого начала рассчитывала запастись на границе всем необходимым.
В первую очередь нужно было приобрести бурнусы — белые шерстяные плащи с глубокими капюшонами. Они послужат прекрасной защитой и от палящего солнца, и от ночных холодов.
Ещё нам понадобятся кожаные бурдюки, в которых очень удобно перевозить как вино, так и воду. Так же не помешает запастись продуктами длительного хранения: сушёными фруктами, вяленым мясом и лепёшками из пресного теста.
Всеми этими соображениями я поделилась с капитаном, который, судя по всему, заключил весьма выгодную сделку с владельцем верблюдов и теперь выглядел вполне довольным жизнью. Я же решила для себя, что коли у него так хорошо получается торговаться, то пусть он и дальше этим занимается. К тому же, вряд ли король поскупился, отправляя любимую дочку в опасное путешествие, а значит, всего у нас будет в достатке.
Обретший душевное спокойствие капитан внимательно выслушал мои пожелания, не высказав при этом ни единого возражения, что меня очень порадовало, как и его дальнейшие действия. Не успела я сделать и пары шагов в сторону крепости, а он уже привлёк своих людей и принялся отдавать им распоряжения.
Тут же в рядах торговцев поднялся немыслимый шум и гвалт. Каждый старался спихнуть свой товар подороже, стараясь при этом не упустить редкую возможность обменять плоды своего труда на звонкую монету.
Мне даже стало жаль капитана. Уж я то хорошо представляла, что его ожидает в ближайший час — настоящее сумасшествие.
Впрочем, благодаря этому мужлану, мне тоже придётся не сладко. Ума не приложу, как убедить хрупких девушек проделать оставшийся путь верхом на верблюдах. Радовало одно, кто-то уже надоумил этих красавиц сменить пышные платья на удобные брюки, хоть это мне не придётся делать.
* * *Выехали мы спустя два часа, как я и предполагала. Солнце только-только поднялось над линией горизонта. Его лучи приятно согревали кожу и не слепили глаза. К сожалению, вся эта благодать долго не продлится. Скоро небесное светило начнёт палить в полную силу, и тогда всем придётся тяжко, разумеется, исключая меня.
Должна сказать, что переход через пески изначально казался мне плохой идеей. Существовал ещё и морской путь в Эйкерон. Мне, как существу однозначно сухопутному, были неведомы все опасности, подстерегающие путешественников в океане. Я знала лишь, что времени на это потребуется раза в два больше, да ещё что-то слышала о морской болезни и о штормах, а ещё о рифах и о коварных подводных течениях.
Подумав немного, я вынужденно признала, что король всё же оказался прав, выбрав из двух зол меньшее. После всех тех ужасов, что вспомнились мне о морских путешествиях, пустыня показалась мне самым безопасным местом в мире. Подумаешь, духи немного порезвятся за охранным контуром, да песочек поскрипит на зубах. Всё это сущие мелочи, в сравнении с разбушевавшейся водной стихией.
Разговор с принцессой Ателиной прошёл на удивление легко. Никогда бы не подумала, что аристократка может оказаться настолько вменяемой. Даже стало жаль отдавать такую разумную принцессу чужому правителю.
У меня просто гора упала с плеч, когда Ателина заявила, что сама решит все вопросы с фрейлинами. Я даже сперва не поверила, что так легко отделалась. Создавалось впечатление, что Её Высочество заранее была согласна на что угодно, лишь бы поскорее продолжить путь. Я бы на её месте так не торопилась. По моим расчётам у нас имелось в запасе ещё дней пять, но спорить с нанимателем себе дороже. В таких мелочах лучше сразу соглашаться, чтобы не вызывать лишнее раздражение в свой адрес. Сказали — выезжаем немедленно, значит, молча забираемся в седло и едем.
При виде верблюдов, девушки едва не попадали в обморок, но подхваченные на руки вовремя подоспевшими охранниками, быстро оказались на положенных местах. К слову, сёдла для прекрасных наездниц отличались исключительным удобством. И если не смотреть вниз, то вполне можно представить себя, сидящей в мягком кресле где-нибудь в уютной гостиной королевского дворца.
Верблюды двигались ровно, без тряски. Я видела, как напряжение покидает лица моих спутников, как они расслабляются и даже начинают получать удовольствие от поездки.
Прохладный ветерок доносил до нас пряные запахи диких трав. В преддверии пустыни то тут, то там попадалась чахлая растительность. Удивительно, но именно эти мелкие невзрачные цветы источали дивный аромат, какого не встретишь даже в королевском розарии.
С каждым шагом земля становилась всё более твёрдой, а вскоре на нашем пути стали попадаться первые барханы. Изменения происходили настолько плавно, что незнающему человеку трудно было бы точно определить тот момент, когда мы пересекли границу пустыни, но я почувствовала это сразу, ощутила всей кожей, всем своим существом.
Моя верблюдица не была сцеплена в упряжку с остальными, а потому имела большую свободу передвижений. Слегка ускорившись, я вырвалась немного вперёд, чтобы успеть провести обряд до прибытия остальных.
Спешившись и окунув ладони в песок, я произнесла слова приветствия. Затем зачерпнула горсть песка, омыв им лицо, как родниковой водой и только после этого нанесла на запястье разрез, окропив песок своей кровью.
У ног взметнулся песчаный вихрь и тут же опал, подтверждая данное ранее разрешение на переход.
Я понадеялась, что столь малой жертвы хватит на всех. Но и не будет большой беды, если несколько человек вернутся обратно в крепость. Такое уже бывало. Поэтому я отправила в самый конец связки тех воинов, что, по мнению капитана, были слабее остальных. На мой взгляд, эти парни выглядели ничем не хуже других, но командиру виднее.