По прозвищу Эфа (СИ)

Лекарь ухватил предполагаемого больного за запястье и посчитал пульс. Сердце в груди мужчины билось ровно и гулко, будто удары молота по наковальне, да и аура сияла чистым радужным светом.
Здоров, как бык — подтвердил свои догадки лекарь. Только нервный какой-то. С чего бы это? Неужто за невесту так переживает?
— Вы, батенька, чрезвычайно легкомысленно относитесь к своему здоровью, — заметил лекарь ворчливо, собираясь отыграться на мнимом больном за причинённое беспокойство, и продолжил нравоучительно: — Наверняка потребляете много жирной пищи, да и от хмельного не отказываетесь. Я ведь прав?
Мнимый больной непонимающе моргнул единственным глазом.
Лекарь, не дожидаясь ответа, раскрыл свой чемоданчик и извлёк из него писчие принадлежности и бутыль с мутноватой жидкостью.
— Вот вам мои рекомендации, милейший, — не глядя на пациента, лекарь принялся быстро записывать всё, что говорил. — Станете принимать это лекарство по три глотка перед едой. Жирное и копчёное отныне для вас под запретом, а так же сладкое и мучное. Исполните всё в точности, как я сказал и, глядишь, доживёте до старости.
* * *
Эрвин и до того бывший бледным, теперь и вовсе стал белее снега. Задышал как-то рвано, тяжело. Я даже испугалась, что мой компаньон скончается сию же минуту, так и не сделав Маришку честной женщиной. И вовсе не потому, что смертельно болен, любое тяжкое недомогание я бы почуяла сразу. Причиной его безвременной кончины станет мнительность и излишняя доверчивость к таким вот проходимцам вроде этого лекаря.
Не спорю, Эрвину не помешает немного поумерить свой аппетит, но ведь можно сказать об этом как-то по-другому, не запугивая его до полусмерти.
Лекарь, видимо, тоже понял, что слегка переборщил и сгустил краски сильнее необходимого. Он слегка нахмурился, затем, отложил писчее перо в сторону и снова полез в свой чемоданчик, на этот раз извлекая из него флакончик с нюхательной солью, который я опознала сразу. Оказалось, Эрвин тоже хорошо запомнил, как он выглядит, и поспешил увернуться от руки лекаря, сующего ему под нос отвратительно пахнущую жидкость.
— Уберите это от меня, — закричал он в лицо лекаря и замахал руками для пущей убедительности.
Старик нахмурился, осуждающе покачал головой и добавил в список рекомендаций полный отказ от спиртного.
Честно признаюсь, после такого я его даже зауважала — невиданной храбрости человек. Запретить Эрвину выпивать, отважится далеко не каждый.
Маришку лекарь осматривал мельком. По крайней мере, мне так показалось. Он провёл над её телом ладонями несколько раз, немного задержавшись в районе живота. Похмурился, покусал губы и уверенно заявил:
— Беременность, две недели. Больше ничего сказать не могу. Срок слишком мал, чтобы определить пол ребёнка или увидеть отклонения в его развитии. Навещу вас, пожалуй, через месяц. А на сегодня всё. Будьте добры рассчитаться за мои услуги.
Эрвин, только начавший приходить в себя и даже почти вставший на ноги, вновь рухнул на пол.
— Экий вы, батенька, нервный, — покачал головой лекарь и снова полез в свой саквояж.
  
ГЛАВА 8
 
Ранним утром мы с парнями спешно покидали гостеприимную таверну одноглазого Эрвина. Я так даже с хозяином прощаться не стала, решив, что после вчерашних событий, будет слишком жестоко будить его ни свет, ни заря. Да и не до меня ему теперь. У него появились заботы поважнее какой-то там наёмницы.
— И куда мы теперь? — поинтересовался Шарк, когда ближе к полудню мы свернули с основной дороги на неприметную тропинку, столь причудливо петляющую между раскидистыми деревьями, что только чудом удавалось передвигаться по ней верхом.
Моего приятеля, вероятно, удивляло то обстоятельство, что на этот раз я не спешила отделаться от их компании.
— Да так, ничего особенного, — отмахнулась я легкомысленно, не забыв состроить невинную рожицу. — Навестим одну мою знакомую, только и всего. Тут недалеко. Вон за тем перелеском будет ручей. Спустимся вниз по течению, обогнём небольшое озерцо, а там уж рукой подать.
 
— Ты зубы то нам не заговаривай, — прервал мои словоизлияния Руди. — Говори, что задумала.
— А чего сразу задумала? — возмутилась я вполне искренне. — Я что, не могу просто так, без задней мысли навестить старую подругу?
О том, что подруга действительно была очень старой, можно даже сказать — древней ведьмой, я благоразумно умолчала. Мужчины отчего-то с большим предубеждением относятся к представительницам ведьминского роду-племени, буквально на дух их не переносят. Всё им, дурням себялюбивым кажется, что ведьмы только и мечтают о том, чтобы опоить их приворотным зельем, да привязать к себе покрепче.
Больно надо им такое счастье. Ведьмы и так живут припеваючи и ни одна из них в свой дом мужика не приведёт, просто потому, что слишком ценят они свою свободу.
И в самом деле, что может быть лучше того, чтобы ни перед кем не гнуть спину, никому не подчиняться, всегда самой решать, как жить и что делать? Красота, да и только. Немного напоминает мою жизнь, только мне повезло ещё больше. В отличие от ведьм, я не привязана к определённому месту силы и могу разъезжать по просторам нашего королевства и даже, время от времени, выбираться за его пределы.
— Дафна вам понравится, — как могла, успокоила я парней.
Не то, чтобы они сразу расслабились, но хоть перестали хмуриться и окидывать меня подозрительными взглядами.
В благодарность за это я решила внести некоторую ясность, обозначив цель нашего визита: — Она старенькая уже, помочь бы ей надо. Дров наколоть, крышу подправить, плетень подновить, а то кабаны совсем обнаглели, шастают на её огород как к себе домой, всю землю изрыли своими рылами.
— Ну это мы мигом сделаем, — разулыбался Шарк.
Его мать тоже жила в деревне одна и напрочь отказывалась перебираться к сыну в город. Так что нужды пожилой женщины были ему понятны, как никому другому. Руди тоже не стал возражать. Да и что стоит двум здоровым мужикам пару часов помахать топорами? Разомнутся немного, а заодно и доброе дело сделают. С какой стороны ни глянь, всюду польза.
К слову, Дафна вовсе не походила на ведьму. Это была старушка самого что ни на есть благообразного вида: всегда опрятно одетая, улыбчивая и на редкость приветливая. Ну а то, что жила в отдалении от людей, так и что с того? Мало ли у кого какие причуды?
О второй цели нашего визита я решила умолчать, чтобы лишний раз не нервировать своих спутников.
Дафна встретила нас, как дорогих гостей. Меня всегда удивляло, как только у неё так выходит. В какое бы время к ней не нагрянули визитёры, у неё всегда найдётся, чем их приветить.
Вот и сейчас, Дафна как будто знала заранее, что мы к ней заедем, и успела подготовиться к встрече. А может быть, ей и впрямь было ведомо больше остальных? Кто их этих колдуний разберёт?
Парни хоть и поглядывали на угощение голодными глазами, но с порога на еду набрасываться не стали. И лишь часа через три, управившись не только с дровами, но и с крышей, и даже с плетнём, в полной мере воспользовались хозяйским гостеприимством. Напарились в баньке, окунулись в озерцо, переоделись во всё чистое и, наконец, приступили к трапезе.
Дафна буквально светилась от радости, потчуя дорогих гостей. Захаживали то к ней часто, да всё больше по личной нужде, а вот так, чтобы бескорыстно помочь старушке с хозяйством, этого не было никогда.
— Соколики вы мои ясные, ребятушки дорогие, кушайте на здоровьице. Сейчас я вам ещё наливочки подолью, да соленья из подпола достану.
 
— Ты, мать, не суетись, — Шарк ухватил Дафну за рукав, когда та рванула было за обещанными соленьями. — Наелись мы уже. Теперь отдохнуть бы с дороги.
— Конечно-конечно, — закивала головой ведьма, — пожалуйте за мной, тут вам будет удобно.
Старушка легко взбежала по лесенке, ведущей на второй этаж. Парни далеко не так шустро последовали за ней.