Виктор III. Развязка

Я быстро отошёл от шатающейся, трещащей двери и хрипло проговорил:
– Господа, вы правы, мы в одной лодке. Предлагаю объединить усилия в борьбе с общим врагом. Боюсь, что он ни оставит в живых никого из нас, ежели мы не сумеем убить его.
– Его нельзя убивать, – решительно произнёс проректор, сдвинул лохматые брови над переносицей и закатал рукава, готовясь исполнять пассы. – В коридоре очень сильный одержимый, с которым никому из нас ещё не доводилось сталкиваться. Стреляйте ему в конечности. А я со своим коллегой попробую поумерить его прыть с помощью магии.
  
Бранд согласно кивнул и тряхнул руками, больше похожими на иссохшие птичьи лапки. А я подумал, что жизнь весьма иронична. Кто бы мне сказал ещё неделю назад, что я буду биться бок о бок с Брандом против одержимого ректора-мутанта. Безумие же! Но это безумие вот оно. Скоро выломает дверь.
Я судорожно наставил револьвер на дверной проём. А Вероника с Марком поддержали меня. Они тоже вытащили револьверы и навели их на дверь, которая отживала последние секунды. Душераздирающий ритмичный треск оглашал комнату. Воздух же сгустился от напряжения и будто густая патока нехотя проникал в лёгкие. Даже время словно замедлило свой неумолимый бег.
Но вот дверь в последний раз треснула и развалилась на несколько частей. Тут же висящая под потолком керосиновая лампа осветила монстра. Да, это действительно был ректор. И он правда обзавёлся ещё одной парой конечностей. Бледные, костлявые руки вырастали из его боков там, где заканчивались рёбра. Они оказались такой же длины, что и задуманные природой руки.
Теперь ректор походил на человекоподобного паука в чёрных лохмотьях, оставшихся от мантии. И ещё Вероника забыла упомянуть, а может и не разглядела во тьме, длинный склизкий язык, выглядывающий точно змея изо рта ректора.
Глаза монстра отыскали меня. И он уже собирался прыгнуть, но тут проректор совершил несколько молниеносных пассов и в ректора ударила тугая струя огня. Она была диаметром в полметра! Настоящий столб пламени! У меня от жара аж волосы затрещали на голове, а во рту испарилась вся слюна.
Ректору же было ещё хуже. Его лохмотья загорелись. И он принялся вопить тонким голосом, вскрывающим барабанные перепонки. У меня заломило зубы. А Вероника и вовсе выронила револьвер, присела и закрыла уши ладонями.
Марк оказался покрепче девушки. Он стиснул зубы и стал палить в верещавшего монстра, которого продолжал поливать огнём проректор.
Ну и я нашёл в себе силы присоединиться к некроманту. Револьвер в моей руке задёргался, посылая свинец в ноги ректора. Однако тот не спешил убегать или уж тем более умирать. Его обожжённая на груди чёрная плоть отваливалась, сменяясь новой серой.
– Господи, он регенерирует! – взвизгнул Бранд и принялся лихорадочно творить пассы. Они закончились тем, что скальная порода под ногами ректора стала мягкой, как болотная жижа. Ноги монстра тотчас по щиколотку провалились в неё, после чего камень мгновенно затвердел. Ай да Бранд! Ай да сукин сын!
Однако и ректор оказался не лыком шит. Несмотря на огонь и пули, он двумя ударами чудовищных когтей перерубил свои ноги в области щиколоток, попутно схватившись нижней парой рук за стол. Монстр не упал. Более того, преодолев поток огня, он резко подался вперёд, выбросил верхнюю руку и полоснул когтями по горлу проректора. Тот болезненно вскрикнул и вытаращил глаза. Из его рук перестал литься огонь. А сам старик попытался зажать ладонями вскрывший глотку порез. Между его пальцев принялась сочиться кровь, а губы стали беззвучно двигаться. Через миг он упал на колени.
И тут ректор лёг на стол и вонзил все пять пальцев прямо в череп старика. Его когти прошли сквозь кость, словно через промасленную бумагу. Он вырвал мозг бедолаги и стал жадно пожирать его, мерзко чавкая.
Бранд не выдержал подобного зрелища и истерично завизжал, чем привлёк внимание ректор. Монстр с необычайной скоростью метнулся к нему по столу, передвигаясь исключительно на четырёх руках.
А я воспользовался моментом и схватил со стула ящичек, в котором, вероятнее всего, находилась эссенция. Мне уже доводилось видеть подобные ящички. Они предназначались для бережной транспортировки зелий.
Я сунул ящичек подмышку, схватил за руку Веронику и вместе с ней выбежал из помещения. Благо, Марк тоже сориентировался и помчался за нами. Да ещё он врубил свой фонарик и стал им освещать коридор. А вслед нам неслись затихающие крики Бранда. Кажись, он вот-вот отправится на тот свет, как и проректор.
– Вик… Вик, ты же говорил, что здесь безопасно, – пропыхтела на бегу Вероника, у которой нервно дёргался левый глаз.
– Было безопасно, пока сюда не явились эти старые ребята и монстр, – огрызнулся я, скользя внимательным взглядом по стенам, освещённым светом фонаря. – Вон стрелочка! Сворачиваем!
– Кажется, эта тварь бежит за нами, – просипел некромант на мгновение обернувшись. – Я слышу шлёпанье то ли босых ног, то ли рук.
– Ну ног у него нет… – напомнил я. – Хотя он вполне может их отрастить. Вы видели, какая регенерация у этого существа?
– Ага, – поддакнула девушка, которая стрелой мчалась по коридору. Её волосы трепетали за спиной, точно чёрный блестящий плащ. – Этот монстр и есть ректор?
– Сообразила? – усмехнулся я, чувствуя дежавю. – Он самый. Но в тот раз ещё одной пары рук у него не было.
– Вероника, – пропыхтел порядком уставший бежать Марк, который существенно снизил темп. – А ты… ты не можешь открыть портал хоть куда-нибудь?
– У меня не достанет энергии, – горько бросила девушка. – Придётся удирать.
– Ничего. Доберёмся до выхода, а там закроем каменную дверь. И пусть ректор бросается на неё, – подбодрил я некроманта, истекающего потом.
К слову, мне самому уже становилось трудно бежать с такой прытью. Ноги наливались свинцом, а ящичек тяжелел с каждым метром. Вероника тоже не обладала выносливость легкоатлета, так что мы постепенно замедлялись. А ректор, кажется, ускорялся. До моих ушей стал долетать торопливый шорох.
– Он приближается! – прохрипел Марк, похожий на взмыленную лошадь. Его грудь ходила ходуном, а изо рта летели надсадные хрипы. Того и гляди, помрёт. – Долго нам бежать?! Я уже… уже не могу.
– Впереди ступени! – ликующе взвизгнула вырвавшаяся вперёд магичка и козочкой поскакала по ним.
Я помчался следом за ней, обогнал и к стене прибыл первым. Быстро нашёл «кнопку» и нажал её. Дверь скрежетнула и немного приоткрылась, после чего в подземелье влетел воздух, напоенный запахами солёной воды. Я ударил плечом в дверь, широко открыл её и поставил ящичек в пещере.
Вероника тотчас прошмыгнула мимо меня, а я обернулся. Там из последних сил, высунув язык, мчался некромант. А за его спиной в темноте угадывался какой-то силуэт, стелящейся над ступенями.
– Быстрее, чёрт тебя побери! – яростно выплюнул я. – Ректор уже за твоей спиной! Облизывается и готовится откусить жопу!
Марк тоненько заскулил и наподдал ещё больше. Он не хотел терять пятую точку. Не для того он её растил.
Некромант выскочил из подземелья, точно пробка из бутылки шампанского. А я поспешно стал закрывать дверь. И прежде чем щёлкнул вставший на место запорный механизм, мне «посчастливилось» увидеть ректора. Он оказался всего в паре метров от меня. Я заметил, что его ноги вместо отрезанных ступней обрели подобие лап. Колени же вывернулись в другую сторону, из-за чего старик стал ещё больше напоминать шестилапого паука. И этот паук чуть не ухватил меня своей пастью. Благо, дверь успела закрыться на пару мгновений раньше.
  
Я обессиленно упал задницей на влажный пол пещеры, вытер со лба пот и с вымученной улыбкой выдал:
– Ох, хорошо побегали. Говорят, что это полезно для сердца, кровообращения и лёгких. Можете не благодарить меня.
– И в мыслях не было, – простонал Марк, который лежал в позе звезды и сопел всеми отверстиями, пытаясь отдышаться.
– Вик, – устало проговорила Вероника, добавив в голос желчи. – В следующий раз, когда ты что-нибудь придумаешь, напомни мне об этом подземелье.