Боец 7: лихие 90-е (СИ)

Я молча взял со стола все деньги, которые главарь байкеров собрал со своих противников и положил их в карман. Поднявшись со стула, я уже хотел было направиться к выходу, как вдруг меня схватил за руку один из байкеров. Ну да, естественно, глупо бы было думать, что они вот так просто согласятся признать свое поражение.
— Руку убери, — сказал я.
— А куда это ты собрался? — проговорил байкер.
— Не твое дело, — огрызнулся я.
— Это как посмотреть, — осклабился он. — Ты что-то больно интересный, парень.
— А ты — нет, — парировал я. — Руку убери, говорю.
— Задержись-ка ещё на пару минут, — в его глазах уже загорелись нехорошие огоньки.
— Это ещё зачем? — осведомился я.
— А затем. С одним из наших ты сразился. Теперь давай-ка попробуй со мной посоревноваться, — проговорил он, смакуя каждое слово.
Остальные байкеры внимательно смотрели на нашу перебранку, сгрудившись вокруг стола. Их позы ясно показывали готовность в любую минуту кинуться на выручку своего сообщника.
— Нет ни малейшего желания, — отозвался я, уже понимая, к чему все идёт.
Я всё-таки выдернул свою руку и направился к выходу. Но в этот момент за спиной послышался какой-то шум. Я машинально обернулся и увидел, как поверженный главарь встаёт на ноги. С диким и злым ревом он перевернул стол — видимо, демонстрируя свою мощь и силу. Этот театральный жест возымел эффект: кто-то из посетителей притих, кто-то, наоборот, настороженно застыл, как будто готовясь к возможной схватке. Так или иначе, заварушки уже было не избежать.
— Ну что, сука, решил просто так сбежать с бабками, да? — рявкнул он. — Хрен тебе на рыло! Сейчас посмотрим, какой из тебя чемпион или кто ты там! Мне ещё никто так пощечину не давал, ты за это ответишь!
С этими словами главарь шагнул чуть назад, нащупал сзади бильярдный стол, оглянулся и схватил кий. С этим кием, сделав угрожающее выражение лица, он попер на меня. В принципе, если кием хорошо огреть по голове, то результат может быть не хуже, чем от кастета. Я бросил взгляд на наш столик. Семен в панике залез под стол, откуда теперь торчали только его насмерть перепуганные глаза. Дальнобой развел руками: мол, я тебя предупреждал, теперь выкручивайся сам, как знаешь. Понятно. Помощи здесь ждать было не от кого, но я, честно говоря, особенно и не рассчитывал.
Тем временем на меня пошли уже все шестеро байкеров.
— Вот так, значит, да — все на одного? Лихо вы свою крутость показываете! — крикнул я. Сейчас надо было максимально их отвлекать, чтобы суметь неожиданно напасть первым.
— Таких, как ты, учат быстро и на всю жизнь, — прохрипел главарь.
— Я бы на тебя посмотрел, если бы ты был один, а я с пятью друзьями, — огрызнулся я.
— Что-то ты борзый до хрена, я смотрю, — заметил главарь, многозначительно перекладывая кий из одной руки в другую.
— Уж какой есть, — пожал я плечами. — Не нравится — не ешь, никто не заставляет.
Компания байкеров медленно, но верно приближалась ко мне. Главарь для устрашения с размаху стукнул кием об пол. Надо было срочно что-то предпринимать. Но что? Я лихорадочно соображал: оружия у меня при себе не было. Да даже если бы и было — это бар, здесь полно людей, чуть дернется рука — положишь не того и сядешь. Да, вот это зашёл, блин, вечерком поужинать!
С другой стороны, раз начался такой беспредел — значит, мне тоже можно уже не стесняться. Это же фактически уличная драка, хоть и в помещении. А в уличной драке можно все. В ней не бывает правил — бывают только победители и проигравшие. И проигравшим я быть точно не хочу.
Ну что ж. Главное — чтобы никто не сообщил в полицию, иначе с учётом предыдущих приключений от срока мне действительно уже не отмазаться. Я схватил бутылку с пивом с ближайшего стола, подскочил к главарю и разбил ее об его обнаглевшую башку. Опыт уличных драк дал о себе знать: все это заняло у меня немногим больше секунды — и горилла в кожаной одежде во второй раз рухнула на пол, как непрочно построенный карточный дом.
Теперь у меня в руке осталась розочка, а передо мной ухмылялись пятеро злобных байкерских рож, которые, кажется, останавливаться не собирались.
 
— Ну что, суки, интересно, кто из вас рыпнется первый, — по русски крикнул я, сжимая в руке розочку и готовясь отразить атаку. Вся эта ситуация меня не на шутку завела, как всегда заводила любая несправедливость. Скольких, интересно, простых работяг обобрали эти бандюганы? А сколько ещё оберут, если их не остановить?
Вдруг я почувствовал на плече чью-то руку. Голос нашего водителя тихо проговорил:
— Уходим! Сергей, уходим, быстрее!
  
Глава 17
 
Дальнобой был прав. Мотать удочки нужно было как можно быстрее. Байкеры явно были нацелены на «продолжение банкета», а с учётом моего недавнего общения с полицией неизвестно, чем все могло бы обернуться. Да и втягивать Семена, а уж тем более водителя в эти разборки было как минимум непорядочно.
Когда мы втроём выбежали из бара, ребята побежали в машину, а я первым делом стал переворачивать мотоциклы, стройным рядом выставленные у входа.
— Тебе что, заняться нечем? — истерично заорал Сема. — Ты ещё сбегай в магазин за краской и матерщиной их испиши! Давай в машину быстро! Поехали!
— Заняться мне всегда есть чем, — резонно заметил я, захлопывая за собой дверцу кабины. Дальнобой с прямо со старта начал набирать скорость, и теперь я смотрел, как бар-отель, в котором мы с такими приключениями поужинали, отдаляется от нас все быстрее и быстрее. — Просто если они решат сейчас ехать за нами, то это их хоть на сколько-нибудь задержат.
— Ну, это уже излишне, — заметил наш водитель.
— Почему же? — удивился я.
— У нас здесь действует неписаное правило. Кодекс, если хочешь, — объяснил дальнобойщик. — Если у тебя с кем-то какие-то напряги — решай их, что называется, «на земле». Ни в коем случае нельзя нападать на своего противника, когда он в пути. Это что-то вроде этикета. Ну, знаешь, как нельзя нападать на мужика, если он с девушкой или с ребенком.
— Непохоже, чтобы эти отморозки всерьез думали о каких-либо правилах, — заметил я.
— Похоже или непохоже, — пожал плечами дальнобой, — а только если кто-нибудь захочет эти правила нарушить, ему несладко придется. Ты не смотри, что дальнобойщики боятся этим байкерам слово сказать. Это в кабаке. А трасса считается нашей территорией. И потом, если ты проиграл — пусть даже мошеннику — то ты сам проиграл. А когда нападают просто так — расклад совсем другой. Короче, наши ребята на фурах им бы такую разборку устроили, что их главный ещё десять раз подумал бы, стоит ли снова этот его чертов турнир устраивать.
Я замолчал, переваривая услышанное. Удивительный всё-таки народ эти дальнобойщики! Значит, на дороге они могут проучить любых негодяев, даже самых отпетых, а стоит им выйти из кабины — от тех же самых бандюганов они сразу готовы терпеть оскорбления, унижения и грабеж? Мда, каких только чудес на свете не бывает! Причем об этом рассказывается как о чем-то настолько естественном, что ни у кого не возникает никаких сомнений, что можно как-то по-другому!
— А ты рисковый парень, — голос водителя вывел меня из этих размышлений. — С этими байкерами сцепиться, да ещё в одиночку — это, я тебе скажу, не каждый сможет. Честно говоря, я с таким удовольствием наблюдал, как ты этого их главного козла поставил на место, что теперь даже не жалею, что пришлось оттуда срываться раньше времени. Сколько ты, кстати, заработал-то?
Интересный вопрос! В суматохе я даже не успел пересчитать купюры, который одной кучкой схватил со стола. Вытащив из кармана, я разгладил, пересчитал и аккуратно сложил их.
— Пятьсот баксов, — объявил я. — Видимо, он просто понты кидал, когда говорил про главный приз в тысячу.
— Просто ты ему все карты спутал, — засмеялся американец. — Ещё полчасика — он бы не то что тысячу, а две или три там у себя скопил. Впрочем, это все равно ни малейшего значения не имеет: главного приза, насколько я знаю, ещё никто ни разу не забирал.