Навсегда с бессмертным(ЛП)

Он снова закричал и повернулся, чтобы посмотреть на нее, но она покачала головой, указала на свое ухо и закричала: – Нам нужны часы! Я должна засечь ее схватки!
Нетерпеливо дернувшись вперед, он выключил музыку и начал кричать снова, одновременно с Ли. Остановившись, Валери повернулась и, перегнувшись через заднее сиденье, уперлась в него коленом. Ее охватило облегчение, когда она увидела выражение лица роженицы и поняла, что Ли притворяется. Однако мгновение спустя облегчение исчезло, когда глаза Ли внезапно расширились, а крик стал еще громче, когда ее поразила настоящая схватка.
«Черт, у меня никогда не будет детей», – с ужасом подумала Валери, когда Ли схватилась за живот и начала корчиться на полу в агонии.
– Что-то не так, – выдохнула Ли, как только смогла говорить.
Валери колебалась, не зная, то ли поспешить обратно к женщине, то ли продолжить свой путь. Но единственным выходом было «вперед». Он убьет их всех, пока она будет принимать роды, если вернется сейчас. Ли со стоном расслабилась, когда схватка закончилась, и тут же снова напряглась, Валери почувствовала, как напряглись все ее мышцы. Ее выход.
– Садись на заднее сиденье!
Валери схватилась левой рукой за центральный ремень безопасности и дважды обернула его вокруг запястья, вытаскивая молоток из штанов. Затем она оттолкнулась от сиденья и повернулась к водительскому сиденью, держа молоток опущенным и, как она надеялась, вне поля его зрения.
– Мне нужны твои часы, чтобы засечь схватки, – мрачно сказала она, скользнув взглядом по дороге. Они выехали на шоссе, но он сбросил скорость и свернул на съезд. Ее взгляд переместился на спидометр, стрелка которого сначала показывала сто километров в час, потом девяносто ... восемьдесят... семьдесят...
Они были на повороте, все еще двигаясь слишком быстро, но скорость все еще падала, когда он внезапно повернул голову к ней. Почему-то это показалось Валери зловещим. Боясь, что он прочтет ее мысли или, что еще хуже, возьмет ее под контроль, она крепче сжала ремень безопасности и ударила бессмертного молотком. Можно было подумать, что она ударилась о руль и сама повернула его молотком, а не ударила его в висок. Его голова дернулась влево, как и руль. Валери вскрикнула и выронила молоток, ухватившись за переднее пассажирское сиденье, чтобы не отлететь в сторону, когда фургон съехал с дороги и направился к линии деревьев в десяти футах от него. Несмотря на жгучую боль в запястье и вдоль левой руки, когда ремень безопасности дернулся, Валери была рада, что ей хватило предусмотрительности запутаться в нем. Иначе она наверняка вылетела бы в окно. А так она прыгала между сиденьями, ударяясь то об одну, то о другую мягкую поверхность, пока они неслись по травянистому вельду, а потом врезались в дерево.
Валери вскрикнула, когда ее швырнуло вперед, уверенная, что рука вывихнута. Затем она чуть не откусила себе язык, падая на спинку сиденья. Она не задержалась там надолго, когда они остановились. Она знала, что не может себе этого позволить, и оттолкнулась от сиденья, упав на колени и потянувшись за упавшим молотком. Она хотела проверить Ли. Валери показалось, что она слышала во время аварии крик женщины, но так как и сама кричала, то не совсем была уверена. Однако сейчас не было времени проверять это. «Граф вырви-себе-горло», казалось, был немного ошеломлен ее ударом, но подушка безопасности не позволила ему получить новые раны, и он зашевелился. Схватив молоток, Валери выпрямилась и ударила его снова, на этот раз по голове. К ее большому облегчению, он застонал и рухнул на сдувшуюся подушку безопасности и руль.
– Ли? – закричала она, вытаскивая скотч. – С тобой все в порядке?
Сзади послышался стон, и Валери нахмурилась, но быстро начала приклеивать водителя скотчем к сиденью, натягивая скотч поперек его груди, вокруг спинки сиденья, а затем поперек его груди снова и снова в быстрой последовательности, когда она закричала: – Я сейчас приду ... Ладно? – добавила она с тревогой.
Раздался еще один стон, и Валери прикусила губу, но прокрутила пленку еще дюжину раз, прежде чем решила, что этого будет достаточно. Оставив ленту висеть на спинке сиденья, она оперлась на сиденье водителя и на заднее сиденье, чтобы не упасть, и, пошатываясь, выпрямилась. К ее удивлению, ноги подкосились. Стиснув зубы, она заставила себя выпрямиться и, пригнувшись, начала двигаться вокруг скамейки. Ли лежала на полу, схватившись за живот, но, похоже, ее не слишком сильно досталось. По крайней мере, Валери не заметила ни царапин, ни ушибов, ни синяков.
 
– Бессмертный? – Ли ахнула от беспокойства, когда Валери опустилась на колени рядом с ней.
– Я приклеила его скотчем к сиденью, – заверила она. – Как у тебя дела?
Глаза Ли расширились от тревоги. – Это его не удержит. Он бессмертен.
Валери нахмурилась и посмотрела на переднюю часть фургона, но не смогла разглядеть его под таким углом. Закусив губу, она встала на колени, чтобы лучше видеть, и с облегчением увидела, что он не двигается. Повернувшись обратно, она сказала: – Я нокаутировала его первой.
– Он долго не будет без сознания, и лента не удержит его, когда он очнется, – сказала Ли. – Иди, проверь, не пришел ли он в сознание.
– Не похоже, – заверила Валери, отворачиваясь, чтобы еще раз взглянуть на нее.
– Он может притворяться. Если он очнется, то убьет нас всех, – почти крикнула она, схватившись за живот.
Еще одна схватка, с беспокойством поняла Валери.
Стиснув зубы через мгновение, когда схватка, очевидно, начала ослабевать, Ли прорычала: – Ты нужна мне здесь, но только если он вышел из строя. Иди, отруби ему голову или еще что-нибудь.
– Что? – недоверчиво спросила Валери. – За кого ты меня принимаешь? Даму червей?
– Нет, если бы это было так, ты бы уже отрезала ему голову, – сказала Ли и застонала от боли.
Валери колебалась, переводя взгляд с Ли на водителя, потом вздохнула и поднялась на ноги, пробормотав: – Подожди.
С молотком в руке она быстро обошла вокруг скамейки и встревоженно посмотрела на «графа вырви-себе-глотку». Он выглядел так же, каким она его оставила, но потом Валери показалось, что одно веко дрогнуло. Испугавшись, что он притворяется, будто все еще без сознания, как сказала Ли, она снова ударила его молотком по голове. Она была довольна, что оказалась права, когда легкий вздох сорвался с его губ, и голова еще больше наклонилась вперед. Он притворялся. Дерьмо. Что ей здесь делать? Она не могла отрезать ему голову. Это было просто…
– Проклятье, – пробормотала Валери и бросила быстрый взгляд в сторону задней части фургона, когда Ли снова закричала. Это было нелепо. Она не могла смотреть на «графа» и Ли, сиденье мешало ей. И она не могла отрубить голову человеку, потерявшему сознание, бессмертный он или нет. Выругавшись, она уставилась на сиденье, заметив, что ноги у него подогнуты. Валери посмотрела на боковую дверь. Они врезались в дерево, ударившись о него передней стороной водителя. Дверь никто не загораживал. Подойдя к ней, она взялась за ручку и открыла ее, отодвигая назад, пока она не зафиксировалась на месте, затем она отодвинулась назад перед сиденьем. Валери начала опускаться на колени, но затем повернулась к бессмертному и снова ударила его молотком по голове, просто на всякий случай. Убедившись, что у нее есть, по крайней мере, пара минут, она опустилась на колени и быстро подняла ручки, чтобы освободить сиденье.
– Что ты делаешь? – Ли ахнула, когда схватки закончились.
– Все, что могу, – просто ответила Валери, и начала подталкивать кресло к двери. С некоторым усилием ей удалось подтащить его к двери, а потом она просто вытолкнула его и перекувырнулась через траву.
Оставив дверь открытой, Валери повернулась и снова ударила бессмертного по голове. Она не чувствовала себя виноватой. Он был бессмертен. Он исцелится. Кроме того, это было лучше, чем пытаться отрезать ему голову ножовкой. Сама мысль об этом заставила ее содрогнуться, когда она повернулась, чтобы вернуться к Ли.