Вела Сезон 1

Вроде бы не повод расстраиваться. Но она расстраивалась. Тридцать четыре года — а эта планета так и не разжала свою хватку.
— Впустите, — повторила она.
Механик уступила, чуть приоткрыла дверь, чтобы Асала и Нико вошли. Не хотела впускать мороз. Внутри тепло поддерживал крошечный электрический обогреватель.
— Здесь вы ответов не найдете, — сказала механик.
— Не сомневайтесь в том, на что я способна, — ответила Асала.
— На что мы способны, — поправили Нико.
Механик оглядела Нико, потом пренебрежительно отвернулась, ясно давая понять, что разговаривать станет только с Асалой.
— Может, мне стоит поискать на Верфи, пока ты будешь здесь? Так мы будем работать быстрее, — сказали Нико.
Механик резко рассмеялась.
— Там тебе повезет не больше, чем здесь, если только не сможешь как-нибудь вернуть всю воду, которую Хайям у нас воровал столетиями. Или, уж не знаю, починишь солнце, которое вы уничтожили за наш счет.
Нико выглядели чрезвычайно обиженными. Им придется научиться не принимать подобные претензии близко к сердцу.
— Я на вашей стороне, — сказали они. Чем снова насмешили механика.
— Проваливайте из моей будки. Поверить не могу, что вообще вас впустила. Проваливайте. И я бы сказала проваливать и с планеты, но, если вы останетесь, может, нам повезет и вы тут сдохнете.
— Знаете, что? Ладно, — ответили Нико.
— Ник…
— Да ничего. Нормально. Она же все равно права — здесь я далеко не продвинусь. Я свяжусь с собственными контактами. Может, засяду в пабе, послушаю сплетни. Встретимся сегодня вечером в номере, когда у меня будут зацепки. — Они снова перешли на верхнехайямский. Асала удержалась и не покачала головой: если бы Нико задумались, догадались бы, что механик почти наверняка понимает этот язык не хуже Верхнего Полумесяца. Из-за власти Хайяма его язык стал преобладающим в межпланетной торговле — другие планеты не могли позволить себе не знать его.
Нико прошли мимо Асалы на улицу и поспешили прочь с Верфи. Она нахмурилась. Что их так разозлило? Человек с внутренних планет не вправе ожидать, что где-то вроде Гипатии их ожидает теплый прием. И ошибка с языком — это тоже на них не похоже. Нико не глупы и до сих пор вели себя более-менее профессионально. Может, просто устали.
— И ты правда доверяешь хайямцу? — спросила механик.
— Побольше, чем тебе, — сказала Асала. — Пока что ты была не очень откровенна.
— А с чего мне быть откровенной? Только из-за того, что ты говоришь на местном?
Асале стало стыдно за свой румянец благодарности. Несмотря на отношение, механик все же видела в ней клановку. Асала не знала сама, почему это ее волнует после того, как она столько лет с трудом изживала из себя эту личность. Может, ей просто хотелось иметь хоть одно место, где она не чужая.
Но сейчас не то время. Она прочистила горло и полезла в карман за местной валютой.
Деньги исчезли в кармане у механика, и та театрально вздохнула.
— Мне нужно больше подробностей о корабле, который вы разыскиваете. Но я не стукачка. Много выдать не смогу.
— Приличный корабль. Не новый, но недешевый. Куча наворотов с внутренних планет, достаточно вместительный для нескольких тысяч человек. Садился на ремонт.
Механик покачала головой.
— Если бы такой корабль прилетал на мою верфь, я бы знала, и он точно не прилетал. Иначе его бы увидела половина жителей города и помчалась сюда, чтобы пробиться на борт.
Асала изучила женщину. Низкая, худая, но большая в других смыслах. Большое сердце. Большие глаза. Большой рот. Напомнила Асале одну из матерей клана.
— Слушай, — сказала механик, — в наше время Верфь не больше чем свалка металлолома. Единственные корабли в рабочем состоянии здесь те, что я лично собрала с нуля, и ни один из них не поднимется дальше низкой орбиты. Корабль вроде того, что ищете вы, — чем бы мы ему здесь помогли? Починили бы сломанный клапан? Как? Сама оглянись.
— Тогда, может, вы его ободрали, чтобы собрать корабль до Гань-Дэ, — сказала Асала. — Особенно сейчас. Разве люди на планете не пойдут на все, лишь бы перескочить, пока не поздно?
 
Механик резко хохотнула.
— Если бы я доверяла довезти меня до Гань-Дэ тому, что построила, я бы уже летела. Уж лучше пусть до меня доберется смертельный мороз, чем вакуум. Ты знаешь, сколько мусорных кораблей долетают до цели? Меньше половины. И даже если долетишь, никому ты там не нужна. С местными дурнями мне хотя бы есть чем заняться.
На это у Асалы ответа не нашлось. Она сама из тех, кто долетел. Очевидно, об этом механик уже догадалась.
Везучей она себя никогда не чувствовала. Не чувствовала и сейчас, но где-то глубоко внутри ее заколола вина. По какому праву именно она вытянула счастливый билет?
Асала заставила себя вернуться мыслями к миссии.
— На этом корабле есть люди, которых мне важно найти. Поможет все, что ты знаешь, любая мелочь.
— Ты не про тот корабль с Эратоса? — спросила механик, когда наконец прониклась серьезностью Асалы. — Не слышала ничего такого по новостям. Судя по тому, что я знаю, он все еще в полете.
— На планете есть другое место, куда он мог отправиться на починку?
Механик в размышлениях закусила губы и наморщила лоб.
— Может, сотню лет назад было, когда семьдесят пять процентов планеты еще не забросили. Здесь корабля нет.
Единственная зацепка Асалы уже, похоже, завела в тупик.
— Благодарю за помощь, — сказала она. Механик хмыкнула.
Асала вышла в вечный холод.
***
Когда Нико не вернулись в номер — даже не регистрировались, судя по записям в компьютере, — Асала отправилась в паб. Перебрать на работе она не имела права. Но пропустить парочку стаканов — вполне. Это поможет расслабиться и упростит задачу слиться с толпой, что, очевидно, пока ей не удавалось.
— Привет, — сказал кто-то.
Асала обернулась. Со стула по соседству улыбалась женщина — может, на несколько лет моложе ее самой.
— Похоже, денек у тебя был дерьмовый, — сказала она.
Асала легко улыбнулась, готовая разделить бремя своего пребывания на Гипатии.
— Я бы сделала комплимент твоей могучей проницательности, но, похоже, дерьмовый денек — это стандарт для Альмагеста.
Женщина пожала плечами.
— Мне откуда знать. Я девчонка деревенская. Зовут Симия.
Асала отпила, позволяя напитку себя успокоить.
— Асала. Тогда почему сегодня в Альмагесте?
— По работе, — сказала Симия. — А ты? Что привело тебя?
— По работе, — сказала Асала.
— Тогда — за работу, — Симия подняла стакан, — у которой есть тот плюс, что она свела нас вместе.
Не зная, как реагировать на комплимент, Асала отпила.
— Прости, я в этом не мастер.
— Значит, ты правда не из Альмагеста.
— Да? — спросила Асала.
Кивнув, Симия приложилась к стакану.
— Иначе бы мое деревенское обаяние уже сработало и ты вела меня к себе.
— Может, это потому, что я сама деревенская, — сказала Асала, позволяя себе погрузиться в разговор только отчасти. Она оставалась начеку. По-прежнему сидела лицом к окнам паба, чтобы видеть улицу.
— Я бы не сказала. Я вижу по глазам. Они повидали города побольше Альмагеста.
— То, что ты повидал, еще не говорит о том, что ты за человек, — заметила Асала. Конечно, это пустые слова, они ничего не значили, но все же она удивилась, что сказала такое незнакомке. По крайней мере, зерно истины в этом было, а она обычно не говорила правду женщинам, с которыми случайно знакомилась в баре. Она устала больше, чем думала. Дело не в миссии. Дело в Гипатии, опустошавшей ее эмоционально.
— Ладно, тогда из какого ты клана? Нет, погоди. Сама угадаю. — Симия прищурилась, задумалась. — Татуировки у тебя не доделаны, но… Я бы сказала, ты выросла в горах. К востоку. Нет, северо-востоку. Надзима?
 
— О боги, — обычно Асале не нравилось, когда ее с такой легкостью видели насквозь, но теперь ее порадовало, что в ней осталось достаточно Гипатии, чтобы Симия смогла отгадать клан. — А ты хороша.