Алиса. Другая история Страны чудес

Алиса повернулась, чтобы побежать снова.
– Нам от него не спастись, – исступлённо прошипел Шляпник, стуча зубами от страха. – Мы можем пойти куда угодно... объявиться где угодно. Он стрижёт карты на фантики, где бы те ни были. Его ничто не остановит.
– Я не карта! – крикнула Алиса и ему и скелету.
Карторез отвесил насмешливый полупоклон.
– И всё же ведёшь себя так, словно пытаешься стать королевой. Играешь в игры правителей.
Внезапно он бросился вперёд, крутя оружие и на этот раз держа его в горизонтальном положении. Скелет намеревался разрубить обоих друзей надвое.
Шляпник с Алисой пригнулись.
Верх гигантского цилиндра срезало.
– Моя шляпа! – воскликнул Шляпник, хватаясь за поля с обеих сторон. Алиса оттолкнула его с пути скелета, готовившегося нанести очередной удар. Полностью развернувшись и взмахнув оружием, как косой, Карторез позволил ему продолжить движение вверх и через плечо цвета слоновой кости, только чтобы то вновь опустилось прямиком на двух несчастных.
– Алиса! – закричал Соня, высовываясь из тульи покалеченного цилиндра. – Конфеты! СЪЕШЬ ИХ!
Алиса отчаянно порылась в карманах снова, но так увлеклась, что споткнулась о собственную ногу. Она потеряла равновесие и упала в пыль и засохшую краску, ударяясь головой о ботинок Шляпника.
И всё же ей удалось достать одну карамельку, лакричную, и положить её в рот.
Язык отпрянул от ненавистного вкуса. Алиса заставила себя сглотнуть.
Небо над ней загородил ухмыляющийся череп. Скелет поднял одну странно хрупкую на вид ногу и отпихнул Шляпника от Алисы. Бедолага отлетел в сторону.
Карторез поднял половину ножниц в воздух, лезвие красиво сверкнуло, золотистое и острое.
– Ты у меня сложишься, как телескоп, – прошептала Алиса, протягивая руку и зажимая череп Картореза между большим и указательным пальцами. Она стиснула их, словно намереваясь стереть его голову в порошок.
Последовал ужасный звук, издаваемый, видимо, костью, трущейся о кость: поскрипывание, дребезжание и скрежет наждачной бумаги, как если бы зубы совершали неестественное для них движение.
Возможно, череп уменьшился и отвалился от шеи, приведя к кончине скелета, или остался на месте, но перемена была настолько неожиданной и ощутимой, что скелет не справился, а может, то, что у скелета было вместо мозга или души, стало бесполезным, лишившись защиты в виде черепной коробки. Ответа Алиса так никогда и не узнала.
Однако руки Картореза, застигнутого врасплох посреди последнего удара, ещё двигались, и половина ножниц вошла прямиком в Алисино сердце.
  
Глава 31
 
– Алиса! – вскричал Шляпник.
«Забавно», – подумала она, глядя на половину ножниц, торчавшую из... как там называется эта часть тела? Которая, ну, между рёбрами. Мясистый, бугристый, пульсирующий комочек. «Может, “бубна”? О нет, наверное, “пика”?» – размышляла она.
Ножницы как бы раскачивались взад-вперёд, и на мгновение показалось, что они такие же тонкие, как сам скелет. Как бы то ни было, они в любом случае были чистым заточенным золотистым металлом.
– Наверное, латунь, – решила Алиса.
– Гнусная вещица! – выругался Шляпник, хватая лезвия двумя руками (и чуть не лишившись пальцев в процессе).
– Нет! – закричала Алиса. Ведь, хотя она не разбиралась в медицине, у неё было такое ощущение, или, возможно, ей вспомнилась история, или... Дело в том, что не следует...
Как бы то ни было, она опоздала.
Шляпник вытащил ножницы, и из раны хлынула кровь. Настоящая кровь, а не красная краска. Она пахла мясом и медью и, когда брызнула Алисе на губы, та почувствовала её вкус. Глаза Шляпника в ужасе округлились. Не в силах придумать что-то другое, он схватил цилиндр и накрыл им поток. Сработало это так себе, ведь у шляпы не было тульи.
– Раны... в Стране чудес... не должны... быть... настоящими... – вымолвила Алиса.
– Алиса, тебе сейчас же нужно домой. Возвращайся туда, откуда Алиса родом, – взмолился Шляпник. – Здесь ты погибнешь.
– Нет! – Алиса попыталась сесть. – Вы все здесь погибнете! Миру наступит конец! Заклей её... замотай чем-нибудь... Меня это не убьёт... Я не могу умереть в Стране чудес.
 
Однако, как бы эффективно потрясение ни облегчило ей боль поначалу, этот момент прошёл. Странное хлюпанье пронеслось по Алисиному телу туда-сюда, полутошнота, полужар, полу что-то ещё.
«Полуножницы», – подумалось ей. Ярко-белый свет боли, подобной которой она никогда раньше не испытывала, отделил грудную клетку от остального туловища, будто туда снова вонзилось что-то острое.
Она закричала, не в силах остановиться.
– Алиса, возвращайся домой, это приказ, – сказал Шляпник, отдавая ей честь. – Вернёшься, как только сможешь. От мёртвой тебя нам никакой пользы.
– Могла бы стать славной мученицей за правое дело... – сонливо заметил Соня посередине лысеющей макушки Шляпника.
– Для этого у нас уже есть Мэри Энн, бессердечный ты грызун, – сказал Шляпник бесстрастно. – Алиса... ты нам нужна. Алиса. Только Алиса. Живая. Возвращайся к нам. Скорее...
– Я не знаю как! – сказала Алиса, чувствуя, как на неё наваливается чернота. Ощущение было не из приятных, не как когда засыпаешь. Скорее словно тысяча маленьких крабов медленно падали на неё сверху и пробуравливались внутрь тела. Почему болит живот, когда ей чуть не отрезали руку? Постойте, рука ли это была? – Нет... – сказала она, хватаясь за ладонь Шляпника.
Она попыталась её запомнить: мелкие волоски, некоторые седые, вокруг костяшек. Ямки пор там, где они проник дли в кожу. Крошечный шрам. Характерный отпечаток пальца. Все эти детали, делавшие Шляпника уникальным и таким же реальным, как, таким же реальным, как...
  
Глава 32
 
Она пришла в себя в переулке.
На неё давила какая-то странная тяжесть, и Алиса принялась дрыгать ногами, пытаясь высвободиться из-под одеял и силков, удерживавших её... а затем поняла, что это всего-на-всего юбки, передник и всевозможное нижнее бельё. Она уже отвыкла от такой многослойности, походив в другом, чудостранном, наряде.
– Шляпник! Рука Шляпника! – воскликнула она, силясь вспомнить. Это была ладонь человека постарше, ещё сохранившая лёгкую пухлость вокруг костяшек, но истончавшаяся на участках между ними. – Нет, не то! Детали! – Однако хитрый Алисин мозг заменил описательные слова на конкретные факты, сводя то, как именно выглядел Шляпник, к тому, как он, вероятнее всего, должен был выглядеть. Так по пробуждении работает любой мозг: восполняет забытые и фантасмагорические фрагменты сна.
Большой цилиндр, лохматые волосы, крупный нос, невысокий рост, как на детской иллюстрации в сборнике потешек...
– Карторез! Мы почти дошли до дворца! Показали яйцо орнитсвилльцам, и Королева Крестей должна была прийти! Мы почти победили!
Над ней стояли двое детей с площади. Они встревоженно на неё глядели. Одной из них была Зара. Как зовут мальчика, Алиса не знала.
– Госпожа Алиса, вы в порядке? – заботливо спросил мальчик. – Вы такая бледная.
Предметы то появлялись, то исчезали из фокуса.
– Мне нужно вернуться, – сказала Алиса, стараясь удержать ощущения, которые испытывала всего несколько мгновений назад. К сожалению, всё, к чему эту привело, – ужасная боль, а затем слабость, в то время как все заботы мира удалялись от неё.
Карторез. Горящие кучи мусора/Безумная королева. Конец света... отчаяние...
«Запоминай, Алиса!» – сказала она себе.
Она закричала, отнюдь не по-Алисиному. Скорее издала громкий натужный стон, пока всё тело и душа пытались изгнать реальный мир с его чувственными раздражителями, вторгавшимися в её разум.
Она провела ногтями по рукам, оставляя длинные белые царапины и капли крови, похожие на жемчужинки. Боль поможет сосредоточиться. Боль поможет вспомнить...
– Что ты делаешь? – закричал мальчик. – ПЕРЕСТАНЬ!
Зара была более практичной и просто протянула сильные и пухлые ручонки, хватая Алису.