Алиса. Другая история Страны чудес
Второй юрист продолжал несколько близоруко рассматривать Алису с Кацем, которые молча глядели друг на друга.
– Ты знаешь эту юную леди, Кац? – спросил он.
– Мы знакомы, – ответил Кац коротко.
– Джордж, пройдёмся вместе? Впереди? С твоим партнёром? – предложила Вивиан, наклоняя голову в сторону молодых людей и бросая на друга многозначительный взгляд.
– Разумеется! Когда это я не приходил на выручку даме в беде?! – сказал он, увлекая за собой мистера Айви.
– Но ведь я ещё ничего не украл из столового серебра, – заканючил второй барристер. – Или хотя бы стакан портвейна.
Троица в возрасте пошагала впереди, а Алиса с Кацем, не без некоторого смущения, следом. Алиса взяла его под руку. Они шли в неловком молчании.
– По-моему, Рэмсботтом просто ужасен, – наконец выпалила Алиса. – Он отвратителен. Не понимаю, почему сестра его поддерживает: у неё много особенностей, но глупость не из их числа. В любом случае я вернула ей должок и не вернусь на «бис».
– Я рад, – произнёс Кац с улыбкой.
– Вы рады, что я не поддерживаю мистера Рэмсботтома? Или, быть может, тому, что я не буду общаться с его сторонниками? – спросила она с озорным блеском в глазах.
Кац не ответил. Поначалу он казался обескураженным, а затем улыбнулся собственной очевидности. Алису охватил приятный трепет, когда он искоса, заговорщически на неё посмотрел: «Эге, а ты меня подловила!»
– И тому, и другому, если честно. Ну да ладно. Вам удалось решить тот свой вопрос с парковыми деревьями и друзьями-кроликами?
Алиса рассмеялась, и это прозвучало как нельзя естественно. Лёгкие переливы смеха, казалось, сбросили с её плеч ношу в тысячу камней.
– Нет, не удалось, мистер Кац. Увы. И как бы безумно это ни звучало, я всё ещё не нахожу себе из- за этого места. Столько загадок, головоломок и событий, которые я начинаю забывать, хотя ни в коем случае не должна. Всё это звучит как бред сумасшедшего. Вы любите загадки, мистер Кац?
– Вам что-нибудь известно о нашей системе правосудия? – спросил он с оттенком сухой иронии. – Без любви к загадкам в моём деле никуда. Вообще-то, один мой хороший друг, который, как и мы с вами, любит загадки, подкинул мне вчера одну хорошенькую.
– О, поделитесь!
– Хорошо. Кто знает, вдруг отгадка поможет решить ваши проблемы. Так уж они работают, знаете ли. Расширяют разум, тренируют ум или что-то в этом роде. Позволяют взглянуть на вещи под другим углом. А теперь загадка:
К ней бегут все на свете пути,Без неё картины не найти,Но к согласию, как ни крути,Насчёт неё нам не прийти.– Непростая, – сказала Алиса задумчиво. – Ответом может быть что угодно. Цвет? Сюжет? И какой же ответ?
– Вы должны разгадать её сами, – сказал Кац с одной из своих сводящих с ума улыбочек.
Они остановились, оказавшись прямо перед домом тёти Вивиан.
Алиса вдруг подумала, что Кац сейчас ущипнёт её за нос (или сделает что-то ещё), но тут один из старших партнёров вновь обратил на них внимание.
– Это у вас камера? – поинтересовался Джордж, по-совиному глядя на её сумку, в которой явно лежал аппарат. – Я подумывал приобрести такую для себя или жены... О! Будь добра, сфотографируй нас, трёх старых чудаков! Не возражаешь? Распечатаешь мне снимок? Хочу посмотреть, что получится!
– Конечно, но освещение... – начала Алиса, но, подняв глаза на собеседника, поняла, что это бессмысленно. – О, ну да, вы меня не слушаете. – Алиса вздохнула, ситуация казалась знакомой. Было в ней что-то чудостранное. Пара пожилых юристов совершенно не обращали на неё внимания, приглаживая волосы и поправляя галстуки. Вивиан сочувственно улыбнулась племяннице и осторожно подвела их как можно ближе к газовой лампе, чтобы пламя хоть немного осветило их черты.
На мгновение Алиса задумалась, какими чудо-странными созданиями они окажутся. И тут её внезапно посетила мысль, что эти трое – старые друзья, которые по-прежнему чудесно ладят между собой вопреки глупым Матильдиным правилам, предписывающим, каким должно быть общение между мужчинами и женщинами. Она сфотографировала их, пытаясь вспомнить Шляпника.
– Откуда выйдет снимок? – поинтересовался второй юрист.
– О, не смеши, – сказала Вивиан, качая головой и обнимая его за плечи. – Нам придётся войти в дом и проявить пластинки. Вообще-то, этим мы займёмся после того, как снимем ещё один портрет, который я пообещала. Алиса?
– Доброй ночи, мистер Кац, – сказала она с сожалением.
– До встречи, – ответил Кац, кланяясь. – И, Алиса, непременно разгадайте загадку. Думаю, ответ может вам пригодиться. И я с нетерпением жду решения!
– Вот досада, – негромко сказала Алиса по нескольким причинам, не последней из которых были трое людей постарше, наблюдавших за ними.
Глава 18
Чарли – так звали испуганную шестилетку, портрет которой предстояло снять Алисе. У неё были красивые, тщательно уложенные локонами чёрные волосы и идеальное белое платьице с синим поясом. Алиса носила точно такое же в её возрасте. Мягко подбадривая её повертеть в руках довольно необычные безделушки Вивиан, Алисе наконец удалось вызвать на лице серьёзной девчушки улыбку. Алиса предполагала, что тётя девочки ожидала увидеть племянницу на снимке в благопристойной старомодной позе, как если бы ту фотографировали на полноразмерную камеру в одной из студий на бархатном фоне. И всё же Алиса сделала один снимок, на котором девчушка хихикала, свесившись с дивана вниз головой, кончики-кисточки густых чёрных локонов касались пола.
«Лет через сто, – подумала Алиса, проявляя фотографии, – кто-нибудь посмотрит на этот снимок и увидит настоящую Чарли. Вместо того чтобы недоумевать над нахмурившимся ребёнком с серьёзным лицом и сложенными ладонями с другого снимка, он получит представление о том, какой Чарли была на самом деле».
Она немного удивилась, когда после проявки фотография, сделанная в шутку, не изменилась: Чарли так и болталась вверх тормашками. А вот фотография, снятая всерьёз, показала птицу-зонтик из Страны чудес.
– Видимо, все дети – какие-нибудь созданьица в Стране чудес, – сказала Алиса, пока сохла пластинка. Она вспомнила про Адину, и как здорово было узнать, что у неё есть чудостранный двойник. Хотя птица-зонтик, о которой шла речь, казалось, пряталась за деревом и испуганно из-за него выглядывала. Алиса также проявила фотографию с госпожой Яо и роковым камнем. Однако вместо разоблачающей газетной сенсации в кадре была высокая суровая особа со смуглой кожей и тёмной диадемой из чёрных побрякушек в волосах. Она скрестила руки на груди и смотрела на наблюдателя оценивающим взглядом. В правой руке дама сжимала странное оружие с тремя шарами или сферами на конце стержня.
– Крести? – изумилась Алиса вслух.
В другом мире госпожа Яо – карта крестовой масти.
Но почему?
До сих пор в своих приключениях Алиса встречалась только с червовой мастью.
Она вспомнила двух девочек в душный летний день. Длинные тяжёлые шторы в кабинете задёрнуты, но они скорее задерживают жару и пыль внутри, нежели сохраняют прохладу. Между ними лежит поделённая колода карт. У Алисы в волосах поникший красный бант, симпатичный чёрный чепчик Мисси Феджингтон давно упал на пол. Их отцы приятельствовали, но этих двоих объединили лишь скука и возраст. Каждая переворачивала карту, и, несмотря на необычайную вялость вечера, Алисе не удавалось отделаться от вкуса поражения всякий раз, когда ход оборачивался для неё потерей... Маленькие королевы, красная и чёрная, без конца меряются картами в игре, до которой ни одной из них нет особого дела.
Воспоминание с силой вернулось к Алисе, как внезапно восстановленный по крупицам сон.
«Просто вытягиваешь карты снова и снова, и в конце побеждает тот, у кого их больше».
Она взглянула на снимок. Чёрные побрякушки в волосах Яо смотрелись почти как корона.