Под сенью разрушенного мира 1: Учеба маленькой лесной девы (СИ)
— Можешь тоже потрогать меня в ответ и будем квиты, — примирительно предложила та.
— Я смотрю, ты плохо усвоила уроки Архи, — тяжело вздохнул Критир.
— Они ус-та-ре-ли! Кто сейчас, кроме ее служительниц, одевается в соответствии с ее наставлениями? Кто до брака не позволяет себе и мысли о мужчине? И вообще, мы живем вместе уже кучу лет и делим одну кровать Ловы знают сколько времени, с чего бы вдруг все те положения про спальню мужчины начали на нас распространяться? — тягостно простонала Ни, валяясь и яростно колотя в порыве чувств по постели.
— Ни, быстро. Если не успеешь уйти до того, как подойду к кровати, я тебя вытащу отсюда силой. А завтра повторим Учение Архи, — нахмурился он, устало потирая лоб.
— Учитель! — Она надулась, но все же проворно выскользнула из кровати, сунула под мышку книгу и перекинула через плечо свое платье. Проходя мимо Критира к выходу, пробурчала: — Из-за какой-то ерунды выгнал меня. Мне вот для тебя ничего не жалко. А ты не любишь меня.
— Люблю. Потому и выгоняю, — хмыкнул Критир и, приобняв за плечи, чмокнул в ароматную макушку.
— Если любишь, погладь меня по спинке, пока я не усну, — как обычно, не стала упускать возможность Ни.
— Хорошо, — с облегчением рассмеялся он и проследовал за ученицей в ее комнату.
Та мимоходом повесила платье на стул, легла в кровать и разложила книжку на подушке. Критир с улыбкой покачал головой, сел рядом и начал поглаживать, заглянув через плечо. Что-то про древние времена. Учится. После появления старших учеников она вообще стала проявлять небывалое усердие. Видимо, конкуренция подогревала интерес. И контроль энергии у нее позволял уже применять даже высшие техники. Разумеется, только со своей энергией.
Критир переживал, что Кону может не понравиться эньека, скрывал ученицу, обучая ее только основным техникам учения темного Лова, и никогда не обращался к Покровителю напрямую при ней. Да и тот не говорил ничего о ней. Но вот о потомках в последнее время и впрямь зачастил, Карн был прав. И как он собирался это провернуть? Или он решил все же нарушить правила и уснуть? Ловы его знают. В конце концов, решил и решил. Да и недаром женат на Покровительнице материнства, наверное, придумали что-то.
Потомки Ловов Критира интересовали мало. А вот почему эньек уничтожали — очень. Из наблюдений выходило, что эньеки ничем не отличались от здоровых элькринов, кроме ядрышка Источника в месте связи с Ловами. А если будут жить в междумирье, то и на баланс мира не повлияют. Смысл их устранять? Странные правила.
Кстати, Ни освоила уже почти все общие техники со своей энергией. Может быть, попробовать обучить ее техникам других Ловов? М-м… Эрв — точно нет, опасно. А как жаль! Техники Эйрола — нет, Ог был против. И он сам не силен в них. Да и там есть такое, что бы точно не хотелось испытать от подраставшей ученицы на себе. Надо как-то заинтересовать ее Архой. Почему бы и нет? В конце концов, в ее Учении есть разделы не только про должное поведение девиц.
— Ни, ты же уже осваиваешь высшие техники со своей энергией?
— Угу. Мне осталось только с разделением по целям выучить, пока не получается, уровня контроля энергии не хватает, — вздохнула она.
— Может быть, попробуешь выучить несколько техник Архи?
— А можно? Я же служу Кону, — округлила глаза Ни.
— Правилами не запрещено. Просто обычно не удается поддерживать связь с двумя Покровителями, поэтому редко практикуют подобное, — кивнул Критир.
— Я бы хотела. Там целительские есть, присмотрела бы за тобой, — мечтательно улыбнулась Ни, поглаживая его по руке.
Сердце Критира дрогнуло. «Присмотрела бы за тобой…» Эти интонации, этот особенный нежный голос, похожий на эхо, гладкое золото волос и мягкость бархатистой кожи. Так тепло. Так по-родному… Как же он любит ее, несмотря на все эти выходки! Но сейчас намного важнее другое. Не поддаваться на очарование хитрой лесной девы, а быть ближе к делу. Ухватилась. Любопытная, как и всегда. Хорошо, что будет занята, хоть в техники Кона не полезет.
— Почитай теорию, попрактикуемся, как будешь готова, — закивал Критир.
— Угу. Так хорошо… — Ни сладко потянулась, отложила книжку и, сонно моргая, пристроила голову на подушку.
Он бы тоже поспал! А то разбудила сегодня… Критир с легким вздохом продолжал гладить: если закончить раньше, чем уснет, опять начнет дуться. Спина была теплой и нежной. Мягче, чем раньше. Отъедается. И характерная для дев выразительная талия явно обозначилась. Но, несмотря на тело, совсем еще ребенок, как ни посмотри. Хорошо, что отлучил от спальни, пока не поздно. И все-таки лесные девы так быстро растут! И в силу интеллекта им свойственны исключительная простодушность и непосредственность…
Так-так, стоп! Критир помотал головой. Несмотря на внешнее сходство, Ни не особь из заповедника общины Эрва. Она полукровка, которая выросла цивилизованно и унаследовала разум отца. Просто еще ребенок.
О Ловы! Ог, брат, как же ты справлялся с такой оравой? Мне одна твоя дочь заскучать не дает, а у тебя сколько их там было?
========== 20. Визит в скрытый дом ==========
Из зеркала сосредоточенно смотрело заросшее рыжей щетиной лицо с залегшими под глазами тенями. Гай подсчитывал и подкрашивал алым бруском отросшие пряди. Хорошая штука, не вымывается, засыхает быстро и не пачкается. Дело Тая посоветовала.
Гай завел привычку красить волосы, спасаясь ею от кошмаров, хоть как-то заглушая чувство вины за то, что не мог спасти девушек с алтарей. В память о каждой из жертв он окрашивал прядь, чтобы не забыть, и обещал отомстить. Их уже набралось так много, что они сливались в более крупные и занимали добрую треть головы. Но пока отомстить случая никак не представлялось. Гай закончил с волосами, собрал их в высокий хвост и тщательно побрился. Запоздало мелькнула мысль, что надо бы подстричься. Но уже лень, столько сидел красил и не сообразил…
Последний месяц выдался напряженным. Гай привык к работе, и разведка стала приносить все больше информации — он стал замечать намного больше деталей. А чем больше зацепок получал, тем больше поручений давали. Но чудовищный объем работы и ее мерзкое содержание уже не слишком беспокоили. Гай всей душой возненавидел секту, ее дела, ее адептов и ее Покровителя и твердо решил, что будет бороться с этим ужасом всеми силами. Так, как умеет. Так, как принесет наибольшую пользу. К тому же недавно повысили до старшего адепта, значит, и платить побольше начнут, надо бы оправдать ожидания. Тоже неплохо.
В этот выходной надо бы наконец-то наведаться в гости к другу отца, повидать его и сестру. Вроде бы и повод есть — повысили и обещали не дергать сегодня. И за Ни надо присматривать все-таки. Нет веры художникам с хитрой улыбкой, только даст пусть повод, сразу заберет сестренку к себе.
Гай помнил Критира с детства, когда тот еще носил изумрудные одеяния общины Эрва. Он обсуждал скучные сложные вопросы с отцом и неизменно приносил потрясающие портреты женщин, на которые охотно смотрел и юный Гай. Правда, занудный Крин вечно спрашивал отца, не рано ли парню смотреть такое, но тот с хохотом отвечал, что его сынок уже совсем взрослый, вызывая немалую гордость в Гае. Особенно в свое время парнишка впечатлился стройной эльфийкой, показавшейся ему сверстницей. Гай горячо возражал художнику, который утверждал, что этой красотке за сотню. Отец только рассмеялся, но не стал разубеждать. Крин попытался объяснить Гаю признаки эльфийского возраста, но Ог подмигнул другу и отговорил его: зачем? У женщин нет возраста, если они прекрасны.
Друг отца обычно был серьезен до занудства, оттаивал, только рассматривая и обсуждая свои работы с Огом. Таким и запомнил его Гай. Когда Критир пришел в гости к ним домой в хорошем настроении с улыбкой на лице и маленькая Ни плюхнулась к нему на колени, а тот ее приобнял, Гай растерялся. Если этот зануда улыбался, значит, в понимании Гая, он должен думать о своих работах или моделях для них. В сочетании с крохотной сестрой на руках картина выглядела для Гая ужасающе. Критийре уже делал с ней все те вещи, которые обсуждал с отцом в молодости? Когда же он осторожно поделился своими соображениями с отцом, то неплохо схлопотал вместе с напоминанием, насколько избирателен его друг в возрасте партнерш и моделей и как не хотел даже показывать маленькому Гаю свои работы.