Хоб (ЛП)

Робин чуть не грохнулся в обморок от облегчения. Мальчик был чист. В его крови не было никакой примеси и мерзости, которая могла бы испортить соленый привкус.
— Чтобы одурачить меня, Рэйвен, нужен кто-то посерьезнее тебя. Ты не настоящий агент Черных, каким был твой брат.
— Хобарт не был моим братом.
Робин понимал, почему он отказывался от родства.
— Как скажешь.
— Ты любишь ее?
Робин удивленно моргнул.
— Кого?
Ворон покачал головой.
— Когда я спросил ее, то она даже не замешкала, — он пристально посмотрел на Робина. — Достоин ли ты ее?
Робин наклонил голову. О чем говорил мальчик?
— Полагаю, ты имеешь в виду Михаэлу.
Рэйвен резко кивнул.
— Она принадлежит мне, а я — ей, — Робин не собирался обсуждать свои чувства. Даже с собственным сыном. Только с Михаэлой он мог поделиться своими самыми сокровенными мыслями.
Рэйвен снова повернулся к горизонту.
— Она любит тебя, — он с отвращением фыркнул, а сердце Робин екнуло от радости. — Почему, я не знаю, — парень откинул волосы с лица. — Похоже, сначала ее привлек артистический типаж.
Робин не упустил ни косого взгляда, ни поддразнивающего тона. Легкий намек, но все же он был. Рэйвену не нравилось признание Михаэлы, но он настолько тепло относился к девушке, что смиренно принял ее решение.
— Я…
Зеркальце в его кармане задрожало. Робин отступил от сына и вытащил вещицу из кармана. Тут же появилось лицо Оберона.
— Я думаю, тебе нужно спуститься в квартиру Каэля.
— Михаэла? — облик Робина дрогнул. Его паре угрожали.
Взгляд Оберона метнулся в сторону.
— У нас посетитель.
Робин обменялся быстрым взглядом с Рэйвеном, и, как по команде, двое мужчин исчезли. Оба были полны решимости защитить женщину, которую любили.
Глава 22
— Ну правда. Все в порядке. Я знаю этого парня, — Михаэла попыталась пройти мимо неподвижной кирпичной стены, которой оказался верховный король Оберон.
— Ты знакома с Редкапом?
«Чего?»
— Его зовут Снод, — она приветственно пошевелила пальцами за спиной Оберона. — Привет, Снод.
Снод поклонился ей. Его массивные плечи заполнили дверной проем.
— Моя госпожа.
— Как ты нашел меня? — на ее ауре был написан адрес или что-то в этом роде? Нечто типа экстрасенсорики?
— Нас связала клятва. Моя жизнь теперь в твоих руках, — Оберон вздрогнул от слов Снода. Михаэла не думала, что что-то может удивить стойкого короля. — Верность и защиту я дарю тебе. Я твой слуга, а ты моя госпожа. Этой клятвой я связан с тобой законом трижды трех.
— Я.… хм, понял, — Оберон отступил в сторону и элегантно махнул рукой. — Тогда, к чему бы это не привело, входи.
Каэль сглотнул.
— Извините, что позвонил вам, сир, но я не мог связаться с Робином и не знал, как действовать.
— Ты поступил совершенно правильно, юный Каэль, — Оберон одарил Каэля ободряющей полуулыбкой. — И когда мы вернемся во Двор, я буду рад посвятить тебя в Клинка. Ты сохранил рассудок и хладнокровно справился с ситуацией, которая могла оказаться нестабильной и, в конечном счете, смертельно опасной.
— Не все битвы решаются кулаками, — Робин материализовался прямо рядом с Михаэлой, а Рэйвен перед парой, снова закрывая Снода от ее взгляда.
— Да хватит уже. Он не причинит мне вреда.
— С чего ты взяла? — Оберон смотрел на нее со всем интересом, который можно было бы проявить к новому виду ящериц.
Михаэла пожала плечами.
— Просто чувствую. С Рэйвеном я тоже сразу поняла, что он не представляет угрозы.
— Твое доверие к незнакомым людям и способность «чувствовать» опасность давно требуют обсуждения, дорогая, — Робин притянул ее в свои объятия и приподнял бровь. — Скучала по мне?
— Мы только виделись, я даже не успела пописать.
Рэйвен подавился смехом.
— Вы связаны узами, — Михаэла повернулась и увидела, что Снод улыбается. Ужасно, но в то же время мило. — Хорошо. Теперь мне не нужно ругаться с Хобом. Он поможет защитить мою госпожу.
— Ага, — Робин сосредоточился на Сноде, изучая слегка прищуренными глазами. Вскоре глаза Хоба засияли зеленью. — За твоей госпожой охотится МакНил.
 
Снод выпрямился во весь рост.
— Я позабочусь о том, чтобы он не причинил ей вреда.
— Знаю, — Робин повернулся к Оберону. — Он принадлежит ей, а значит, и мне.
Оберон покачал головой.
— У тебя самая странная семья, мой Хоб.
— Просто более разноплановая, мой король, — ухмыльнулся Робин, притом намного радостнее, чем раньше.
— Кстати, познакомь меня со своим сыном.
Приказ. Робин отпустил Михаэлу и поклонился королю.
— Мой сеньор, позволь представить тебе лорда Рэйвена МакСуини, который скоро перестанет быть членом Черного двора.
Рэйвен был бледен, но поклонился Оберону.
— Мой король.
Оберон кивнул.
— Я ждал тебя.
Рэйвен поморщился.
— Да, насчет этого…
Оберон тихо рассмеялся.
— За тебя поручился отец, — он посмотрел на Робина. — Как я предполагаю, парень чист?
— Чист. Его сердце идеально. Он мой сын по крови и душе.
Михаэла прикусила губу. Она понятия не имела, что происходит, но позже обязательно поджарит Робина, как чизбургер. А пока она собиралась сидеть сложа руки, смотреть и наслаждаться шоу.
Рэйвен резко вдохнул, услышав слова отца.
— Я… ты чувствуешь этот запах? — он нахмурился, поворачиваясь на месте, поднимая лицо и снова глубоко вдыхая. — Неправильно.
Робин посмотрел на сына и принюхался, напомнив Михаэле ищейку.
— Ничего необычного.
Рэйвен нахмурился.
— Нет. Здесь что-то не так. Я чувствую запах морской воды, — он схватил Робина за руку. — Ты должен мне поверить. Вытащи короля и Михаэлу от сю…
Последнее, что услышала Михаэла, был звук, похожий на выстрел.
***
Робин вытряхнул осколки стекла из волос. Взрывная волна сбила его с ног, но реального ущерба не причинила. Однако он опасался, что с его парой все обстояло не так хорошо. Он больше не чувствовал ее в своем сердце.
— Михаэла?
Ворон, опирающийся спиной к поврежденной стене, застонал и вскочил на ноги.
Робин осмотрел остатки квартиры Каэля, едва осознавая ущерб, нанесенный бомбой. Квартира была… разрушена. Мебель выглядела так, словно ее разнесли в клочья. Разбитое зеркало лежало рядом с Рэйвеном. Окна вылетели, занавески теперь развевались как внутри, так и снаружи комнаты. Стены были покрыты черной сажей, тут и там тлели крошечные угольки.
Но его это не волновало. Он должен был найти свою истинную пару, свою любовь.
— Михаэла!
— Вот. Она здесь.
Робин обернулся. Оберон стоял на коленях на полу, держа на руках изломленное и истекающее кровью тело. Робин покачал головой, не в силах поверить глазам.
— Нет.
Робин не осознавал, что заговорил, пока не увидел сочувствие и жалость в глазах короля.
— Я опоздал. Слишком поздно. Я двигался чересчур медленно. Мне очень жаль, мой Хоб.
— Нет! — он опустился на колени рядом с Обероном и прикоснулся к темным, пропитанным кровью волосам. Ее тело было изрезано, но рана, которая прервала ее жизнь, была нанесена осколком бомбы, воткнувшимся в ее горло.
Откуда доносился этот странный звук? Стремительная тишина, которая…
Это…
Ох, боги. Пустота в его сердце, которую заполнила Михаэла. Звук означал потерю души. Как Робин мог жить, когда его сердце разбилось и лежало в объятиях короля?
— Робин, — он оторвал взгляд от медленно кровоточащей раны на ее драгоценной шее и посмотрел в бледные глаза короля. Слабое кровотечение не предвещало ничего хорошего.
Этого не должно было случиться, но…
Карие глаза Михаэлы были открыты и пристально смотрели в пустоту. Робин коснулся ее шелковистых волос. Тишина внутри него стала нарастать.
Он даже не успел признаться ей в любви.
— Робин, послушай меня, — что-то коснулось его, что-то холодное. Оберон зашипел и вздрогнул. Теперь у него тоже текла кровь. Только Робин не знал, почему. — Остановись.