Хоб (ЛП)

— Мы связаны сильнее, чем может связать любая человеческая бумажка. Привязаны друг к другу крепче, чем способна любая человеческая церемония.
— Но я все равно хотела бы провести церемонию.
Он вздохнул.
— Михаэла.
— Робин, — ее тон был серьезен. — Для меня это важно.
Значит, она получит церемонию. Хоб кивнул.
— Хорошо. Как только нынешняя миссия будет решена, мы проведем церемонию.
Она улыбнулась. Робин был счастлив, так как избежал споров.
— Я даже знаю идеальное место для данного мероприятия, — ему не терпелось представить Михаэлу семье Данн.
— Все хорошо и замечательно, мой Хоб, но твоя миссия еще не завершена.
Робин повернулся, бережно приобняв Михаэлу.
— Конечно, сир.
Михаэла ахнула.
— Святое дерьмо. Ты действительно Оберон?
Выражение лица Оберона смягчилось, когда он посмотрел на жену Робина.
— Да.
Михаэла потянула Робина за рубашку.
— Мне сделать реверанс или что-то в этом роде?
— Нет, но тебе нужно принести клятвы перед Двором и пообещать хранить верность.
Она открыла рот, но быстро закрыла, нахмурившись. Робин практически видел, как вращаются колесики в ее голове.
— Если ты Оберон, то где Ти…
Глаза Оберона стали бледно-серыми. Робин закрыл рот Михаэлы ладонью, прежде чем она успела произнести имя.
— Это имя предано анафеме[1]. И да, я все объясню, но позже. А пока знай, что Оберон правит Серым Двором как Верховный Король. Белым Двором правит Глорианна. Черная Королева правит Черным Двором.
Михаэла кивнула, и он убрал руку.
— Значит, она правит Черным Двором. Это плохое, плохое место? — когда Робин кивнул, она вздрогнула. — МакНил черный, не так ли?
— Да, поэтому ты должна обходить его стороной. Он эч-ушкье, водяной конь, и питается человеческой плотью.
Она нахмурилась, но ее страх был очевиден благодаря бледному лицу и дрожащим рукам.
— Я знала, что он убийца. МакНил не просто кормится, он наслаждается смертью.
— Как ты можешь судить? Вы разговаривали лишь пару минут, — брови Оберона приподнялись.
Михаэла теснее прижалась к боку Робина.
— В нем есть тьма и зло. Я вижу это также ясно, как божий день. МакНил не просто хотел убить меня, он жаждал увидеть мои муки.
Выражение лица Оберона померкло.
— Понятно.
— Я снился ей.
Бледно-серебристые глаза Оберона потемнели до титановых. Он взглянул на Робина и кивнул. Значит, Робин был прав. Где-то в роду Михаэлы Туата Де Данаан развлекалась с ее предком.
— Тогда, возможно, было бы лучше, если бы она осталась здесь.
Михаэла попыталась отстраниться от Робина, но он не отпустил.
— Где именно?
— Колорадо, Скалистые горы, — Робин махнул рукой, — Это мой дом.
Она ущипнула его за бок.
— Серьезно? Когда ты успел телепортировать меня в Колорадо?
Робин кашлянул.
— Ну, когда мы… — он искоса взглянул на Оберона и ухмыльнулся. — Наслаждались друг другом.
Михаэла покраснела.
— Ой.
— Souhaite-tu visiter Paris au lieu?[1]
Она прикусила губу.
— Не знаю, что ты сказал, но повтори еще раз, — она бросила на Оберона застенчивый взгляд. — Когда мы останемся наедине.
Робин рассмеялся.
— Tu êtes un délice pour mon âme.[1]
Михаэла вздрогнула.
— Мне нужно выучить французский.
— Робин, какой бы очаровательной ни была твоя пара, нам необходимо поработать, — Оберон склонил голову перед Михаэлой. — Прости, моя дорогая, но я должен украсть его. Но сначала, — аура вокруг Оберона изменилась, когда на его плечах появилась мантия Верховного Короля.
— Вау, — Михаэла широко раскрыла глаза, уставившись на короля.
Робин взял Михаэлу за руку.
— Встань на колени. Я буду шептать клятву, а тебе останется лишь повторить.
— Что?
— Доверься мне.
Михаэла безмолвно опустилась на колени, украв последнюю частичку сердца Робина. Беспрекословное доверие сделало Хоба самым счастливым на земле.
Робин начал шептать, а Михаэла повторять его слова:
— С этого дня я являюсь человеком Оберона, в чести и вере, не имея других клятв, от которых могла бы отказаться. Боги, я клянусь в верности Серому Двору, Верховному Королю Оберону и его потомкам. Объявляю себя присягнувшей слугой Серого Лорда, Верховного Короля Оберона, Короля Серого Двора, Повелителя Фейри. Я клянусь своим мечом и честью соблюдать законы Двора. Мой дом будет чтить правила, переданные Верховным Королем. Я буду добросовестно выполнять все приказы Короны и Двора. Приношу свою клятву, я Михаэла Экстон…, — она подпрыгнула, когда Робин ущипнул ее, и пристально посмотрела на возлюбленного, — …Гудфеллоу.
 
Оберон улыбнулся. Ее недовольный тон и привычка закатывать глаза очаровывали.
— Я, Верховный Король Оберон, Серый Лорд, Повелитель Фейри, настоящим услышал твои клятвы и принял их от имени Короны и Двора. Объявляю тебя верным слугой, поклявшимся выполнять наши приказы. С этого дня и впредь мой меч и магия будут защищать тебя, но мой гнев будет силен, если ты не выполнишь свой долг. Приношу свою клятву я Оберон, Верховный Король, — он кивнул Робину, когда магическая связь короля и вассала окутала Михаэлу, заставив девушку ахнуть.
Голос Оберона отозвался жутким эхом, когда он продолжил:
— Я признаю твои истинную пару, лорд Робин Гудфеллоу, и объявляю ее леди Михаэлой Гудфеллоу. Теперь она может представлять тебя во всех вопросах, касающихся дома и линии Гудфеллоу. Родословная будет защищать и оберегать ее. Найдите радость друг в друге.
Робин склонил голову. Оберон только что сообщил всему Серому Двору, что Робин обрел связь. Без сомнения, среди Белых и Черных слухи распространятся, как лесной пожар.
— Благодарю тебя, мой король.
Михаэла тоже поблагодарила повелителя.
Оберон расслабился.
— Теперь, как бы мне ни хотелось иного, я должен украсть у тебя Робина.
Хоб помог Михаэле встать.
— Обратно в Филадельфию, мой повелитель?
— Да. Сообщи Каэлю, что он может приступить к обучению в Клинки. Мальчик хорошо справился.
— Да, сир.
Михаэла потянула его за рубашку.
— Могу я поймать попутку и вернуться домой?
Бровь Робин приподнялась. Он бы предпочел, чтобы она оставалась в безопасности в пределах его дома.
— Зачем?
Она нахмурилась.
— Во-первых, сегодня вечером у меня смена. Во-вторых, я обещала Мойре, что мы посетим семинар по ирландским сказкам.
— Хочешь вернуться на бал? — Робин нахмурился. Ему совсем не понравилась эта идея. — Ты забыла, что там МакНил?
Девушка вздохнула.
— Только не говори, что Мойра фея.
Робин фыркнул.
— Конечно, не фея.
— Хм.
Его пара казалась разочарованной.
— Она лепрекон.
Михаэла медленно покачала головой.
— Так или иначе, теперь многое обретает смысл, — она очаровательно сморщила носик. — Мне нужно освежить в памяти сказочные виды, не так ли?
— Ага. Вот и занятие, пока я буду в Филадельфии.
Робин повернулся, чтобы уйти, но резко остановился. Ее маленький кулачок вцепился в его волосы.
— Не так быстро. Если ты думаешь, что запрешь женщину дома, чтобы она пекла печенье, то у тебя ждет разочарование.
Ну конечно же с ней не могло быть легко.
— Михаэла…
— Я найду способ спуститься с этой горы с тобой или без тебя, — она отпустила его волосы и нахмурилась. — Но если мне придется справляться в одиночку, мистер Гудфеллоу, то последствия будут ужасными, — она подняла кулаки.
Робин еле сдержал смех.
— Могучие смертоносные кулаки?
— Ага. Бойся меня, мистер.
Робин покачал головой. Он ненавидел разочаровывать ее… действительно ненавидел.
— МакНил не испугается, дорогая.
— Тогда нам нужно убедиться, что он не сумеет ко мне приблизиться. Но если он думает, что сможет напугать меня… Что ж. Хорошо. Раньше у него получилось бы, — Михаэла взяла его за руку. — Но не после сегодняшнего дня.
Он положил ладонь на ее щеку.