Отморозок 4 (СИ)

— Не нужно нам, Ванечка, гоняться за «Волгой» с деньгами по трассе, — жарко прошептала Инга прямо в ухо Ивану, руками лихорадочно расстёгивая у него ремень на джинсах. — Бухгалтершу нужно брать прямо на выходе из банка. Там нет никакой охраны, ментов тоже не будет. Налетели, забрали деньги и сразу ходу в разные стороны.
— Я сам подумаю и решу, как будет лучше, — отстранился от девушки Иван, силой воли смиряя желание, не обращая внимания на рвущуюся сквозь ткань джинсов восставшую плоть. Несмотря на всю симпатию к девушке, ему не нравилось, что она пытается им командовать.
  
— Конечно, ты всё сам решишь, Ванечка, — охотно согласилась Инга, ныряя головой вниз и расстёгивая ширинку на джинсах парня. — Я дура баба, только посоветовать хотела, но решаешь всё только ты.
Иван ещё немного поупирался, но вскоре сдался на милость победительницы. Напору Инги противостоять было очень сложно. Карабанов откинулся на сидении, закрыл глаза и стал гладить волосы сопящей внизу девушки.
Потом, когда всё закончилось, Инга, приводя себя в порядок на заднем сиденье, спросила Ивана, который уже перебрался обратно за руль.
— Не жалеешь, что к нам попал, Ванечка? — Вдруг спросила девушка.
— А чего жалеть? — Иван посмотрел в зеркало заднего вида на прихорашивающуюся девушку. — Я сам пришёл, мне в старую жизнь дорога была закрыта.
— А ты думаешь, эта твоя новая жизнь долго продлится? — спросила его Инга и посмотрела в зеркало заднего вида, встречаясь там глазами с Карабановым.
— Сколько на роду мне отмерено, столько и продлится. — Горько усмехнулся Иван.
— А я вот хочу жить долго и счастливо, вместе с любимым человеком, — как-то по-бабьи вздохнула Инга. — Настоящую семью хочу и деток.
— И у тебя есть уже любимый, с которым ты хочешь семью и деток? — Сдвинул брови Иван в зеркале заднего вида.
— Есть, Ванечка. Это ты, мой родной, — совершенно серьёзно сказала Инга, не отводя взгляда.
— И как давно ты это поняла? — Иван повернулся назад и теперь, не отводя своих внимательных серых глаз от глаз Инги, он требовал ответа.
— А вот как только зашла в комнату и в первый раз, и тебя увидела, так и поняла, Ванечка. Поняла, что пропала, и что ничего так больше не хочу в этой жизни, как быть с тобой до самого конца.
* * *
Мимо моего лица, разрезая воздух буквально, просвистел нож. Опасно! Я успел ногами сыграть назад и, убрав корпус, попытался сразу контрактовать своего противника ударом своего ножа по вооруженной руке. Получилось только мазнуть его по рукаву куртки, и мой противник тотчас разорвал дистанцию, уходя из зоны досягаемости. Мы кружим друг вокруг друга в недосягаемости от атаки без выпада, пытаясь обмануть один другого ложными пассами рук. И мой противник, и я оба выжидаем, предпочитая не рваться вперед, а работать на контратаках. Спешить в ножевых схватках не стоит. Хуже всего, когда сойдясь накоротке, противники начинают нашпиговывать друг друга ударами ножей, обоюдно пропуская кучу порезов и уколов.
Нож в бою не имеет останавливающего действия. Можно нанести противнику десяток ударов в корпус и порезов конечностей, а он все равно будет боеспособен еще некоторое время и, следовательно, представлять опасность, особенно если в его руках тоже есть нож. Ободная ножевая атака на короткой дистанции — это резня и «мясо» и, скорее всего после, такой резни оба участника попадут в реанимацию или на тот свет. Именно поэтому, я и мой весьма опытный противник предпочитаем работать с дальней дистанции, много двигаться и работать финтами и обманками, надеясь обойти защиту противника и вовремя уйти после атаки, чтобы не нарваться на ответку.
Я вижу ошибку моего визави. Когда я атакую верх, он больше отшатывается корпусом, надеясь на свои длинные руки-грабли, которыми он ловко смахивает мои удары и отличное развитое чувство дистанции, позволяющее ему уйти корпусом, так что я его не достану, а у него, в свою очередь появляется шанс подловить меня на выходе из атаки. Строго говоря, то что он делает, это не ошибка, а его манера работы, использовать ноги по минимуму, как бы втягивая меня в себя, но мне это дает неплохой шанс переиграть его.
После нескольких обманных пассов руками, я делаю выпад и атакую внешним круговым порезом шею противника. При хорошем попадании, этот порез вскроет ему сонную артерию и тогда все, считай, приплыли. Мой противник, как я и ожидал, все отлично видит и отшатывается корпусом назад, очень точно уходя из зоны досягаемости моей вооруженной руки, и, в свою очередь, тут же атакует порезом мою шею. Я же продолжая свою комбинацию, ныряю под его атакующую руку вниз, глубоко подсаживаясь на ногах и атакуя мощным порезом с протяжкой его подколенные связки. Прошло. Отлично! От моего пореза нога противника подламывается в коленном суставе, и он теряет равновесие, взмахивая своими руками-граблями в попытке его восстановить. Вот это то, что мне и нужно. Я, выходя из атаки, наношу в открывшийся бок несколько мощных уколов и быстро разрываю дистанцию.
— Отлично Костылев! — Ведерников хлопает в ладоши и насмешливо смотрит на моего противника, — подловил тебя таки этот пацан, хоть ты и сомневался.
— Подловил, Василий Иванович, — сокрушенно кивает мой противник и классный парень Витя Колодяжный, бывший спецназовец, а нынче опер из Химок. Он потирает бок куда, я в азарте не соизмеряя усилий, воткнул как минимум три укола. Скорей всего, у него там будут большие синяки после тычков деревянным макетом ножа.
Несмотря на небольшие размеры и затупленный конец, деревянный макет ножа, при хорошем попадании, способен и перебить пальцы на руках и поломать ребра. Синяки по всему телу, сечки на голове и отбитые пальцы — это обычные спутники любителей «фехтования на коротких деревянных палочках», как часто называли любителей спортивного ножевого боя в моей реальности. Здесь такого понятия как спортивный ножевой бой еще не существует, и все, что связано с ножом, считается прерогативой бандитов и хулиганов. Но у нас на тренировках эта дисциплина стала входить в обязательную программу, после нашей недавней импровизации с Ведерниковым. Тогда парни из нашей группы попросили Василия Ивановича уделить побольше внимания работе с ножом и против него, и как оказалось, у нас в группе была пара довольно неплохих спецов ножевого боя. Тот же Колодяжный, познакомившийся с ножевым боем во время службы в армейском спецназе и Алексей Савельев — работник прокуратуры, просто обожавший нож во всех его проявлениях. Он отлично метал ножи, довольно понимал принципы работы с ножом и как со мной поделился по секрету имел неплохую коллекцию ножей изъятых у задержанных, и не ставших вещдоками. Уже и так не малую коллекцию, ему постоянно пополняли друзья и знакомые из органов.
— Вить, извини, я наверное с уколами перестарался сегодня, — подхожу и по-дружески обнимаю Колояжного за плечи.
  
— Ничего, Юр, свои люди сочтемся, — под общий хохот парней вокруг по заговорщицки подмигивает мне он.
  
Глава 10
 
Последняя пятница перед наступающим новым тысяча девятьсот восемьдесят пятым годом. В воздухе уже чувствуется неотвратимо приближающийся праздник. В магазинах выстраиваются огромные очереди за выброшенными к Новому году дефицитными товарами. В большинстве квартир уже стоят настоящие живые сосны или ели, загодя приобретенные на елочных базарах и наряженные настоящими стеклянными игрушками тщательно раскрашенными вручную, переливающимися огнями гирляндами, а также блестящими золотыми и серебряными дождиками. Детвора уже с нетерпением ждет новогодних подарков с шоколадными конфетами и обязательными ароматными мандаринками. А на различных предприятиях всего Советского Союза вовсю идет предновогодняя выплата зарплаты. Многие предприятия перед Новым годом выплачивают своим сотрудникам не только обычную заработную плату, но еще и премию и тринадцатую зарплату, чтобы рабочие и служащие смогли порадовать свои семьи подарками и праздничными сюрпризами.