Лисичка для Медведева

– Я Элина. И не надо склонять меня звериными именами.
Дерзкая штучка с острым аппендицитом – это было интересно, почти подарок на Новый год.
Так и вышло, подарок оказался шикарным, как и ее тело, как и то, как она спала, а потом приходила в себя и смотрела на Тимофея затуманенным взглядом, а он уже поплыл.
Натуральным образом поплыл, как подросток, а когда Лисичка облизнула пересохшие губы, единственное, что хотелось, это впиться в них жадным поцелуем. Но Медведев себя остановил, на работе вроде как был, хоть и смена его закончилась, но он остался, чтобы проверить.
  
Все случилось между ними через неделю, было неземное притяжение, и даже операция недавняя не остановила, а Тимофей был максимально аккуратен и нежен.
Автомобильный сигнал вернул в реальность, Медведев задумался, вовремя не тронулся с места, а люди все нервные вокруг. Через ряд, на пару машин вперед стоял тот самый «порше», и Тимофею показалось, что за рулем сидит девушка с рыжими волосами.
 
Глава 7
 
Когда навигатор вывел Медведева к базе отдыха, расступились высокие сосны и открылся вполне приличный вид. Теперь Тимофей понял выражение «дорого-богато».
Было действительно и дорого, и богато. Парковка усыпана сплошь дорогими тачками, даже его приличный и недешевый внедорожник, к тому же пыльный, смотрелся инородным телом.
Глаз сразу выцепил красный «порше», но на номер того «порше», что подрезал его, Тимофей внимания не обратил, поэтому идти пинать колеса и ждать хозяина было глупо. Хотя, может быть, это и стоило сделать или спросить у кого-то из местных, чья тачка, что-то соврать, разведать, разузнать, но не хотел Медведев этого делать.
Тимофей припарковался, но выходить не спешил, читая сообщения. Главный врач давала очередные ценные указания и еще напомнила непременно заехать к племяннице. Лида извинялась, она это уже делала третий день и этим весьма утомила, Хабаров слал фотки с медового месяца, чем раздражал.
А вот Медведеву было не до отдыха, предстояло пять дней делать умное лицо и мечтать о том, как он наконец окажется в заслуженном отпуске.
Выдохнул, посмотрел на себя в зеркало, провел пальцами по отросшей бороде, поправил мятую рубашку. Ладно, и так сойдет на первый раз, если что – в номере примет душ и наденет свежую рубашку.
– Эй, привет!
Не успел выйти из машины, взять дорожную сумку и закрыть дверь, как замер от испуга. Голос был звонким, резал воздух, Тимофей поморщился и обернулся:
– И вам здравствуйте, незачем так кричать, я не глухой.
– Ой, извините, это нервное, я впервые на таком важном мероприятии. У меня даже мурашки по коже, посмотрите.
Перед Медведевым стояла девушка – блондинка, круглое лицо, светлое платье, полненькая, невысокая, она улыбалась и держала ручку большого чемодана, протягивала руку, показывая свои мурашки.
– Я Варвара. Варвара Назарова. Вы же на конгресс?
– А если нет?
– Нет? – Девушка испуганно обернулась. – Наверное, на свадьбу?
– Почему на свадьбу?
– Я читала об этом месте, здесь модно играть свадьбы, очень дорогое место и свадьбы дорогие, а вообще, я думаю, что не стоит играть дорогую свадьбу, это же сколько денег на ветер, даже представить страшно. Это же сколько можно было бы тогда всего купить? А еще здесь можно проводить перезагрузки…
– Так, стоп, Варвара!
Медведев прервал поток речи новой знакомой, так можно было стоять и слушать ее бесконечно, а хотелось умыться, да и пожрать.
– Извините, я волнуюсь.
– Откуда ты, Варвара Назарова? И в каком месте ты хирург, что тебя послали на конгресс хирургов?
Девушка надула щеки, вопрос ее обидел, она бы охотнее рассуждала о свадьбах.
– Вообще-то, я хирург, и неплохой, просто выгляжу молодо. И я из Житомира.
– Прекрасно, Варвара из Житомира, я Медведев, можно Тимофей. Пойдем, вдвоем веселее, а то заблудимся в этом роскошном пространстве.
– Да, точно, заблудиться здесь можно, но до чего красиво, я такую красоту только в сериалах видела.
Медведев шел впереди, следом шагала новая знакомая из Житомира, колесики ее чемодана монотонно шумели по парковке, а рот ни на секунду не закрывался.
– Но если мы поторопимся, то можем успеть на обед, я прочла программу конгресса, все начнется вечером в центральном зале, а завтрак, обед и ужин – шведский стол. Ой, я страсть как люблю шведские столы.
Шли, к радости Тимофея, недолго, самое приметное здание оказалось с ресепшеном, там была и зона регистрации на конгресс, народу было достаточно, все солидные мужчины в костюмах.
– У вас плюс один? – Девушка на ресепшене задала вопрос и с улыбкой посмотрела на Медведева.
– В смысле?
– У вас номер на двоих.
– Да? Ну хорошо.
– С Назаровым.
– Это я, я, только вы перепутали, я не Назаров, а Назарова.
– Да твою же мать. – Медведев выругался, не стесняясь, потому что ходить голышом после душа, как он любил это делать, ему теперь не светит. И вообще, он эту Варвару не вынесет больше десяти минут.
– Не волнуйтесь, мужчина, мы обязательно что-нибудь придумаем, хотя, конечно, все номера заняты, но мы сейчас все уладим.
Девушка за стойкой была озадачена, начала кому-то звонить, объяснять ситуацию. Варвара переминалась с ноги на ногу, косилась на нового знакомого, мужчина он был видный, высокий, крупный, бородатый, чистый медведь, фамилия ему шла.
– Вы пока можете оставить багаж и пройти в ресторан на обед.
В животе Медведева заурчало, он бы не отказался сейчас от борща с черным хлебом, а еще от кильки и водки. Про кильку и водку вспоминать не стоило, сразу пошел ряд ассоциаций и последствий, к чему этот набор привел один раз.
Как раз в это время за окном прошли несколько девушек, и одна из них была с рыжими длинными волосами. Тимофею даже показалось, что одна из них – это его Лисичка. Он даже подался вперед, сделав шаг, но мужчину отвлекли, Варвара дернула его за локоть:
– Идем?
– Что?
– В ресторан идем?
– Идем, но, Варвара из Житомира, я тебя предупреждаю: еще хоть слово я от тебя услышу…
Что он сделает дальше, Тимофей не придумал, Варвара как-то сама отстала, ее окликнула какая-то женщина, и она переключила свой словесный поток на нее. А вот в ресторане, который тоже блестел роскошью, борща не оказалось.
Но еда была – много, разнообразная, голодным он не остался, также познакомился с некоторыми коллегами, перекинулся парой фраз, узнал, что главное собрание начнется вечером, перед ужином. Когда вернулся к ресепшену, девушек за стойкой было уже две.
– Тимофей Михайлович, произошла досадная ошибка, мы, конечно, не можем вас заселить с незнакомой женщиной, но и мест в главном корпусе нет.
– И что вы мне предлагаете: разбить палатку и ночевать под сосной?
Возникла слабая, но все-таки надежда, что его попросят уехать домой, но это было бы странно.
– Нет, что вы, мы вам такое никогда не предложим, мы ценим и уважаем каждого гостя. У нас есть номер, точнее, бунгало на краю территории, ближе к лесу, мы будем надеяться, что вам оно подойдет.
– Край – это далеко?
– Нет, это не так далеко, вы не заблудитесь.
Девушка виновато улыбнулась, ожидая ответа, а Тимофей даже обрадовался, но вида не подал. Это означало, что он избежит ненужных контактов и общения с Варварой.
– Ну… не знаю… Хорошо, уговорили.
– Это прекрасно. Спасибо вам огромное. Это ваш ключ, на входе электрокары, водитель вас отвезет и покажет дорогу.
– Настолько далеко, что нужно ехать?
– Это для быстроты передвижения.
– Уговорили.
Медведев взял электронный ключ, представляя, как сейчас один в бунгало он примет душ, выйдет голым на крыльцо и вдохнет свежего воздуха элитной базы «Сосновый Берег». И ему никто не будет мешать, и никто не будет трещать над ухом, а потом он вздремнет тридцать минут, как Штирлиц, и отправится на собрание.
   
Глава 8
 
– Нам кажется, что наша жизнь убегает от нас, от нашего контроля. Из-за быстрого темпа жизни мы перестали слышать себя. Мы не можем остановиться и подумать, осознать, что для нас важно и ценно. Мы постоянно спешим, бежим, боимся опоздать, не успеть что-то сделать или делаем – и совершаем ошибки! Чтоб перезагрузиться, переосмыслить, мы и выбираем ретрит. Наша практика мягкая: погружение в свое сознание, отрешение от всего, что нас окружает. Нужно слушать свой внутренний голос, и мы обязательно услышим ответ.