Лисичка для Медведева

При этом умен, хорошо сложен, везде, где надо, у него было подкачано и скульптурировано. Костюм сидел как влитой, сшитый, кстати, в Англии на заказ, по его размерам и лекалам, Всеволод специально летает туда раз в три месяца за новыми шмотками.
Волосок к волоску, блеск бриллиантовых запонок, маникюр, была даже эпиляция в интимных местах. Он словно был инородным телом в окружении простых смертных. Всеволод всем своим видом делал одолжение обществу и прощал его за то, что оно находится по чистой случайности рядом с ним.
  
Элина даже думала, если бы он мог, он трахал бы себя сам.
– Так в чем дело, солнышко?
«Солнышко» подавило в себе импульсивное желание плеснуть в лицо Всеволода остатки остывшего кофе. Оно возникло импульсивно, а психолог говорит, что первые вспышки необходимо гасить сразу, любым способом отвлекаясь на детали.
– Слушай, тебе не жарко?
– Ты о чем? – Стравинский не понял вопроса. Элина умела выбить его из колеи.
– В костюме в такую жару. Тебе не жарко?
Девушка покрутила пальцами чашку с кофе и отодвинула ее от греха подальше. Хотя вышла бы красивая сцена, все были бы в шоке, а потом аплодировали.
– Нет, я не хожу по улицам, там, где я нахожусь, везде кондиционеры. Но твой недовольный взгляд говорит не о том, что ты волнуешься о моем состоянии. Элина, что не так?
Да, что не так?
Элина Эдуардовна, что в вашей жизни постоянно не так?
Неужели ваша богатая и сытая жизнь вам надоела и сидит в печенках и вам хочется чего-то нового и непривычно-необычного, не такого роскошного мужичка и не такого обеда в центре Москвы?
Всеволод бросил взгляд на свой телефон, пришло сообщение, он прочел его, но не ответил, положил на стол экраном вниз. Эта его особенность Элину тоже раздражала, вечно были какие-то тайны.
Вот она ничего не скрывала, ее телефон всегда лежал на видном месте, экраном вверх. И плевать она хотела, что ей сможет кто-то что-то предъявить за какие-то сообщения.
– Так что не так, солнышко? – Всеволод накрыл пальцы девушки ладонью.
– Сколько раз я тебя просила, – Элина придвинулась и заглянула в глаза красавцу, – не надо называть меня «солнышко», я этого терпеть не могу.
Вышло громко, подружки за соседним столом обернулись, Элина так и представила в их глазах сочувствие. Мол, ну что за стерва и сука досталась этому Аполлону?
– Я любя, милая.
Милая?
Ну, это еще куда ни шло.
– Я понимаю твою нервозность последнее время, но я обещаю, дай мне пару дней, я дожму финнов, и мы уедем на море, нет, лучше на океан. Только ты и я, бунгало, фрукты, вино, прозрачная вода и яркие рыбки.
«Только ты и я» пугало.
Элина не хотела на море или океан, а уж тем более в бунгало со Всеволодом. Хотелось шпрот на черный хлеб, апельсинового сока из пакета и запотевшей бутылки водки из морозильной камеры.
И к чему все это, рыжая красавица не понимала.
Она точно не беременна.
– Слушай, а у них в меню есть шпроты?
Девушка освободила свою руку, начала листать меню, где была какая-то иностранная дичь и ничего из человеческой еды.
– Шпроты? Какие шпроты?
– Сева, ты никогда не ел шпрот?
– Можно подумать, ты их ела.
– Да.
Стравинский уже думал, что перестал удивляться этой молодой женщине, но нет, это продолжалось.
– Ах да, я забыла, ты же родился с золотой погремушкой в жопе. Извини, вопрос закрыт. Что за ресторан? Официант, можно попросить вас подойти?
На телефон Стравинского вновь пришло сообщение, на красивом лице отразилось недовольство.
– И ответь уже там всем, кому надо ответить, бесишь меня. О, наконец вы пришли. У вас есть шпроты?
– Что, простите?
– Ш-п-р-о-т-ы, что непонятного в этом слове? И черный хлеб?
Официант посмотрел на Элину как на полоумную, бросив взгляд на ее спутника, поджал губы и кивнул:
– Да, конечно, через пару минут все будет. Какой фирмы шпроты предпочитаете?
Перед ним сидели постоянные клиенты, а один из них – это был мужчина – являлся шурином владельца ресторана. Им просить можно было все что угодно, хоть шпроты, хоть кильку, хоть бычки в томате.
– Самой лучшей фирмы.
– Желаете что-то еще под шпроты?
– Водки, только холодной.
– Элина?
– Мне можно, я не на работе, а ты, Стравинский, давай вали к финнам, оставь меня одну, мне надо подумать.
– Но два часа дня, какая водка?
– Да, кстати, какая у вас водка? – Девушка вновь обратилась к официанту.
– Самая лучшая.
– Несите.
Элина не помнила, какую они пили зимой после ее аппендицита на тесной кухне Медведева, но она была самой вкусной, на этикетке, кстати, был нарисован медведь. А еще она пилась как вода, поцелуи Тимофея были крепче, вот от чего сносило голову.
Соседки захихикали, а вот Стравинский был недоволен. Предложение руки и сердца было согласовано с отцом Элины, тот был только «за», а вот сама потенциальная невеста и жена, как рыба, вырывалась из рук.
Сейчас она хочет шпрот и водки, а завтра что?
Но лучше бы Всеволод об этом не думал, а сосредоточился на финнах. Завтра его ждал сюрприз.
 
Глава 4
 
Пробуждение Элины было нерадостным.
Девушка открыла один глаз, потом второй, тут же их снова закрыла и накрылась одеялом с головой. Шторы были не задернуты, через стекла пробивалось яркое июньское солнце, а вот в спальне было холодно: кондиционер работал на полную мощность.
И зачем только она вчера напилась? Так ведь и выпила немного, водка, как и обещали, была хорошая, шпроты с хлебом зашли под нее отлично. Всеволод гундел и смотрел недовольно, а Элине это доставляло истинное удовольствие.
И как так ее угораздило с ним познакомиться? Ах да, это все папа, как раз в период душевных переживаний дочери подсунул ей такого галантного и нудного кавалера.
Вообще, бесить и раздражать людей Элина умела с детства. Единственная дочь очень богатого родителя никогда ни в чем не нуждалась. Отец давал ей все, что только она ни попросит, все, кроме человеческого внимания и отцовской любви и заботы.
Да и когда ему было это делать? Надо было поднимать и удерживать на плаву бизнес, а потом еще один и еще. Газеты, заводы, пароходы. Доход увеличивался, возможность купить весь мир и немного больше росла, но также очерствело сердце.
За свои двадцать семь лет Элина Эдуардовна Саранцева крови всем выпила много, конечно, в переносном смысле. И мужчины у нее были те, которых она сама хотела, бывало, даже просто ради некоего эгоистического интереса уводила их у подруг, но так же легко к ним охладевала.
Девушка была уверена, что все, все молодые люди, что знакомились с ней и хотели завести отношения, делали это исключительно из-за того, что у нее очень богатый и влиятельный отец. Все хотели поиметь выгоду, урвать свой куш, влиться в компанию, семью, бизнес.
Это было печально и обидно.
Поняла такой расклад Элина не сразу, а подсказать было некому. Ах нет, было кому, те же подруги, у которых она уводила мужиков, раскрыли как-то глаза.
С тех пор нет у нее подруг. Хотя все было и так очевидно, Элина была неглупой, даже имела два высших образования, которые никак не помогут в жизни и не сделают тебя мудрее.
Но все-таки в этой не такой уж и большой массе ухажеров и потенциальных мужей нашелся один, нет, даже два, но первого в расчет брать не будем. Волков попал под горячую руку, Сергей стал ее блажью, он не стремился заполучить ее как трофей и выбиться в люди, а Элине это не понравилось, и пришлось немного попортить ему жизнь, за что она потом даже извинилась.
А вот второй мужчина разбил холодное сердце рыжей королевы, а перед этим вырезал аппендицит. Все случилось в самый канун Нового года, когда в одном милом провинциальном городе за сотни километров от столицы Элину Саранцеву скрутила адская боль внизу живота.
  
Приемный покой и сама больница, как и доктор, не вызывали доверия, но звонить папе, который как раз в это время с какой-то малолеткой – моложе дочери – зависал на Сейшелах, Элина не стала. Как и ждать вертолета с бригадой спасателей после этого звонка.