Наследие. Часть 2
– На замок так же напали маги, – глухо ответил Илейни. – Маги и жрецы. Наверное, их было больше, раз замок пал.
Мужчины замолчали, пытаясь представить, как могло случиться так, что маги, смотревшие за драконами, не смогли остановить убийц. Еще осталась загадка: что прадед Риктора мог сказать жрецу, если из-за неосторожных слов вспыхнул пожар, пожравший почти весь род? Зачем было убивать драконов? Если догадки лордов верны, то именно они охраняли Побережье от возможного повторного вторжения. А после и вовсе уничтожили память, и теперь приходилось собирать по крупицам утерянные знания. Однако этот вопрос был не единственным.
– Я не понимаю! – вдруг воскликнул Рик. – Если Илейни идут от рода Риерских властителей, а они были магами, то куда девалась магия?! Пусть перегорел Валистар, когда создавал защиту от вторжения, но в его детях Сила должна была остаться! Были ли у него дети? Сколько? Как Илейнарии стали Илейни? Почему мы не одарены Силой предка? Я ведь должен быть стихийником, не так ли?
Дальгард почесал в затылке. Затем хмыкнул и взглянул на аниторна шальным взглядом.
– А если… – начал он, но тут же отмахнулся. – Да, ну-у… Это и вовсе ерунда.
– Говори, – велел Илейни жадно глядя на мага.
– Ну-у-у, – неуверенно протянул Тибод. – Если магия никуда не делась? Если она просто спит в вашей крови… Или… Огонь – это ведь одна из стихий, и драконы в драконниках вашего рода всегда были огненными. И твой Гор с огнем. Он развивается, как должно свободному дракону, как развивались все ваши драконы. Это все ерунда, конечно, я не понимаю, как это все может быть связано, но… это единственное объяснение, почему у ваших летунов всегда был огонь. Илейни как-то связаны с драконами, и ты со своим Гором отличный пример. Вы… вы, как стая, что ли. Гор – единственный дракон, кто не просто верен своему драконоправу. Я в жизни не видел, чтобы летун так трясся над человеком. Да и ты сам. Ты же понимаешь его, словно дракон говорит на человеческом языке.
– Мы просто близки, – пожал плечами Рик. – Гор всегда был моим другом, он был моей семьей.
– Вот именно! – воскликнул Дальгард. – Семья! Вы стая, Рик. Дракон ведет себя с тобой так, словно ты его сородич, словно ты… тоже дракон, только маленький. Очень маленький дракон, о котором он заботится, как более сильный в вашей стае. Я всю жизнь наблюдаю за ними, и нечто похожее видел. И будь ты сильней и крепче, в сравнении с драконом, он бы не заискивал, он бы навязал свою волю иначе, но, скорей всего, опасается причинить вред, потому просто закрывает дорогу, требует лететь на себе…
– Да, Гор с некоторых пор ведет себя, как нянька, – усмехнулся Илейни. – Гонит к Расу, если чувствует, что я болен. Бросился на поиски, когда я пропал. Он тогда тоже не хотел меня отпускать…
– Вот! – воскликнул Тибод. – Вот, о чем я и говорю! Вы чувствуете друг друга, словно между вами есть незримая связь! Вы, как дополнение друг друга. Ты направишь, он защитит. Твой разум, его сила…
– И женщина одна на двоих, – невесело усмехнулся Риктор и вдруг вскинул голову, глядя на Тибода. – Как ты думаешь, в этом может быть дело? Полюбил я, выбрал Гор…
Мужчины переглянулись и дружно отмахнулись:
– Ерунда.
– Но если и так, – все же отозвался Дальгард, – то мы хотя бы знаем, от чего отталкиваться. К тому же мы еще не сводили его с моей принцессой, когда у нее закончится гон. Вдруг…
– Почему бы и нет, – пожал плечами Рик и подавил новый зевок. – Идем-ка спать, а то мы так неизвестно до чего договоримся. Утром разум светлей.
– Ты прав, мой лорд, – улыбнулся Тибод, гася светлячки. – Только нужно все это спрятать.
– Разумеется, – усмехнулся Илейни, сворачивая карту и свитки.
Лорды разошлись по своим покоям, но Рик еще долго не мог заснуть, обдумывая все, что открылось им в этот вечер. Он ворочался с боку на бок, вспоминая предположение Дальгарда. Огонь-стихия, все драконы в драконниках Илейни был огненными. А что если и правда его предки как-то влияли на драконов? Ведь Гор – единственный, в ком огонь проснулся в свое время. Так может…
Аниторн поднялся с постели и прошелся по опочивальне, сдерживая порыв отправиться к Дальгарду и приказать вернуть серых драконов в драконники в его замке. Хотелось проверить, а вдруг! Вдруг проснется огонь, вдруг все они окажутся огненными после того, как вернутся в замок Илейни. Хотя… Сейчас один из серых был здесь. Тот, на ком прилетел Дальгард. Но огня нет.
Не выдержав, Риктор схватил парчовый халат, накинул на себя, затянул пояс и покинул покои. Стража, услышав шаги господина, вытянулась, усердно моргая, чтобы согнать дремоту, но лорд стремительно прошел мимо, не удостоив их взглядом. Он спустился вниз, вышел во двор и ненадолго остановился, чтобы охладить разгоряченное лицо. Затем растерянно посмотрел в сторону драконника, но тут же рассердился на себя за это мгновение слабости и продолжил путь.
Гор поднял голову, когда уловил приближение своего человека. Он фыркнул и сел, ожидая, когда тот войдет. Но стоило Рику пересечь ворота драконника, как великан уловил его волнение, это вызвало беспокойство. Гор заворчал и поднялся на лапы, готовый выведать, что тревожит его маленького собрата, но тот так и не дошел до своего любимца и свернул к серому дракону, безучастно взиравшему на лорда.
– Здравствуй, – сказал ему Рик и подошел ближе.
– Ар-р, – предостерег Гор, приближаясь к серому.
Чужак поднял голову и с удивлением взирал на человека, застывшего перед ним.
– Ты ведь не боишься меня? – спросил человек, и дракон удивился.
Такой маленький, а спрашивает о страхе. Разве не человеку положено бояться великана? Это они всегда трясутся и бегут, стоит дракону появиться в небе. Кричат, хлещут злой магией. И пусть хозяин серого ругал драконоводов за то, что те используют свое единственное оружие против могучих летунов, но они всегда держат под рукой накопители с нехорошей Силой, иногда делая больно, чтобы заставить слушаться. Хозяин этого не знает и не понимает драконов, когда они жалуются на своих обидчиков.
– Гр-р, – снова забеспокоился Гор.
– Не волнуйся, – ответил человек. – Я не обижу его, и он не тронет меня. Но ты можешь остаться рядом, если волнуешься.
– Пф.
– Конечно, разве мое слово указ для тебя, большой дракон, – ядовито ответил лорд.
– Пф-ф.
– Чванливая дылда.
– Ар-р. Пф.
– Ты заботишься обо мне, я знаю, – хмыкнул человек и потрепал по шее своего дракона.
– Ау-урф.
– Гор! – возмутился Рик. – Дай мне поговорить с Аскердом.
– Пф… пф.
Гор отвернулся и бухнулся на мощный зад, подняв облако пыли. Если бы мог, он бы, наверное, скрестил на груди передние лапы, показывая, что сделал все, что мог, и теперь глупый маленький дракон может вытворять, что ему угодно. Великан задрал нос, но глаз все-таки скосил, продолжая следить за тем, что происходит за его спиной. Рик усмехнулся, заметив, что за ним подсматривают, но вскоре полностью переключился на серого дракона. Тот привстал на передние лапы и внимательно следил за тем, как разговаривают черный дракон и лорд.
Черный волновался за человека, и это тоже было удивительно. Нет, они по-своему любили хозяина, но он появлялся, разговаривал с ними, гладил и вновь исчезал, а им не приходило в голову навязывать себя. Да и не нужно это было никому из серых драконов. Он ведь хозяин, а хозяин – не семья. Он тот, кто кормит, выгуливает, следит, чтобы были здоровы. А драконы платят за заботу тем, что слушаются, позволяют забираться себе на спину и управлять ими в небе. У них неплохой хозяин, злой магией почти никогда не пользовался, научив своих летунов понимать его знаки.
– Ты удивлен, мальчик, – странный человек подошел совсем близко и протянул руку.
Аскерд замер, не зная, как себя вести. Нарычать? Так угрозы он не чувствовал. И потом, если проявить агрессию, человек может ударить гадкой Силой. Дракон решил дать себя потрогать. Нужно просто потерпеть, а потом хозяин черного дракона уйдет. Аскерд превратился в изваяние и напряженно следил за тем, что делает мужчина.