Плывем за монстрами! (СИ)

Он пытался стащить визитку со стола, но я его предупредил, что посажу на безрыбную диету. И это на него повлияло даже похлеще прошлого ментального обращения.
Доехали мы до поместья в тишине. И чуть позже я проводил Акулыча до Обители.
— Ну, и что мне теперь делать, шеф? — прошипел он.
— Учись пока, узнавай новое, развивайся, — ответил я. — Всё просто. А это дело… ещё успеется, поверь.
  
Чуть позже я вернулся в дом, прошёл в детскую, переоделся в пижаму.
— Ну что там, Серёжа, — зашла в мою комнату маман. — Никого он не сожрал? А то твой папка только ржёт и непонятно, где он шутит, а где правду говорит.
— Уже разобрались, — ответил я. — Жертв нет, ущерб не нанесён. Всё? Могу ложиться спать?
— А, да, конечно, — спохватилась мама Наташа. — Спокойной ночи, Серёженька.
— Ага, и тебе спокойной ночечки, мамулечка, — не выдержал я. — Чмоки-чмоки…
Маман замерла, затем попробовала мой лоб.
— Показалось, что бредишь, — пробормотала она.
— Шучу я так, — хохотнул я в ответ.
— Ах-ха-ха, я так и поняла, — рассеянно засмеялась маман, и, поцеловала меня… ну да, конечно, а куда же ещё⁈ Чмокнула прямо в лоб. Как же я терпеть не могу эти ваши ритуалы.
— Доброй ночи, — ответил я совсем недобрым тоном, и маман вышла из помещения.
Ну это я так сказал, что спать буду. На самом деле у меня припасён виноградный сок и найденные в самом верхнем шкафчике кухни шоколадные батончики, которые мне любезно достал Рэмбо.
Предусмотрительно закрыв дверь на щеколду, я развалился в кресле, открыл пачку сока, глотнул и закинул в рот цельный батончик. М-м-м, с нугой, карамелью и лесными орехами. Очень неплохое сочетание вкусов.
Включил на интерактивной доске информационный канал. Магическая буря закончена… ура!.. да здравствует империя!.. на Камчатке маги воды и льда локализовали извержение вулкана… крутяк… ура!.. пойман квадробер, который терроризировал пенсионерок в Крылатском… бла-бла-бла… какой ужас и кошмар…
Всё это нафиг… Переключил на другой канал. Там как раз шёл какой-то треш. Три мухомора-мутанта били какого-то грибника корзинками. Я начал смеяться, и затем зажал рот. Блин, сейчас я весь дом так перебужу.
Ну вот… Раздался стук в дверь.
Я переключил на другой канал. Детский. Ну вот… Мультики. Также правильней на ваш взгляд? Верно?
Я открыл дверь и увидел на пороге обеспокоенного батю.
— Серёга, ты чего? — спросил он.
— Да мультик смешной, сейчас ложусь, — пообещал я.
— Ты не шуми, а то нам с мамой рано вставать, — ответил батя.
Ну да, я помню. На фабрику собрались, принимать какое-то крутое оборудование.
— Всё, ложусь, — кивнул я.
Батя ушёл, а я сделал тише. Доел конфеты, ещё немного посмотрел тот странный фильм. Выключил, когда толпа грибников и два медведя забаррикадировались в берлоге, спасаясь от нашествия мухоморов-мутантов. Бред…
Затем я добрёл до кровати и упал в подушку, засыпая в момент.
* * *
Поместье Смирновых, на следующее утро
Я проснулся позже обычного. Хотя даже не проснулся. Меня разбудили голоса, доносящиеся из открытого окна.
По ним я узнал Ираклия и Акулыча. Ну вот, опять начались какие-то разборки. Хотя вроде Акулыч был скорее растерян, чем агрессивен, что не скажешь про Ираклия. Я отправил змейку, а сам переоделся и направился к месту их беседы, наблюдая за их спектаклем. Пока всё спокойно, но если что — змейка подстрахует.
— … Я вам не про то говорю, — ответил Ираклий. — Вы чего пристаёте к моей невесте?
— Да я всего лишь предложил плотские утехи, — ответил Акулыч. — Не пойму, в чём проблема.
— Вы издеваетесь⁈ — выкрикнул Ираклий. — Я вызываю вас на дуэль! Какое оружие выбираете?
— Зубы, — оскалился Акулыч.
— Эй, господа, никаких дуэлей, — вмешался я. — Нам ты, Ираклий, нужен живой и здоровый.
— Я не вижу другого выхода, как объявить дуэль, — ответил Ираклий. — Он не понимает.
— Да что я такого сказал? — искренне возмутился Акулыч. — Ну доставил бы я ей удовольствие… это не помешало бы вашей свадьбе.
— Так, стоп! — вскрикнул я и повернулся к садовнику. — Сейчас я всё объясню. Акулыч ещё не знает, что в нашем мире такое недопустимо. Да, Акулыч?
— Да всё я знаю, — огорчённо махнул он рукой.
— Нет, не знаешь, — добавил я металла в голос. — Ираклий и Аннушка уже сложившаяся пара. Они встречаются. А ты вмешиваешься. Да ещё предлагаешь интимные услуги.
Акулыч обиженно засопел. Затем подумал и протянул руку:
— Ладно… извини, Ираклий, если обидел.
Садовник аккуратно пожал руку акулоиду.
— Вообще, у вас, человеков, идиотские правила, — ответил Акулыч. — Общество замкнутых необщительных особей. По парам ещё разбиваются… Так что, этим парам запрещено общаться с другими?
— Она — моя женщина, — процедил Ираклий.
— А ты чего, на неё документы оформил? — иронично усмехнулся Акулыч. — С какой стати она твоя? Вот, давай её позовём… и с кем она останется, с тем и будет заниматься плотскими утехами.
Ираклий покраснел, а я увидел, как Аннушка быстрым шагом идёт к нам.
— Выбирай, красотка, он или я, — повернулся к ней Акулыч.
— Да вы совсем сдурели! — вскрикнула она на Акулыча и подошла к садовнику, взяв его под ручку. — Конечно же, я с Ираклием.
Акулыч тут же покраснел, махнул рукой:
— Да ну вас! — он зашагал прочь. Затем обернулся: — Всего вам доброго и прекрасного!
Он, расстроенный, вышел со двора, но я догнал его.
— Ты куда собрался? — спросил я.
— Да не бойся, шеф, — обернулся он. — Не в бордель. К озеру иду. Просто надо подумать… и немного искупаться.
Я проводил взглядом акулоида и вернулся в дом. Ничего, привыкнет. Будем считать, что это период его акклиматизации в нашем человеческом мире.
* * *
Парк неподалёку от поместья Смирновых, спустя два часа.
На мой телефон пришло уже пятое сообщение за утро от Юленьки. Она требовала общения. Хотела встретиться и прогуляться в соседнем парке.
Пышки не было в этот момент в поместье, родители по-прежнему пропадали на фабрике. Поэтому я поехал на прогулку в сопровождении Игоря.
Мы встретились у входа.
— Приве-е-ет! — замахала мне Юленька, как только увидела меня. А она подросла, вытянулась, и уже не такая полная.
Будто даже загорела немного. С ней рядом стояла служанка, и тоже загорелая. Значит, все вместе ездили на море, точно.
— Привет, — ответил я, когда подошёл к воительнице. — Как дела?
— Да ты чего, как неродной, ну? — Юленька сделал рывок вперёд и обняла меня, затем чмокнула в щёку. — Я переживала о тебе… Смотрела новости и прям тревожилась.
Меня это немного задело. Мне ещё не хватало очередной охальщицы-плакальщицы. Хотя, скорее, Юленька сказала это с позиции подружки. Ну, я надеюсь на это.
— А ты на море отдыхала… Дай угадаю… на Чёрном, — улыбнулся я, когда мы пошли с ней под ручку по парку.
Слева от Юленьки — служанка, чуть позади нас — Игорь, внимательно осматривающий обстановку вокруг.
— Не угадал, — хихикнула бестия. — На Средиземном. Отец решил свозить в Грецию.
— Ну и как там? — хмыкнул я. — Ни разу там не был.
— Дохрена винограда, который я терпеть не могу, очень жарко и пипец как скучно, — вздохнула воительница. — Не то что у тебя. Линкор, разломы, чудовища, кишки и оторванные щупальцы… Красота.
— Я уже говорил тебе, что ты кровожадная маньячка?
— Сто раз…
— Ну это значит скажу в сто первый, — хмыкнул я. — Там было не так весело, как ты думаешь. Возможно ты бы даже испугалась и попросилась обратно домой.
— Да иди ты! — пихнула меня в плечо бестия. — Я ничего не боюсь…
— Юля, ты что⁈ — воскликнула служанка Апраксиной-младшей. — Веди себя, как леди.
— Леди в Лондоне, Ефросинья Львовна, — нахмурилась Юленька. — И вообще — не влезайте в наш личный разговор.