Плывем за монстрами! (СИ)
Чуть позже, когда мы вернулись на линкор, меня встретили родители и старички. Им я вкратце рассказал о нашем приключении.
А затем меня на видеосозвон вызвал император.
— Сергей, операция выполнена блестяще, — император не подавал вида, но по его сияющему взгляду я понимал, что Романов ликует. — Ни одной жертвы! Мне уже доложили, с какими трудностями вы столкнулись. Я, если честно, поражён эффективностью твоей и твоих питомцев.
— Благодарю, Ваше Величество, — ответил я. — А как зовут того волчонка. Которого мы спасли.
— Питомцам в лаборатории не дают имена. Лично его зовут — «объект 44».
— Ему нужно прозвище. Я предлагаю назвать Зевсом, — продолжил я, вспомнив одно из божеств этого мира. — Он очень лихо молниями управляет.
— Хорошо… — император был смущён моим предложением. Он согласился довольно нехотя. — Можем назвать его Зевсом.
— Он ведь живое существо? А у каждого живого существа должно быть имя, — подкрепил я свою просьбу.
— Да, в целом ты прав, — кивнул император. — В общем, ещё раз благодарю за отлично выполненную работу. Отдыхай, набирайся сил. И обязательно передай мне данные следующего разлома.
— Хорошо, Ваше Величество, — кивнул я. — После того, как рассчитаю, отправлю Николаю.
— Тогда до связи, — ответил Романов и отключился.
Я пошёл на палубу. Захотел проветрить голову и побыть наедине с мыслями. Там и застал Акулыча, который собирался нырять в воду.
— Шеф, а что будет с тем волчонком? — подскочил он ко мне. — Он точно в безопасности?
— Я буду следить за ним по мере возможности, — тихо ответил я. — У нас с ним временная связь. Её ни один прибор не сможет засечь.
— Ф-фух, прям от сердца отлегло, — Акулыч выпучил глаза и сделал забавный жест, прижимая обе руки к груди.
Будто Ларису Батьковну передразнивает, когда она находится в крайней степени охеревания.
— Это секретная разработка, и я не могу забрать Зевса, понимаешь? — объяснил я Акулыча.
Он сделал скорбное выражение лица:
— Жаль. Он мне очень понравился.
— У меня очень хорошо развита чуйка, — улыбнулся я.
— Чуйка? Что это? Магическая способность? — покосился на меня Акулыч.
— Вроде того, — засмеялся я. — Так вот эта чуйка мне подсказывает, что мы ещё с Зевсом встретимся.
— Это будет… кр-руто, — Акулыч довольно заблестел глазами. — Это будет очень круто!
А затем он разбежался и сиганул за борт.
* * *В пяти километрах от линкора «Непобедимый», в это же время.
— Надо подойти поближе — скомандовал Уильям, посматривая в перископ, который был замаскирован под акулий плавник.
— Сэр, наша субмарина может быть обнаружена, — появился перед ним взволнованный капитан. — Следует для начала проверить сонаром на скрытые ловушки и просматриваемые зоны.
Уильям вздохнул, закатив глаза. Они следуют за линкором две недели. И всё это время они следят за линкором. Фотографируют. Запечатлевают закрытие разломов. И босс молчит, как рыба.
Затем он услышал звонок по бортовому телефону и принял его.
— Да, босс… — вяло начал он, но затем его взгляд засиял. — Да, понял! Приступим сиюминутно!
Когда босс дал команду на запуск операции «Разгром», работа закипела. Уже через десять минут Уильям проводил инструктаж своей команде.
Решили, что удар следует нанести в самое слабое место, топливный отсек. Главное — сразу попасть в кристаллы. А те сдетонируют и… сделают остальную работу по затоплению самого мощного из военных кораблей Империи. А потом он подберёт и пацана, и питомцев, и даже, возможно, кого-то из офицеров линкора.
Главное, осталось связаться с группой прикрытия, которая находится на Османском побережье в районе Антальи.
Ещё через час томительного ожидания, Уильям аккуратно повернул перископ вверх, высматривая птицу.
— Готово! Питомец Даллас запущен! Ждём от него сбросы и начинаем!
Уильям и все остальные приникли к наблюдающим устройствам. Птица расправила крылья, паря в воздухе. Она медленно и величаво приближалась к «Непобедимому» и несла в своих лапах подарок. Очень огненный и громкий.
Глава 13
Через минут десять мы расположились на палубе. Я решил выгулять питомцев, а родители — понежиться на солнце. Старички: Евграфий Романович и Иннокентий Павлович, расположились неподалёку и принялись играть в шахматы.
Кузьма бодро скакал по палубе, Рэмбо прикорнул на крыше надстройки, Регина медленно вышагивала по краю борта, что-то вынюхивая. Акулыч, в свою очередь, принимал водные процедуры и в данный момент был вне зоны досягаемости. Змейку я поставил на страже. Она парила в воздухе, изучая обстановку вокруг линкора.
Сам линкор сейчас стоял на дрейфе. Мы никуда не спешили. Я уже определил, что ближайший разлом произойдёт через неделю, не раньше. Поэтому решили сделать сегодня перерыв.
Чуть позже спущусь в каюту и проведу все необходимые расчёты.
В данный момент я замер у борта. Смотрел на поблёскивающие в лучах солнца барашки волн. Ветер трепал волосы, посвистывая в ушах. Позади о чём-то начали спорить родители.
Ну а я был далеко отсюда. Всё там же, на острове Форт, который маячил вдалеке.
Из головы не выходила встреча с волчонком. У меня с этим зверьком очень быстро сформировалась связь. Он был не против, чтобы я стал его хозяином. Он мечтал вырваться из заточения, в которое его вновь вернули.
Он хотел почувствовать себя не очередным подопытным, «Объектом 44», а живым существом. Зевсом. Но… я не мог ему пока что дать этого. И волчонок обещал подождать.
Конечно, змейка мне передала то, что успела увидеть — Зевса определили в отдельное помещение, окружённое десятком защитных и маскирующих магических куполов. Но ровно в тот момент, когда он пересёк порог своего нового жилища, картинка пропала. Но пока мы рядом, я могу проверить состояние Зевса. Через связующую нить. Убедился, что он пока просто отдыхает, и успокоился.
— … И он такой говорит — а можно ли у вас попросить автограф… — раздался в стороне голос Евграфия Романовича, и маман захихикала. Старички уже сидели рядом с родителями, делясь своими историями.
Я вздохнул, запрокинул голову, увидев большое облако, чем-то смахивающее на огромную скорпикору. А потом засёк и раскинувшую крылья птицу. Хм… уже третий раз пролетает мимо.
На этот раз птица летела гораздо ниже, постепенно опускаясь всё ниже и приближаясь именно к нашему линкору.
Отправил змейку, которая подробней рассмотрела птичку. Орёл. Но что ему здесь нужно? Орлы для этой совсем нехарактерны, насколько я понимаю.
К тому же я разглядел нечто интересное. Груз, точней большой свёрток, который почти сливался на фоне оперенья птицы.
— Тоже это видишь? — услышал я тихий голос умника рядом. Он уже всматривался с помощью бинокля ввысь.
— Орёл, странно, — ответил я. — И что-то несёт в лапах.
— Так, сейчас… — засуетился Иннокентий Павлович, доставая из кармана брюк телефон. — У меня как раз был скачан архив по питомцам. Я уже обновил его. В имперском архиве мне дали дополнительную информацию.
Через полминуты умник озадаченно посмотрел в бинокль, затем всмотрелся вновь в экран телефона.
— Ну да, это магический питомец. Громовой орёл, — растерянно ответил старик. — Очень странно… Таких питомцев всего два в Российской империи. Один во Владивостоке, второй на Урале. Сюда бы они точно не долетели. Хотя… может, со стороны Османской империи припёрся… Что ты про лапы говорил?
— Он что-то держит в лапах, — повторил я.
Иннокентий Павлович удивлённо вытянул лицо, вновь всмотрелся в бинокль:
— Я ничего не вижу.
— Это точно, — резко ответил я. — Лапы держат какой-то серый груз, который, судя по всему, скрыт иллюзией.
— Змейка может проверить? — повернулся ко мне умник.
— Она уже это делает, — ответил я.
Астральная питомица между тем подобралась ближе, И орёл почувствовал чьё-то присутствие. Протяжно закричал.