Приемная дочь Бабы Яги (СИ)

— Отпускать, — невозмутимо сообщили ей.
— То есть как, отпускать? — озадачилась и даже немного растерялась Яга.
— А вот так, — ласково-ласково заявил Руслан и без усилий закинул от души взвизгнувшую Златославу в самый глубокий сугроб.
В сугроб Злата провалилась бы по самый пояс, если бы приземлилась стоя. Но так, как кинули ее довольно бесцеремонно, приземлилась Баба Яга на попу и завязла в снегу по уши. Долю мгновения девушка сидела не двигаясь и растеряно моргая, ровно до того момента, как набившийся в сапоги, рукава и за шиворот снег не принялся дружно таять. Подавив в себе ярое желание выругаться, Злата медленно поднялась на ноги и окинула взглядом поляну возле Избушки.
— Так, Василиска, пошли-ка домой! — поспешил в сторону крыльца Хмурич, бережно придерживая на руках ребенка, и мечтательно протянул. — Марфа, наверное, заклятье свое с вещей сняла, да пироги печет.
— Ага, у нее еще рыбка оставалась, — подтвердил Терентий, осторожно спрыгивая с ветки на плечо лешему, — она ушицу сделать собиралась, мур-р-р.
На поспешное отступление фамильяра и лешака вместе с малюткой, Златка глянула с удовлетворением и перевела уже недобрый взгляд на Змея Лиходольского. Руки девушки непроизвольно потянулись, загребли побольше снега и слепили внушительный снежный комок, который без каких-либо лишних слов полетел прямо в лицо Руслану. Ответа от княжича ждать долго не пришлось. Через полчаса перед взорами мирно трапезничающих домочадцев появились две фигуры, так густо облепленные снегом, даже чуточку покрывшимся корочкой льда, что Руслана и Златославу в них можно было узнать с трудом.
Обычно добродушная и заботливая домовушка, смерила прищуренным взглядом начавший таять снежок на сапожках двух вояк, после чего взяла веник и направилась к своей хозяюшке и ее родичу. Подойдя почти вплотную к ним, маленькая женщина с мрачным видом вручила Змею веник и выразительно указала обоим на дверь в сени. Ёжка и княжич слаженно переглянулись и со вздохом побрели назад, туда, откуда пришли.
Стоило только раздаться скрипу входной двери, как снаружи донеслись глухие удары и едва слышные возмущенные голоса: то Златки, то Руслана. Домовушка тоже времени не теряла, быстро вытерла тряпкой лужицы от растаявшего снега, повесила намокший половичок сушиться у печки и приготовила две пары домашней обуви. Когда Ягуся и княжич уже избавившиеся от лишнего снега и теперь вполне узнаваемые, снова появились на пороге кухни, то немедленно подверглись придирчивому осмотру Марфы. Под зорким взглядом домовой Ёжка и Змей чуть устыдились своей детской выходке, а когда она строго кивнула им, мол, раздевайтесь, давайте, с облегчением выдохнули.
Скоренько сняв промокшую почти насквозь обувь и верхнюю одежду, натянув домашнюю обувку, Златка с Русланом тихонечко, как мышки, проскользнули к столу, где их уже ждали плошки с наваристым супом, кружки горячего травяного взвара и еще дышащий жаром пирог. Ели молча и быстро под насмешливым взглядом Хмурича и сонным Василисы, Терентий же делал вид, что дремлет, но блеск зеленущего кошачьего взгляда, то и дело ловили на себе и Злата, и княжич.
— Теперь можно и о деле поговорить, — отставив от себя пустую кружку, проговорил Змей и подмигнул Бабе Яге. — У тебя, Ягусь, уже с Избушкой договориться получилось, а значит и времени терять более нельзя. Я сегодня же с дедом свяжусь и попрошу братишек к нам прислать с охранными камнями, потом с Яковом пообщаемся, он нам знаки обережные колдовские начертать обещался в том месте, где Избушка стоять будет, пора ему этим делом заняться. Ну, а нам следует решить, кто как до места добираться будет.
— До места добираться, — задумчиво повторила Златослава и обратилась к домовушке. — Марфушка, скажи, как тут было, пока я с Избушкой силы пробовала?
— На чердаке все волошбой прежних Яг пропитано, там вещам ничего не грозит. Не разобьются они, не сдвинутся, — отозвалась маленькая женщина, натирая глиняный бочок кувшина, — а здесь я своею силою все на местах держать смогу, вот только…, - Марфа задумчиво нахмурилась. — Как бы тебе объяснить, хозяюшка? Все что тут, внутри Избушки останется, застынет, будто мошка в янтаре. С людьми то же самое произойдет.
 
— Ясно, — кивнула словам домовушки Яга и, повернувшись к Змею, произнесла. — Значит, внутри Избушки нам передвигаться не получится, мне надобно будет ее направлять. Что я сделать смогу, ежели внутри буду, как мошка в янтаре? Ничего, вестимо. Вот Василису с собой мне брать не стоит. Не хватало еще ребенка на кочках болотных растрясти.
— Так, а я вам на что?! — почти обиженно вопросил парень. — Я Змей быстрый, домчу до места, моргнуть не успеешь!
— Ты это, давай-ка без твоего «домчу», — погрозила пальцем Баба Яга. — Ребенка мне на ветру застудишь еще, да образиной своей чешуйчатой напугаешь.
— Это у кого образина?! У меня?! — уже взаправду обиделся княжич Лиходольский. — Да меня еще ни один ребенок в змеиной шкуре не забоялся! И Василиска, будь спокойна, не забоится!
— Ладно! Ладно, верю, — поспешила успокоить родича Злата и со вздохом согласилась. — Мчи, только очень осторожно, а то, ежели что, я с тебя шкуру спущу и не посмотрю, что ты Змей и брат Зареслава.
— Не страшись, Златка, я буду очень осторожен, — без тени усмешки пообещал Руслан и подвел итог. — Решено значит, что ты с Избушкой будешь до места добираться, с тобой Хмурич останется, и кто-то из братиков подстрахует. На мне Василискина безопасность и тоже кто-то из братьев неподалеку будет. Колдуны на протяжении всего пути нас сопровождать будут, а Яков на месте станет дожидаться, чтобы помочь Избушку разместить, да купол зачаровать.
— Рень, ты со мной или с Русланом будешь? — обратилась к фамильяру девушка.
— Куда же я от тебя, Ягуся моя, денусь, — фыркнул кот и, зевнув, продолжил, — кто-то же должен за тобой присматривать.
— Вот и славно, — улыбнулась Ёжка, поднявшись из-за стола.
На том и порешили. Хмурич сразу же после этого разговор обратно в лес отправился, еще раз осмотреть решил полянку, куда вскоре переберется Избушка- на-Курьих-Ножках. Руслан, выудив из поясного кошеля кристалл, принялся с дедом связываться. А Златослава бережно покачивая заснувшую Василису, направилась в спальню, чтобы ее уложить в колыбель. Терентий последовал за своей подопечной, вознамерившись тоже вздремнуть.
Уложив ребенка, Ёжка засела за изучение заметок Яги Парфирьи, особенно ее заинтересовала та часть, где описывалось создание и обращение со ступой и помелом. Мысль о том, что она сама сможет когда-нибудь летать, не давала покоя непоседливой Бабке Ёжке. Она даже принялась прикидывать в уме, из какого дерева будет сделана ее ступа и метла, как вдруг неожиданно задумалась о том, кто эту ступу собственно делать будет. «Ничего, — с усмешкой подумала Ягуся, — у меня же вроде как муж имеется, вот пущай он и сладит мне ступу-то». Домыслив это, Злата прыснула в кулачок и стала листать ежкины заметки дальше.
Много чего любопытного нашла Баба Яга на страницах чужой книги. Узнала она о том, что ежели правильно попросить, то любой зверь али птица помочь смогут, трав ли каких собрать, орехами да ягодами поделиться, проследить за кем-то или проводить до нужного места. Да мало ли, что вообще Яге потребоваться могло! Так же наткнулась Ёжка на описание того, как клубочек путеводный создать можно и приписку о том, что волошба такая будет действенна только тогда, когда Баба Яга точно знает, где требуемое находиться должно. Обратится к Яге молодец какой в поисках меча волшебного, к примеру, так ей для того, чтобы ему клубочек путеводный справить, нужно четко знать, где меч тот сокрыт. Без этого никак. А чтобы узнать, где меч утаен, Яга сперва должна обряд поиска сотворить, а уж потом клубок чаровать.
 
Прочитав небольшую приписку после записей о клубке да обряде поиска, Злата долго не могла прекратить весело похихикивать. «Дабы не ронять в глазах люда простого славу нашу ягушенскую, надобно просителя от дум насущных отвлечь: накормить, напоить, в баньке попарить, да спать уложить, — гласила запись Яги Парфирьи. — Пока он всем этим занят будет, можно успеть и обряд поиска справить, и клубочек зачаровать, а самое важное, что никто не догадается, что Яга про его беду первый раз слышит. После этого люд уверен будет, что нет никаких тайн для Бабы Яги».