Приемная дочь Бабы Яги (СИ)
Пока Злата предавалась безрадостным думам глядя в окно на мужчин и покачивая Василису на руках, Змей переступил границу купола, пожал протянутую Яковом ладонь и принялся с ним что-то оживленно обсуждать. Разговор двух мужчин длился не долго, после него колдун протянул Руслану увесистую суму и большую корзину, покрытую вышитым полотенцем. Парень принял протянутое и, сказав что- то напоследок, видимо поблагодарив, развернулся и зашагал обратно к Избушке. Яков проводил его взглядом, накинул капюшон на голову и направился вглубь леса, быстро скрывшись за искрящимися на солнце сугробами.
Бросив последний взгляд в окно, Ягуся перевела взор свой на Василису, увлеченно мусолящую собственный кулачок так, что даже слюнки потекли, а на личике появилось до такой степени сосредоточенное выражение, которое могло бы вызвать улыбку на лице матери, но не вызвало. Ёжка нахмурилась, приподняла дочку и коснулась губами ее лобика. Кожа малышки была не намного, но теплее чем должна быть. Перевернув ребенка на спинку и осторожно убрав кулачок из ее ротика, Злата отметила, что и десна у девочки красные и припухшие. Похоже, первый зуб или даже зубы решили в ближайшее время прорезаться. Злата уже с месяц ожидала этого события, только приметив, как Василиса первый раз потянула в рот игрушку, и успела подготовиться. Среди множества книг по лекарству и целительству, Баба Яга нашла рецепты мазей и успокаивающих боль отваров специально для младенчиков, у которых зубки резаться начинают. Мазь уже давно готовая дожидалась этого момента в холодной части кладовой, а вот отвар следовало сделать как можно быстрее, потому что Ягуся словно чувствовала, как нарастает зудящая боль в деснах у ее малышки. Было ли это просто разыгравшееся материнское воображение, или ягушенское чутье, но действовать все равно следовало незамедлительно.
— Марфа, принимай подарочек! — радостно возвестил Руслан, вваливаясь на кухню вместе со своей поклажей.
— Ох, что такое?! — от неожиданности выронила вязание и всплеснула руками домовушка.
— Я провизию принес! — гордо сообщил парень и, заговорщицки подмигнув, вопросил.
— Я ли не добытчик?!
— Скоморох заезжий, вот ты кто, — насмешливо фыркнув, произнесла Златослава.
Молодой Змей ничуть не обиделся, а наоборот весело рассмеялся, поддерживая шутку, и принялся помогать Марфе разбирать припасы. Даже Терентий не удержался и, свесив мордочку с полати вниз, с интересом принялся разглядывать вынимаемые из мешка продукты, коих оказалось на удивление много. Да, сама Златка такое количество не смогла бы принести, а вот плечистому колдуну это не составило труда.
— Рыбкой пахнет, — закатив глаза, с придыханием произнес Реня, спрыгивая с печи и принявшись наворачивать круги возле мешка. — Мр-р-р, р-р-рыбка!
В ответ на кошачьи восторги, Руслан лишь улыбнулся и, следуя указаниям домовушки, собрал часть продуктов и понес в кладовую. Марфушка тем временем вынимала мешочки с крупами и сноровисто убирала их в кухонный шкаф. Терентий же и впрямь не ошибся, несколько свежих карасей, густо обваленных в крупной соли и плотно замотанные в кусок льняного полотна, обнаружились на самом дне мешка. Фамильяр было сунувшийся проверить рыбку на зубок, тут же получил по хребту скрученным полотенцем и поспешил удалиться обратно на печь, зализывать боевые раны и гордость. Пока кот обиженно что-то бубнил себе под нос, прячась от жестокости мира в лице воинственной домовушки за занавесями, Марфа принялась разбирать содержимое корзины, а Змей вернулся из кладовой и принялся снимать обувь и плащ.
— Ну, и где записка? — дождавшись, когда парень усядется на лавку, строго спросила Ягуся.
— Какая такая записка? — сделал удивленные глаза бесстыжий представитель рода Горынычей.
— Руслан, не стоит меня злить, — почти миролюбиво посоветовала ему девушка.
— Убоялся, — добродушно хмыкнул парень, доставая из-за пазухи аккуратно сложенный лист бумаги, словно бы впопыхах запечатанный сургучом, на котором оттиск печати Кощея вышел как-то кособоко.
Баба Яга забрала протянутое послание и попыталась вскрыть его одной рукой, другой же придерживая маленькую Василису. Печать сломать не удалось, а вот уронить письмо на пол очень даже. Ёжка выругалась сквозь зубы, потом покосилась на дочку, все еще увлеченно мусолящую кулак, а затем перевела выразительный взгляд на Змея. Руслан понимающе усмехнулся и забрал девочку. Злата, который раз про себя подивилась, как легко малышка привыкла к парню, будто и впрямь у кого-то родного на руках оказалась.
Нагнувшись и достав упавшее письмо, Златослава сломала печать его скрепляющую, развернула послание и принялась читать. Изящный витиеватый подчерк царя Белояжского складывался в следующие строки:
«Здравствуй, доченька! Пишу я тебе по причине сильного беспокойства за твою дальнейшую судьбу. Прибыв вчера вечером в Старые Сколки, я пообщался с тамошним старостой о делах, творящихся в округе, о проблемах да нуждах местных жителей, и рассказал мне он много любопытного. Сказывал он о том, что лешие и водяные порой шалить изволят, что домовые волнуются последнее время. А еще поведал он мне о странной девице, что травницей прикидывалась, но на самом деле явная ведьма. Говорит, что два года назад первый раз появилась в Сколках девка уж больно красивая и молодая, пришла продуктов купить, сказывала всем, что ученицей травнице приходится. Никто сказанному ею не удивился и все верили до поры до времени, а вот недавно вызвалась она сестру кузнеца местного лечит, да так это она чудно все делала, что кузнец неладное заподозрил. А уж когда девица заявила, что с лешим знакома, сразу парень сообразил, что не травница она, а самая настоящая ведьма. Решился кузнец всем доказать, кто такая на самом деле эта девица. Пошел он значит в лес, разыскал домик, в котором как он знал старуха травница жила, только оказалось, что в домике не живет никто уже давно, и само жилище уже развалилось почти. Не на шутку испугался кузнец, бросился назад в деревню да заплутал. К вечеру вышел он к костру, что двое охотников из Карповки разожгли, разговорился он с ними и поведали они ему любопытную историю о том, как на торгу какая-то девка-ведьма весь люд прокляла, а колдун заезжий проклятие снял. Вернувшись на утро в родную деревню, кузнец всем рассказал о своих догадка на счет девицы той, кто-то поверил, кто-то решил, что парень умом повредился, а кто-то считает, что не ведьма это была, а Баба Яга и потому бояться ее не следует, плохого не сотворит. Словом расходятся мнения людские, как тропки в лесу, и какая к чему приведет мне не ведомо, а посему прошу тебя, доченька, быть осторожнее.
Я же в свою очередь, чтобы народ успокоить, о судьбе дочери своей старосте поведал все то, что мы договорились рассказать. Теперь дело за тобой. Либо ты признаешься местным, что Бабой Ягой являешься. Либо жилище свое колдовское куда-нибудь на земли Лиходольские перемещаешь, там о тебе никто не знает, и все, что ты скажешь, сомнениям не предадут. Чтобы ты не выбрала, дочка, знай, я твое решение поддержу. Но мне бы конечно спокойнее было, если бы ты на землях Змея Горыныча жила, там Ёжек до сих пор любят и почитают, не сторонятся. У нас же, к моему глубокому сожалению, после Прямиславы Яг простой люд боится, и как бы от страха этого тебе какую обиду не учинил. Совсем уж большого зла тебе они не причинят, но напакостить могут. Как поступить решать тебе, Ёжка. На этом закончу. До встречи, надеюсь, что скорой!»
Дочитала Златослава и нахмурилась. Вот ведь как получается — не делай добра, не получишь зла! Она ведь от всей души хотела Фролу помочь и сестренку его вылечить, и со Стешой его горемычного свести. А что взамен получила?! Да, практически плевок в эту самую душу. Хотя сама виновата, можно сказать напросилась эту помощь оказать, теперь вот получай в ответ!
— Что такое, Ягуся моя? — прошелестел рядом с ухом голос Терентия.
Фамильяр отчетливо почувствовал обиду Бабки Ёжки и покинул свое теплое местечко на печи, чтобы выяснить, что же с подопечной творится. Запрыгнул на стол, потерся о плечо девушки лобастой головой, замурлыкал, успокаивая.