Стать настоящим (СИ)
Пернатый вздрогнул и открыл глаза. Уже наступило утро. Всё тело затекло, в дупле было неудобно. Поясницу по-прежнему тянуло, а в голове прокручивался только что увиденный сон. Вернее, не сон, конечно, - это было нечто другое, удивительное и при этом крайне полезное! Оно открывало возможности, о которых Пернатый и не подозревал: вероятно, сказывались неожиданные последствия пребывания в лаборатории Тигра - тот усилил его способности взаимодействовать с телами людей, заражённых иномирьем. Ладмиров был захвачен влиянием лучезара, а Овчинников - перьями, которые были частицами сущности самого Пернатого, что усугубляло и обостряло связь человека и иномирца.
Как чудесно! Он приободрился, мгновенно осознав, что появился реальный шанс стать незаметным и переждать, пока расстановка сил окончательно прояснится.
Вьюшко в ОКОПе наверняка расколют, - прикидывал Пернатый, размышляя над планом своих дальнейших действий, - и гипнолог выложит всё, что знает о Тигре и лаборатории. Вопрос в том, как быстро, используя полученную инфу, спецслужба найдёт красноглаза - тот ведь тоже не промах, хорошо умеет скрываться и маскироваться. Он будет продолжать подготовку переброса и, если успеет раньше, чем его выявит ОКОП, то передел мира будет уже не остановить! В этом случае, Пернатый явится к Тигру с повинной, объяснив, что был сильно ранен и не мог добраться до лаборатории раньше... или что-нибудь ещё наврёт убедительное, время подумать теперь есть! Ну, а если вдруг ОКОПовские опера ловчее окажутся, так, закрыв канал, получат мёртвое тело Николая Котова и на этом успокоятся, подумав, что Пернатого больше нет...
Этот день и следующий он провёл в охоте, а ночами залезал в дупло в обличье звероптицы и, засыпая, видел себя Ангелом, говорящим с Овчинниковым.
* * *
Проснувшись сегодня утром, Пернатый наконец почувствовал себя намного лучше, чем раньше. Запив сытный завтрак из двух птиц и трёх мышей водой из лужи, он поймал себя на мысли, что выбор Кузова и его приятелей, возжелавших бегать по лесу волками, не так уж и плох. Форма животного легко освобождала как от многих житейских проблем, так и от моральных мучений, вроде чувства вины или стыда.
Может, зря он не пошёл по такому простому и прямому пути? Возможно, вот только... Вот только любовь к Хищнице не оставила ему выбора. Без этой любви они бы не смогли открыть на Землю проход, и из-за неё же стали неспособными на существование в нормальной звериной форме... Хищница вообще отдала столько сил, что никак не могла интегрироваться ни с каким местным телом, а сам Пернатый мог, как выяснилось, обращаться только в 'лебедя с зубами', который вряд ли сумел бы затеряться и спокойно жить на этой планете. Нет! Стать настоящими в этом прекрасном трёхмерном мире они с Хищницей должны были в человеческом обличье - такими делала их сила взаимного чувства...
Однако всё вышло иначе, и назад уже не откатаешь, поэтому хватит ненужных дум и сожалений! Пернатый встряхнулся, отбрасывая прочь вдруг накатившую меланхолию, потом умылся и тщательно прополоскал пасть, смывая остатки мышиной крови: сегодня ему предстояла важная встреча, исход которой задавал дальнейшее направление всей его жизни! Перья сделали своё дело, постепенно подготовив Овчинникова к тому, что задумал Пернатый - прошлой ночью, в очередном сне об Ангеле, он в этом убедился, и теперь... дело близилось к развязке! Было отчего поволноваться...
Обратившись в Николая Котова, Пернатый осторожно ощупал свой копчик - эта рана, в отличие от остальных поверждений, выглядела ничуть не лучше, чем раньше: там явно не хватало ткани, словно кто-то вырвал небольшой кусок плоти, оставив глубокую, незаживающую ссадину. Поморщившись от боли, Котов оделся.
Встреча должна состояться прямо здесь, в лесопарке, но Пернатый не был уверен не только в её благоприятном исходе, но даже придёт ли Овчинников вообще - общение и договорённости, вполне ясные и конкретные во сне, наяву казалось такими зыбкими и ненадёжными! А вдруг, проснувшись сегодня, Борис Михайлович передумает? или расскажет кому-нибудь, а то и вовсе приведёт с собой свидетеля?!
Оставшееся до встречи время Пернатый промаялся в ожидании, напрягаясь от каждого шороха, пока наконец не увидел, как зашевелились кусты, и на всякий случай прыгнул за толстое дерево, чтобы не попасться на глаза, если это пришёл не Овчинников.
Но это был именно он. Пернатый осторожно выглянул из-за дерева как раз в тот момент, когда, отодвинув ветви кустов, Борис Михайлович остановился, растерянно озираясь вокруг. Сердце Пернатого радостно подпрыгнуло: Овчинников явно был один и на груди его, под одеждой, невидимый человеческому глазу, но доступный чутью иномирной сущности, цвёл бело-серебристым инеем круг. Сюда Борис Михайлович, по подсказке 'ангела', каждую ночь привязывал перья, и вот теперь они полностью ушли внутрь тела, подготовив почву для задуманного Пернатым.
- Здравствуй, Борис, - сказал он, выходя из-за дерева.
- Кто вы? - нахмурился Овчинников.
- Ангел, который говорил с тобой во сне.
- Ты совсем на него не похож! - Борис Михайлович попятился в кусты.
- Да я это, я! - торопливо скидывая одежду, заверил Пернатый. - Вот, смотри!
Обратившись в звероптицу, он двинулся к кустам: 'Вот, лебедь с зубами, видишь?' Но вместо слов раздался клёкот и, наверное, напугал замершего было в нерешительности Овчинникова - он отступил дальше, скрывшись в зарослях.
'Чёрт!' - Пернатый вновь обратился в Котова, чтобы иметь возможность говорить:
- Настоящее обличье Ангела можно видеть лишь во сне, Борис, а наяву я должен выглядеть обычным человеком!
- Нет, я не верю тебе! - раздался из-за кустов голос Овчинникова. - У Ангела было другое лицо! - послышались быстрые шаги прочь.
- Стой! - в панике крикнул Пернатый.
Так мог бы кричать человек посреди реки на тонком льду, увидев, что спасительный вертолёт вдруг подобрал верёвку и улетает прочь.
- Ты же обещал! Борис! Подожди!
Он бросился за Овчинником, проломился через кусты и, споткнувшись обо что-то, упал. А едва поднявшись, обнаружил, что кто-то крепко обхватил его сзади и приставил к горлу нож.
- Ангел предупреждал меня о таких, как ты, ушлых демонах! Он просил помощи, и я пришёл! Пусть ты можешь притвориться лебедем с зубами, но показать истинное обличье Ангела ты не в силах!
- Да я не демон! - в отчаянии воскликнул Пернатый. - Посмотри на мой копчик - там незаживающий след от выдранных тобой перьев!
Но Борис Михайлович не собирался попадаться на эту удочку и ослаблять захват.
- Что ты с ним сделал?! - взревел он 'демону' прямо в ухо. - Что ты сделал с моим Ангелом?
Птичник почувствовал, как острое лезвие впилось ему в шею и ноздри заполнил запах крови, как тогда, в заброшенном доме, когда он перерезал горло Тигру. Только теперь ровно то же происходило с самим Пернатым! Безумие! Нет!!