Стать настоящим (СИ)
- Гроза в начале мая - дело обычное, - заметил Димка, и, покосившись на собеседника, сменил тему:
- Слушай, Бластер, а как там Коса? а то я к ней только один раз заскочить и успел - сразу, как врачи разрешили...
- Ну, выздоровление идёт, динамика положительная, в общем, нормально!
- Что ж, отлично! - облегчённо выдохнул Мамонт. - Всё время вспоминаю, как её, окровавленную, уносили... таким виноватым себя чувствую!
- Брось! - отмахнулся Валера. - Это всё чёртов Вьюшко, при чём тут ты? Ты же не мог, как она, перекинуться, чтоб сменить восприятие!
- Вот потому и виноват... я не мог перекинуться, потому что отказался от форсированных исследований.
- Не ты один, - пожал плечами Валера. - К тому же, у тебя-то как раз были самые большие на то основания!
- Ты правда так считаешь?
- Ну да... а ты сам разве - нет?
- Не подумай, что я оправдываюсь, но тут дело не только в том, что у меня жена скоро родит... просто после того, как я... Виолу... вот чёрт! До сих пор не могу об этом!.. - Димка так вцепился в руль, словно машина была диким мустангом, ждущим любого маломальского послабления, чтобы вырваться.
Эту историю Валера узнал от Киры, когда только начал работать в ОКОПе: как Мамонт, прямо в метро, обратился в дикого пса и чуть не загрыз Виолу. Сумев выскользнуть из его когтей, она не стала стрелять из боевого пистолета а, истекая кровью, бегала по туннелям, получая раны и один за другим всаживая во взбесившегося зверя снотворные дротики, пока тот не отключился.
- У тебя замечательная жена, Мамонт! Не всем так везёт...
- Это правда, Бластер, - серьёзно ответил Димка, заметно расслабляясь, и немного подумав, сказал: - Мне вообще с напарницами везло - это я о том времени, когда ещё Коса за мной присматривала. Коса ведь тоже в тебя из боевого стрелять не стала!
- Да, - кивнул Валера. - Хоть и не знала совсем, вообще первый раз в жизни видела! что-то будто заставило... - так она потом сказала...
- Вот! - горячо воскликнул Димка. - Эти наши женщины... ведь быть бы нам с тобой трупами, Бластер, если б... чёрт! вот пока мы с тобой всё чего-то там думаем-соображаем, они - просто берут и делают! То, что считают правильным... Просто берут, на хрен, и делают!! Понимаешь?!
Бластер не очень-то понимал, но предпочёл молча кивнуть: это явно были какие-то личные 'тараканы' Мамонта, так что пусть погоняет их, если надо... Достав из кармана телефон, Валера снова набрал Пешкина - опять безрезультатно. Минут через пять они доехали до дома Антона Сергеевича. Дождь усилился, но ветер пока ещё был не слишком сильным.
- Погоди секунду, - выйдя из машины, сказал Валера. - Хочу птиц сюда подогнать на случай чего.
- Давай, - одобрил Мамонт, заходя в подъезд.
Наладив контакт с несколькими воронами, Валера последовал за ним.
- Подожди, - вдруг остановил он Димку, уже протянувшего руку к звонку.
- Почему?
- Сам не знаю... - растерялся Валера. - Предчувствие?..
Прикинув расположение окон, он направил к ним ворон, чтобы попытаться заглянуть внутрь, а Мамонт тем временем прислонил ухо к двери и какое-то время прислушивался.
- Тихо вроде, - сообщил он, выпрямляясь, и осторожно надавил на ручку: - Заперто. А дверь - железная, быстро не вломиться!
- Шторы задёрнуты, но внутри горит свет, - сказал Валера, прежде чем его вдруг накрыло, как в тот раз, когда Серый привёл их с Кирой к бывшим Дусам. - Пернатый! - прошептал он, борясь с пробивавшей тело огненной молнией - предвестником спонтанной трансформации. - Пернатый перекинулся в звериную форму - я его чувствую!
Мамонт нажал кнопку звонка: прозвучал мелодичный перелив, затем снова воцарилась тишина. Впускать гостей никто не спешил.
- Да откуда же здесь, на другом конце города, взяться Пернатому, если он в системе так и не засветился? - удивился Димка, снова давя на кнопку звонка. - Может, это ты так перья чувствуешь?
- Нет, - покачал головой Валера. - Пернатый где-то тут, совсем близко... чёрт... на улице уже ветер и дождь, придётся отпустить ворон.
Позвонив ещё раз, Мамонт заорал, колотя в дверь кулаком:
- Откройте, полиция!
Из квартиры послышался громкий шорох и стук.
- Он удирает! - Валера ринулся вниз, на ходу сбрасывая одежду.
Распахнув подъездное окно, он дал, наконец, огненной молнии полную волю. На лестничную клетку ворвался ветер и брызги воды, на подоконник упали джинсы, а за ними, глухо стукнув о раму, вниз, во двор, полетели ботинки.
Огромная бело-дымчатая птица вымахнула из растворённого настежь окна квартиры и взвилась в тёмное небо, уходя вертикально вверх, а следом, стремительной спиралью рассекая капли дождя, рванулся ввысь Чёрный ястреб.
* * *
Дождь усиливался, пытаясь промочить перья, но они пока держались, отвергая влагу, словно водонепроницаемый плащ, а вот с крепчавшим каждую минуту ветром дело обстояло гораздо хуже. Резкие порывы бросались на крылья, словно голодные собаки на кости, стремясь сломать, перекрутить и уже обглоданными бросить на землю. Блеснула молния, за ней ещё, воздух сотрясли громовые раскаты. Удивляться, как и почему 'лебедь с зубами' вдруг превратился в огромную бело-дымчатую хищную птицу, было некогда. Чёрному ястребу приходилось замысловато маневрировать, уклоняясь от нападок злобных вихрей. Вороны, не говоря уже о мелких птахах, давно попрятались в укрытия: летать в такую погоду, да ещё и в темноте, других дураков, кроме двух чокнутых оборотней, не нашлось. И хотя обе птицы были крупными и сильными, белый хищник по размерам явно превосходил ястреба. За несколько взмахов набрав скорость, огромная светлая птица упрямо неслась вперёд, рассекая дождь, точно атомная подлодка - океан. Снова ударила молния, ярко высветив могучие, длинные и острые крылья - они работали как заведённые. И почти сразу прогремел гром, гораздо ближе, чем в предыдущий раз, так что все внутренности сотряслись и ухнули куда-то вниз, на долю секунды сбив ястреба с курса. Он быстро выправился, но понял, что отстаёт, и попытался прибавить ходу. Дождь усилился и лететь стало ещё труднее, расстояние между птицами увеличивалось, а ястреб не мог ничего поделать! Он чувствовал, что его главные преимущества перед массивным светлым хищником - это большая ловкость и маневренность, но здесь, над домами, на открытом всем ветрам пространстве, они совсем не имели значения! Резкий порыв ветра чуть не смял ястреба, заставив бешено работать всем телом, чтобы удержаться в воздухе. 'Господи, помоги! Я не могу, я не должен его упустить!! Пожалуйста!!!'