Стать настоящим (СИ)
Предыдущие несколько дней форсированных - теперь уже не исследований, а тренировок - сделали своё дело, и Кира, под руководством Валеры, научилась, наконец, держать своё перевоплощение под контролем, причём вчерашний опыт только ещё лучше подкрепил наработанное.
От трансформаций напарников научники давно уже были в полном восторге, заставляя их без конца проходить различные тесты, осмотры, сдавать анализы и подвергаться разнообразным диагностическим процедурам как в человеческом, так и в зверином облике, ибо, в отличие от перевёртышей, совершённых подселенцами, эти метаморфозы не выводили из строя аппаратуру. Да, открытая кем-то дыра в иномирье, безусловно, способствовало процессу, но это было сродни действию изливавшейся в своё время в Московское метро 'паутины', которая там постоянно, но пассивно 'клубилась', никак не влияя на работу смартфонов и других средств связи. Камеры и прочая цифровая техника отказывали, только когда иномирные сущности начинали проявлять в нашем мире активность и вступать с ним в живое взаимодействие, а в случае Киры с Валерой всё делалось исключительно силами человеческого организма, без всяких подселенцев, и это для 'зоосадовских' учёных стало настоящим праздником.
Лунная рысь и Чёрный ястреб - так прозвал их врач Сергей, один из лучших научников надзирателей и неисправимый романтик в душе. 'Лунная' - потому что шерсть перекинувшейся Киры сильно отливала серебром, совсем нехарактерным для этого, живущего в российских лесах, вида хищников семейства кошачьих. В остальном оборотень, с чёрными пятнышками на шубе, кисточками на ушах, большими, широко расставленными глазами и лапами-лыжами выглядел вполне по-рысиному, разве что размером был больше, да и сила тоже превышала возможности натурального животного.
Но если Киру, при желании, ещё можно было принять за обыкновенную, только очень крупную рысь, то, увидев Валеру, ни один человек не подумал бы, что это простая птица, ибо для ястреба-тетеревятника он был невероятно огромен. Крылья, больше трёх метров каждое, в раскрытом состоянии просто поражали воображение, а тело при трансформации становилось маленьким, как у ребёнка, - от силы килограмм двадцать. Однако если не брать в расчёт размеры и слишком тёмный даже для чёрного ястреба цвет, то крепкий, загнутый клюв, большие глаза, мощные когтистые лапы, пропорции, расположение перьев - всё выглядело так же, как у этого вида хищных птиц.
То есть, даже умея выбирать способ существования собственной материи, организмы бывших выдр не трансформировались в каких-то неизвестных науке монстров, а приобретали форму всем хорошо знакомых животных. Некоторая свобода проявлялась только в окрасе и размерах, да и то, как считали научники, только чтобы задействовать всё имеющееся в телах вещество - оно ведь не могло во время превращения просто растворяться где-то в воздухе, а потом, при обратной метаморфозе конденсироваться обратно. Взвешивания и замеры полностью подтверждали вывод насчёт размеров, а насчёт нехарактерного окраса никто особо не задумывался, ибо пока было не до того. Других, гораздо более насущных и интереснейших загадок в работе тела и мозга оборотней оказалось столько, что дай спецам волю, они бы вообще Лунную рысь и Чёрного ястреба из лаборатории никогда не выпустили.
К счастью, у напарников был Арбоканов и служба в оперативном отделе ФСБ, так что в 'зоосад' они являлись всего на час-два в день, занимаясь в остальное время своими делами.
Наконец, после того как научники и сами подопытные сочли, что вполне освоились с перевоплощениями, а именно сегодня, Кира с Валерой направились в Подмосковный лес, в то самое место, где Ксенофонтова покусала волчица, чтобы попытаться, используя новые возможности собственных тел и опыт, приобретённый при столкновении с иномирными сущностями, взять след стаи. Схватка с чужаками возле старого дома оставила в памяти чёткий образ новых подселенцев и здорово обострило чутье на их присутствие, поэтому теперь напарники были абсолютно уверены, что смогут засечь, в какой части леса скрываются волки.
Поскольку Арбоканову пока не удалось добиться от высшего руководства возрождения ОКОПа, а форсированные исследования всё ещё велись фактически под его персональную ответственность, он предпочёл отправиться вместе с подчинёнными, чтобы лично проследить за поисками. С ними поехал и врач Сергей с двумя чемоданами, набитыми препаратами и переносной медицинской аппаратурой - на случай непредвиденных осложнений.
- Крюков, - позвал Арбоканов, когда вся команда, кроме оставшегося в машине водителя, миновала еловый перелесок, направляясь к месту нападения на Ксенофонтова. - Ты можешь использовать местных птиц в своих целях?
- Могу, пока не перекинулся, - ответил Валера, - а потом... не знаю, вряд ли...
- Потом не надо, - кивнул начальник. - Надо прямо сейчас. Вернее, когда окажемся в отправной точке поисков.
Пройдя поляну, на которой под весенним солнышком уже пробивалась трава, они вышли к берёзе, возле которой на Ксенофонтова напала волчица.
- Здесь! - сверяясь со своим планшетом, заявил Аркан. - Сущностей, кстати, поблизости нет, раз эта штука работает, - покачал он гаджетом. - Ну, да ладно... Начинать всё равно будете отсюда, так что я хочу, чтобы ты, Крюков, посмотрел, не бродят ли где-нибудь поблизости случайные граждане.
- А-а! - оживился Валера. - Понял! Сделаю...
Он развёл руки в стороны и стал медленно и плавно поворачиваться вокруг своей оси. С ближайших деревьев стали срываться пичуги и веерами разлетаться по лесу. Сделав полный оборот, повелитель птах неподвижно замер. Все молча ждали, что будет дальше. Сергей, уже открывший один из чемоданов, выхватил оттуда какой-то прибор и аж подскакивал от нетерпения, с восторгом поглядывая на Валеру.
- Ну, докуда я могу чувствовать сразу со всеми контакт, людей нет, - минут через десять сообщил тот. - Волков, впрочем, я тоже не видел.
- А до куда ты чувствуешь контакт? - поинтересовался Арбоканов. - Желательно в метрах.
- Честно говоря, мне трудно сказать, но... наверное, километр максимум... Нет, в принципе, я могу, конечно, установить с птицей контакт и за сорок километров, если она одна и мне знакома, но когда их много, все летят в разные стороны и число их без конца прибавляется, охватывая все большее и большее пространство, - отслеживать столько полей зрения одновременно крайне затруднительно.
- Пал Михалыч, пожалуйста, это же энергии жрёт не меряно! - вклинилась Кира. - Мы когда с воронами за Китом по всей Москве катались, Бластер в больнице оказался!
- Там был путаный слабый след, - успокоил её Валера, расплываясь в такой блаженной улыбке, словно его только что по радио объявили лучшим человеком на Земле, - вот как приятна была ему забота напарницы. - Это совсем другое, гораздо сложнее.
- То есть там требовалось отслеживать не только поля зрения? - заинтересовался Сергей.
- Отставить болтовню! - рявкнул на него Аркан и, подняв бровь, посмотрел на Валеру: - Крюков, ты перетрудился?
- Никак нет, товарищ полковник!
- Тогда я ещё раз повторю то, что говорил вам в конторе: на рожон не лезть, в стаю не соваться! Почувствовали присутствие волков поблизости, запомнили, где это, - и сразу назад, до того места, где передатчик пискнет, что есть связь, там ждёте нас, понятно?