"Фантастика 2024-154". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

Я покрутил шампуры и пошёл в дом. Дети спят, в комнате темнеет, скоро придёт ночь, но сперва будет царствовать вечер…
– Это хороший день, мужики! – сказал Сеня, раскладывая мясо по тарелкам. Столик решили организовать прямо во дворе. Полная кастрюля окрошки ждёт, ведь мы так и не поели. – Сегодня нам довелось совершить очень доброе дело, побольше бы таких дней. Спасибо тебе, Руслан!
  
Я улыбнулся. Пашка решил спросить:
– Может отметим? Пятьдесят грамм не навредят…
Сеня нахмурился. Я ответил:
– Не пью.
– Помню, – кивнул Пашка.
– Я бы выпил, – сказал Сеня и рассмеялся. – Но пьяный вам точно не понравлюсь, шибко буйный становлюсь. Да и кодировка, в запой могу уйти…
Теперь засмеялись я и Пашка. Сеня дождался тишины, поднял стакан с минералкой, и сказал короткий тост:
– За хороший день, мужики!
Выпили чисто символически, минералку.
– Мужики, не против если я сегодня не буду ничего рассказывать? – спросил Пашка. – Новости у меня всякие, есть хорошие, но есть и плохие.
Я кивнул:
– Не против.
– Не против, – поддержал Сеня. – Не будем портить этот день плохими новостями, но и хорошие оставим на завтра, сегодня просто отдыхаем…
Мы ели мясо, свежие овощи и зелень, которые удалось найти в огородах. Ну и, конечно, окрошку. Разговор был лёгким, темы душевными. Что сделало этот день таким прекрасным? Ответ прост, его таким сделали дети. В полночь, заступив дежурить, я чувствовал себя героем. И вправду, побольше бы таких дней!
* * *
– Маша, – осторожно ответила девчушка, хлопая ярко-синими, большущими глазёнками. Вырастит, пацаны за ней табунами будут бегать.
Я улыбнулся:
– А братишку как звать?
– Миша.
– Маша и Миша, классно звучит!
Мальчишка пока не проснулся, но уже хорошо видно, что вчерашний серый цвет лица сменился на более здоровый розоватый.
– Машенька, кушать будешь? – Сеня вошёл в комнату, держа в руках журнальный столик с едой словно невесомый поднос.
Маша кивнула, а затем, посмотрев на братишку, заревела. Успокоить получилось не сразу, но всё-таки получилось. С полным ртом куриного бульона не поревёшь, Арсений любит быть непредсказуемым.
– Миша не говорит… – смогла сказать Маша, успев проглотить бульон и ловко увернувшись от следующей ложки, которую уже приготовил Сеня. – Замолчал, когда мама…
На глазах Маши вновь появились слёзы. Сеня нахмурился и немного грозно сказал:
– Отставить нюни. Вот когда съешь тарелку бульона, тогда плачь, хоть весь день это делай!
– Тарелку кушать не буду! – развеселилась Маша и решила забрать у Арсения ложку.
Кажется, у неё наконец-то проснулся аппетит. Поев, она уснула. Сон лучшее лекарство.
– Что думаем? – спросил я.
Пашка пожал плечами и покосился на Арсения.
– А я что? – возмутился тот. – Я как вы, но одно могу сказать точно, детей нужно пристраивать в надёжное место. На многое готов, но уже сейчас говорю, что риск точно не оправдан, ведь мы на неприятности падкие, или они на нас, так что детишек с собой таскать не вариант.
– Да, – согласился я. – Неприятности любят нас, поэтому предлагаю найти убежище и оставить детишек там.
Сеня ухмыльнулся:
– Одно надёжное убежище нам известно, да, Пашка?
Ответом стал утвердительный кивок.
– Далеко отсюда? – спросил я.
– Ближайшее в двух сотнях.
– Их несколько?
– Да, в трёх успел побывать.
– Наши где? – спросил Сеня. – И в каком твоя семья?
Подумав секунду, Пашка ответил:
– В одном все, двести километров до него почти, туда и поедем. Моя за детишками точно присмотрит, но есть один минус, вам в убежище соваться не стоит, по дороге объясню почему.
– Хорошо, – кивнул Сеня. – Не стоит, так не стоит. Всё решили? Всё! Можем приступать к сборам. Через час выезжаем…
* * *
Снова дорога. Путь лежит куда-то под Самару, в убежище, в котором нам не стоит появляться.
Два внедорожника, какими бы они не были красивыми и мощными, пришлось сменить на более вместительный корейский микроавтобус. Тонированные окна большой плюс, желающих позарится на лёгкую добычу будет меньше. Как ни странно, но это работает даже в апокалипсис. И, что тоже не странно, любителей лёгкой наживы по-прежнему много, их теперь даже больше, чем было в нормальное время.
Детей разместили на разложенных креслах в задней части. Просыпаются они редко и только по причине естественных потребностей. Сеня сел за руль, я и Пашка расположились на широком диване прямо за водительским креслом.
Прошёл час пути, средняя скорость не выше сорока километров в час. Пашка задремал еще до выезда на трассу «М5» и просыпаться явно не собирается. Сеня в который раз спросил:
– И сейчас спит?
– Да, – негромко ответил я. Уже шестой раз ответил.
– Блин, да пихни ты его, он всю ночь спал, не дежурил, и сейчас наглеет. Психану, за руль сядет, будет баранку крутить и слушать мои поучения, как правильно ездить нужно.
– С удовольствием… – не открывая глаз пробормотал Пашка.
Быть водителем у нас своего рода привилегия. Крутить руль и нажимать на педали всяко лучше, чем просто сидеть и ждать. Арсений высунулся из-за сиденья, скосил довольную рожу и сказал:
– Я не против. Меняемся?
– Нет, – замотал головой Пашка. – Давай как-нибудь сам, Сеня. Как говорится, взялся за гуж – не говори, что не дюж.
Сеня промолчал. «Привилегия» управлять автомобилем у него не спроста, и дело тут не в навыках. Ехать по пустой дороге, объезжать редкие брошенные автомобили, еще более редкие заторы, и не наезжать на зараженных сможет даже дурак. Ни я, ни Пашка, не хотим за руль по одной причине, и эта причина сейчас сидит именно за рулём. Комментирование, жесткое и беспощадное, вот что нас ждёт, если Сеня станет пассажиром. Начиная от скоростного режима и закачивая включением передач, всё будет неправильным. Арсению сложно угодить, а точнее – невозможно!
– Руслан, тогда может ты сядешь? – спросил Сеня и глянул с надеждой.
– Нет, мне прошлого раза хватило.
– Обещаю не… – начал Сеня, но окончательно проснувшийся Пашка его перебил:
– Проходили, знаем мы твоё «обещаю», Сень, так что закрыли тему.
– Хорошо. Но есть другая тема, помнится мне, кто-то обещал нам новости. Услышим мы их сегодня или снова найдётся причина для молчания?
– Хочешь сказать, что я отлынивал от разговора?
– Ага, именно это происходит раз за разом.
– Я не отлынивал.
– Паша, ты отлынивал.
– Сеня, я не отлынивал.
– Паша.
– Сеня.
Я решил остановить пререкания:
– Хватит, мужики, детей разбудите.
– Пусть просыпаются, – буркнул Пашка. – Остановимся и устроим короткий перекус, подкрепиться не помешает.
– Всего час едем, – сказал Сеня. – Паша, ты снова ищешь причину уйти от разговора?
– Задрали! Не ухожу я от разговора, просто жрать хочу…
Остановились в поле, съехали на старую дорогу, отдалились от шоссе на пару километров, и устроили короткий привал. Будить детей не стали, накормить их можно и в пути.
– Начнёшь? – спросил Сеня, ловко взрывая третью банку тушёнки ножом и при этом пристально глядя на Пашку. – Или снова найдёшь причину?
– Не буду. – Пашка взял тушёнку. Понюхав, поморщился и пробурчал: – Со времён армейки ненавижу её.
– Смотри у меня! – Сеня погрозил ему пальцем. – Хочешь не хочешь, но говорить я тебя заставлю.
– Резать будешь?
– Это не самое худшее, – улыбнулся я. – Поверь, Сеня может заставить говорить даже немого
Посмеялись. Пашка выдохнул и начал:
– Первое, что хочу сказать – в мире творится полная жопа!
Сеня усмехнулся, показал на Пашку пальцем и, строго посмотрев на меня, спросил:
  
– Давно ты его знаешь? Родственников среди депутатов не было? В политике не замешан?
– Блин, да что не так-то? – возмутился Пашка.
– Всё не так, Паша! Ты говори по существу, не нужно нам о глобальном рассказывать. То, что в мире жопа творится, мы и без тебя заметили.