"Фантастика 2024-154". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

– Получается пистолет бессмыслен? – сник я.
Деймос несколько раз кивнул. Его взгляд остался безразличным и невидящим.
– Наша главная цель – не Зефон? – тихо спросил Никита.
– Ишим – только он является главной целью. – ответил Деймос, и подумав, добавил: – Не бойтесь, парни, я не так прост. Зефон не одолеет меня. Ишим – возможно. Но прежде чем сдохнуть, я просто обязан убить дюжину пернатых тварей.
  
Деймос осторожно забрал мой пистолет и сунул себе за пазуху.
– Это оружие бессмысленно в твоих руках. – сказал он. – В моих все будет по-другому. Люцифер это знал. Спасибо ему.
Он взял из рук Никиты его пистолет и протянул мне. Подмигнув, сказал:
– Ты знаешь, что делать. Чуточку хитрости нам не помешает.
Я довольно оскалился и спрятал оружие в кобуру. Хитрость – вот наше главное оружие. Ангелы не ждут подвоха. Они надеются на свои способности. Мы обманем их. Ценой обмана может стать моя жизнь…
Как зачарованный я побрел к выходу на крышу. Все изменилось. Я понял свою роль. Она проста и неказиста. Я – пешка. Связывающее звено. Главное оружие – Деймос. Игрок – Люцифер. В этой партии мне не выжить.
Деймос догнал меня и положил руку на плечи.
– Чувствую, что ты догадался, – сказал он. – Не бойся. Есть шансы. Возможно, что Зефон не захочет убивать тебя.
Я сбросил руку Деймоса с плеч и сказал:
– Не оправдывайся, Нефилим. Тебе это не идёт…
Крыша небоскреба. Высоко…
Сильный ветер радует прохладой. На небе не единого облачка. Голубое покрывало с висящей в середине лампочкой-солнцем, которое не щадит и качественно прожаривает. О дожде остается только мечтать…
Самое высокое здание города. Справа, в нескольких километрах от нас, тянется к небу великая «Родина-Мать». Слева, у подножия, вальяжно течет страдалица Волга. Ее воды сильно загрязнены. Люди целенаправленно убивают ее…
Мы стоим на крыше. Троица. Слишком похожие внешне. И слишком разные внутри.
Я – капитан разведки, что подневольно оказался в гуще событий. Никита – молодой писатель, никому ничем не обязанный и присутствующий здесь по собственной воле. Деймос – Нефилим, наполовину ангел, наполовину человек. Тот, кто ненавидит и ангелов, и людей. Тот, кто добровольно идет на смерть…
Я тоже иду на смерть… Или не иду. Я стою и жду ее. Стою молча. Не разговариваю. В словах нет смысла. И нет смысла пытаться избежать смерти. Мне не выйти из этого здания. Причин много и все они сводятся к одному: всем нам придется погибнуть…
Моя задача проста – выстрелить в ангела из обычного оружия. Но не просто выстрелить. Нужно поверить. Поверить в то, что мои выстрелы убьют его. Моя вера заставит поверить ангела. Он должен поверить. Потому что настоящее оружие будет в руках Деймоса…
Я выстрелю. Уже решил. Нет смысла что-то менять. Как говорил дед – коней на переправе не меняют. Он был прав. Возможно вскоре я встречусь с ним…
Чего я хотел и что получил?
Я думал, что все происходящее имеет важность. Я думал, что моя роль в происходящем очень высока. Я думал о многом. Но все оказалось проще.
Я – пешка. Игра Люцифера идет на разных уровнях. Таких как я, Никита и Деймос у него тысячи. И у каждого своя роль. Не стоило тонуть в иллюзиях. Правда всегда проще и больнее. Правда некрасива. Ей разрешено быть такой…
– Погодка хорошая… – нарушил молчание Никита. – Сейчас бы на море… Холодненького пивасика, шезлонг и красивых девчонок…
Дверь, ведущая на крышу, бесшумно отворилась. Пожилой, но крепкий мужчина, вальяжно вышел и посмотрел в небо. На вид ему можно дать около семидесяти. Седые волосы и уставшие голубые глаза. В молодости он был очень крепким. Годы, если сравнивать его с обычным человеческим возрастом, не пощадили тело. Убавилось ширины в плечах, рост стал незначительно, но меньше. Но мужчина по-прежнему сохранил силу. Именно мужчина, а не старик.
– Здравствуй, Деймос, – поздоровался пришедший, медленно двигаясь в нашу сторону.
– Приветствую тебя, Зефон, – ответил Нефилим.
Они встали друг напротив друг друга и несколько секунд молчали, словно оценивая друг друга.
– Ты силен, Деймос, – первым заговорил Зефон. – Но этого недостаточно. Ты знаешь, я неспроста ношу звание боевого ангела. Победа над Авираэлем ничего не значит. Честно, посылая его за тобой я ставил на твою победу. Зазнавшийся ангелок давно сидел у меня поперёк горла. Спасибо за оказанную услугу.
– Где былые формы? – спросил Деймос, проигнорировав благодарность. – Восемьдесят лет назад ты был молод и крепок. Я чего-то не знаю? Кто загнал тебя в старое тело?
– Есть вещи которые не дано знать даже Нефилиму. – ответил Зефон и вспомнив что-то, изменился в лице. Он сморщился, словно попробовал что-то очень невкусное. То, что хочется выплюнуть, но вкус все равно останется на языке и пока не прополощешь рот, не уйдет.
– Ты помнишь каким я был? – спросил Зефон.
– Молодой сильный ангел, который не боялся ничего и никого. Один из лучших. Тот, кто редко ошибался и всегда опережал соперников на два хода вперед. Михаил не зря держал тебя рядом с собой. Пусть в сравнении с его деяниями твои выглядели жалкими, но другим, равным тебе по силе ангелам, подобное и не снилось. – рассказал Деймос.
– Еще я был грозой демонов. – добавил Зефон. – Хотя именно в этом деле я так и остался лучшим из лучших. Они по-прежнему дрожат при одном упоминании моего имени. За исключением высших демонов, естественно. Астарот, Вельзевул и Аббадон никогда не боялись меня.
– Кто? – спросил Деймос со сталью в голосе.
– Михаил, – спокойно ответил Зефон. – Тело в котором я нахожусь – плата за ошибку. Мне никогда не быть молодым и красивым. Это навсегда. Плата за ошибку.
– Что такого ты натворил? – спросил Деймос, приблизившись к ангелу на шаг. – Путался стать архангелом? Наводил смуту? Что ты сделал?
– Я вызвал Люцифера на поединок, – с дрожью в голосе ответил Зефон. – И он пришел.
– И? – с долей нетерпения спросил Деймос. Я посмотрел на Никиту и понял, что более всех нетерпение одолевает его. Мне так же не терпится услышать продолжения, но я не показываю этого.
– Он пришел и посмеялся. – ответил Зефон. – Это было глупо. Победить Люцифера не способен даже Михаил. Поединка не было. Но было наказание со стороны Михаила. Это та малость, что выступает альтернативой забвения. Люцифер мог уничтожить меня, но пощадил. Михаил – нет. Это было дьявольское милосердие. То, после чего ты будешь страдать всю оставшуюся жизнь.
– По-твоему, – не боясь вмешался в разговор Никита, – в твоих страданиях виновен Люцифер?
Зефон удивился вопросу, но недолго думая, кивнул:
– Люцифер, он же Дьявол – виновник всего плохого, что когда-либо происходило. В его действиях нет смысла. Не было смысла оставлять меня в живых, а через пол сотни лет спустя пускать за мной цепного пса Нефилима. Он сделал все чтобы показать мою ошибку. Он заставил думать о содеянном. Он наказал меня руками Михаила…
– Нет в этом руки Люцифера. – перебил я, чувствуя прохладу оружия за пазухой. – Твое наказание – результат только твоих действий. Люцифер проявил милосердие. Он способен на это. Михаил посчитал его действия кощунством общепринятых понятий. Виновен – будешь наказан. Только этим руководствовался Михаил. Но даже он не виновен. Виновник только один – и это ты, Зефон.
Ангел натянуто улыбнулся, взглянул исподлобья и на его лице стало вдвое больше морщин.
– Ты боишься, – сказал он. – Я прожил достаточно лет и научился видеть чувства людей. Я чувствую страх по изменениям тела. Для этого не нужно заглядывать внутрь, что тоже не является сложностью. Ты боишься. Но боишься не меня. Ты боишься последствий. Последствий моей смерти. Я это чувствую.
  
Я покачал головой и сказал:
– Это не так.
– Не обманывай себя! – рявкнул Зефон. – Меня тебе не обмануть. – он захохотал и от его хохота мгновенно заболела голова. – Люцифер, хитрый ублюдок. Я вновь не смог угадать твоего замысла. Ты вновь переиграл меня, но мальчишка все испортил.