"Фантастика 2024-154". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
Филиппыч скинул рюкзак и извлек на обозрение фонарь. Стало относительно светло.
– Как нас вычислили? – спросил я, скинув сумки на ровный выступ. – Пещера слишком большая. Где река и обещанный узкий проход? Нас гранатами закидают на раз два…
– Не закидают! – рявкнул Филиппыч, извлекая из рюкзака гранату «Ф-1».
Прошло мгновение и маленький стальной снаряд, начиненный взрывчаткой, отправился в полет.
– Уши закрой! – крикнул Артем, падая на камни.
Уши я закрыл. И рот открыл. Только вот в пещере мы. Сомневаюсь, что поможет…
Рвануло не по-детски. Замкнутое пространство усилило звук и ударную волну. В голове зазвенело, будто граната разорвалась внутри неё.
Справившись с нагрузкой, я поднялся на ноги. Даже не помню, когда упал. Филиппыч сидит на коленях и держится за голову. Фонарь валяется рядом, но продолжает святить. Артём прислонился к стене, вытянув ноги. Носом и ушами у него идёт кровь. Ну и баран Филиппыч! Нельзя гранатами в пещерах швыряться без дополнительной защиты. Так Матвей говорил.
Отыскав автомат, я подполз к краю выступа. С той стороны виден свет. Значит противник тоже зажег фонари. Осторожно выглянув, я увидел четырех бойцов, как ни в чем не бывало стоящих на ногах. Убитых и раненых нет. Как такое возможно? Прилетевшая в правое плечо пуля заставила меня спрятаться. Рука отстегнулась и повисла плетью. Автомат упал на камни.
Ранение оказалось серьезным. Кости и мышцы в хлам. Закрыв рану свободной рукой, я кое-как дополз до Артёма.
Филиппыч наконец-то отошел, и схватив моё оружие, стал поливать пещеру из-за выступа короткими очередями. Звука почт не слышно. Контузия дает плоды. Толку от такой стрельбы мало. Противник ляжет, но урона не понесет. Может кого-нибудь зацепит случайно. Может быть…
Я осознал, что сижу на камнях, а Артём болезненно хлещет меня по щекам.
– Идиот, ты зачем высунулся?
Слова Артёма послышались на грани шёпота. Слух постепенно возвращается. Ну и вляпались мы!
Взглянув на плечо и увидев раздробленные кости и рваное мясо, я испугался. Голова закружилась и сознание решило уплыть. Артём схватил меня за подбородок и повернул к себе.
– Рана пустяковая. – сказал он. – Жить будешь, но с рукой можешь попрощаться. Терпи пару минут и не смотри на плечо. Думай о хорошем. Я сейчас разделаю стрелков, и мы свалим из пещеры.
Я кивнул, но смысла, сказанного не понял. Боль в развороченном плече разгорается как сухая трава. Терпеть невозможно…
Артём берет автомат и меняя Филиппыча, начинает стрельбу. Я зачарованно наблюдаю за вспышками. Время бежит медленнее, чем обычно. Слишком медленно. И боль забывается…
На лице Артёма нет злобной гримасы. Абсолютное спокойствие. Профессионал занялся любимым делом. Пули летят, поражая цели. Одна, вторая, третья…
Ошибка. Артём высунулся слишком сильно. Слишком сильно…
Я вижу, как пуля попадает Артёму в шею и рвет мышцы, сосуды и сонную артерию в клочья. С таким ранением не выживают. До позвоночника самую малость осталось. Но и этого хватило.
Артём падает, машинально зажимая спуск и выпуская оставшийся боекомплект. Филиппыч рывком втягивает его за выступ, не давая противнику добить. Артём держится за горло двумя руками, но кровь все равно хлещет. Её слишком много…
Я пытаюсь помочь Артёму, не взирая на рану. Что-то кричу Филиппычу, но тот качает головой и подхватив автомат, начинает отстреливаться. Вот так просто. Для него Артём уже мертв. Скоро он будет по-настоящему мертв…
В глазах Артёма нет боли. В них нет страха. Есть только безразличие и покой…
Он с трудом разжимает руку, и не контролируя дрожь, показывает большой палец. Я даже успел заметить промелькнувшую улыбку… А затем рука падает и взгляд становится мертвым. Это конец…
Филиппыч стреляет. Слезы мешают, залив глаза. Выстрелы противника. Филиппыч вздрогнул и осев на камни, завалился на бок. Очередь прошила его. Одна из пуль разнесла сердце. Он умер мгновенно…
Что мне делать? Однорукому и с неподдельной яростью. Закидать противника гранатами? Нет, не получится. Расстрелять? Я не терминатор. Убьют! Хотя какая разница? Жить осталось совсем немного. Кровь хлещет из развороченного плеча, а в ногах слабость. Слабость, которая постоянно усиливается… Зато боли нет… Нужно что-то предпринять, пока не отключился. Я не сдамся так просто!…
Отщелкнув пустой магазин левой рукой, я вставляю полный. Передернуть затвор совсем не сложно. Прижал коленом, и проблема решена. Одна рука очень много. Но отдачу не удержать.
Вскинув автомат, я делаю шаг. Затем второй. Третий. Четвертый, и я под огнем. Даже на спуск нажать не успел. Толчки в тело – прошивающие его пули. Где же боль? Даже ненависть ушла…
Узорчатый потолок слабо освещенной пещеры. Кровь во рту хрипы в легких. На этот раз помощь не придет. Знаю наверняка. Ну здравствуй, Костлявая…
Глава 14. Северный Клевер
Воткнув вилку в котлету, я откусил от нее кусок и не чувствуя вкуса, стал жевать. Сутки назад о подобном изысканье можно было только мечтать, а сейчас кусок в горло не лезет. Приходится есть только чтобы восстановить организм.
Артём вошел на кухню и сел, напротив.
– Чего недовольный такой? – спросил он. – Сон нехороший приснился?
– Не то слово…
Сон был просто ужасен. Таких реальных снов у меня не было никогда. Я проснулся в холодном поту и с жутким мандражем. Потребовалось несколько минут чтобы понять, что всё было нереально. Перед глазами стоял стеклянный взгляд Артёма, смерть Филиппыча и мое тело, пробитое пулями. Сон может быть вещим, но рассказывать о нем нет желания…
– Филиппыч собирает рюкзаки. – заговорил Артём. – Давай ешь. Помоешься в душе и тоже будешь собираться. Еще два часа, и отправимся к «Северному Клеверу».
– Хорошо. – я натянуто улыбнулся.
Артём встал, похлопал меня по плечу и удалился…
Помывшись, я отыскал Филиппыча в одной из кладовых убежища, и невзначай расспросил о подземной пещере и резервных выходах. Приснившееся никак не совпало с реальным. Пещера очень маленькая и очень длинная. Выход она имеет, но Филиппыч не знает, где он находится. Только предположения. Так же из убежища имеется третий выход. Длинный туннель, ведущий на противоположную сторону холма. И этот выход рабочий, но Филиппыч убедил, что нам он не понадобиться.
После разговора с Филиппычем настроение немного изменилось в лучшую сторону. Смысла приснившегося я так и не понял, но точно узнал, что это не предупреждение. Игра воображения и не более. Некоторые вещи нужно забывать навсегда и никогда о них не вспоминать.
* * *Убежище мы покинули рано утром. С мощными и тяжелыми рюкзаками на спинах, автоматами на плечах и в полной экипировке. Филиппыч пошел первым, я замыкающим. До самого «Клевера» шли молча. На половине пути устроили двадцати минутный привал и снова встали на маршрут. Я не заметил, как база выплыла из-за холмов и предстала на обозрение. Ни одной живой души. Транспорт пришел и эвакуировал всех до единого.
Филиппыч скинул рюкзак и сел на траву. Отдышавшись, заговорил:
– Все мы ошибаемся. Даже я. Чарли Тейлор ушел, но не удосужился оповестить меня.
Артём вытащил бинокль и стал исследовать базу.
– Того Чарли, которого ты знал – нет. – сказал он. – Странник изменил его. И совсем не в лучшую сторону.
«Северный Клевер» показался мне унылым. Люди оставили его и больше никогда не вернутся. Я знаю это наверняка. И знаю, что база абсолютно пуста. Только крысы, мыши и насекомые населяют ее. Загруженный корабль уже далеко и полным ходом идет на запад, рассекая морскую воду.
– Пусто. – сказал Артём, убрав бинокль в рюкзак. – Можем выдвигаться…
Поврежденная мною техника так и осталась стоять на месте. Способность передвигаться она потеряла. Высокоэнергетические батарейки Странников извлечены. Люди забрали все ценное.
– Егор, ты исследуй базу, – попросил Артём, – а мы посмотрим, что с транспортом.